Как создать тему на форуме | Удаление тем | Реклама на форуме

Перейти к содержимому




Фотография

Буддизм и дзен - Сэндзаки


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 55

#1 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 26 November 2012 - 15:01

Выписки:


Нёгэна Сэндзаки "Буддизм и дзэн"


Луна безмятежно сияет на небе, отбрасывая своё отражение на бесчисленные места, где для этого существуют условия. Мы видим её изображения в капельке воды или на поверхности широкого озера; вода при этом бывает грязной или чистой; но и там и здесь она, в соответствии со своей природой отражает ту же Луну. Тени так же многочисленны, как и капли воды, – и всё же мы не можем утверждать, что одна тень существенно отличается от другой или что Луна хоть на одно мгновенье оставила свою орбиту.

«Молчание произносит миллионы слов; а миллион слов не выразит ничего, кроме безмолвия».

Средний человек не знает, в чём истинный смысл жизни; поэтому он привязан к жизни и боится смерти. А бодхисаттва не считает своё тело своей собственностью: он также не считает ум и тело двумя различными вещами. Воспринимая нечто органами чувств, он называет это телом, а видя нечто при помощи самонаблюдения, он даёт этому явлению название «ум». Большинство людей хватается за «свои» мысли, вызывая таким образом во всём мире страдание.

«Тени бамбука сметают звёзды,
Но не поднимается ни одна пылинка.
Лунный свет проникает вглубь озера,
Не оставляя следов на воде».

«Не следуйте мыслям другого человека, а учитесь прислушиваться к своему внутреннему голосу. Ваши тело и ум сольются воедино, и вы постигнете единство всей жизни.
Практика дхьяны – это не способ достичь просветления; это и есть само постижение.
«Когда вы отбросите в сторону свои представления относительно ума и тела, вы увидите первоначального человека во всей его полноте.
Просто освободитесь от напряжения и забудьте о том, что вы пребываете в состоянии дхьяны. Не желайте стать буддой; если вы захотите этого, вы никогда им не станете.
Ваш ум окажется заполненным множеством мыслей, – но вы просто не обращайтесь к ним своим вниманием, и они скоро исчезнут. Думайте о том, о чём нельзя думать; иными словами, думайте о пустоте. Таков правильный способ дхьяны согласно дзэн.
«Во время дхьяны вы подобны зеркалу, отражающему решения ваших проблем. Внутри собственной природы человеческий ум обладает абсолютной свободой. Вы сможете достичь освобождения благодаря своей интуиции. Но не трудитесь ради освобождения, пусть сама ваша работа будет освобождением.
Дзэн-буддизм – это проводник буддха-хридаи, блеска просветления, высочайшее и самое существенное из всех учений.
Здоровое тело означает здоровую дхьяну. Прежде всего следите за своим здоровьем.
Вам следует знать ещё десять указаний относительно ума во время обучения дхьяне:
1. Не думайте ни о чём хорошем или плохом, о правильном и неправильном;
2. Не думайте ни о прошлом, ни о будущем. Во время дхьяны настоящий момент должен для вас заключать в себе всю вселенную;
3. Не будьте честолюбивы и не надейтесь достичь понимания; не желайте стать буддой;
4. Перед дхьяной и после неё подумайте об аничча, непостоянстве; подумайте также об анатта, невозможности обнаружить какое-либо самостоятельное «я» в уме или теле;
5. Не привязывайтесь ни к субъективному, ни к объективному; отсутствие привязанностей и отсутствие мыслей очищает ум;
6. До и после дхьяны повторите свой обет спасти все живые существа:
Сколь ни бесчисленны живые существа, я клянусь спасти их всех;
Сколь ни бесчисленны дурные страсти, я клянусь разрушить их все;
Сколь ни безмерно святое учение, клянусь постичь его;
Сколь ни труден путь к состоянию будды, клянусь пройти его до конца.
7. Когда ваш ум блуждает по сторонам, сожмите руки или сосредоточьтесь на кончике носа; обычно сосредоточение на нижней части живота предотвращает блуждание ума;
6. Если во время дхьяны вы ощутите головокружение, сосредоточьте ум на области лба;
8. Вели вы почувствуете себя больными, сосредоточьте ум на пальцах ног; ученикам дзэн следует при ходьбе сосредоточиваться на ногах;
10. Не шевелясь, ничего не держа в уме, не привязываясь ни к чему – ни к положительным, ни к отрицательным представлениям, двигайтесь в свой дхьяне вперёд, шаг за шагом, пока не услышите хлопок одной ладони.
Говоря своим ученикам о дхьяне, древний мастер Дзёсю однажды сказал:
«Если, следуя моим наставлениям, вы не достигнете просветления, можете отрубить мне голову».
В своей дхьяне вы не должны иметь ничего ни перед собой, ни позади себя. Вычеркните воспоминания о прошлом, сотрите надежды на будущее. В такой момент нет ни времени, ни пространства – есть только вечное настоящее. Дзэн называет это состояние ума «моментом великой смерти»; но не бойтесь этой стадии во время своей дхьяны. Вместо того, чтобы принуждать себя войти в неё, просто добросовестно практикуйте дхьяну, или считайте дыхания, или рассматривайте свой коан, – и вы окажетесь там естественно и легко, даже не осознав самого факта. Это и есть «врата без входа», о которых говорит дзэн. Пока вы не войдёте в эти врата, вы не сможете проникнуть в область дзэн; но пройдя туда, вы поймёте, что там и не было никаких врат.
«Никогда не стремится он избежать заблуждений и не ищет истины. Он знает, что заблуждение не имеет основы, а истина – это он сам.
Если во время своей дхьяны вы постараетесь избежать праздных мыслей или заблуждений, вы не сможете вступить в самадхи. И тот, кто ищет истину, останется за её пределами. То, что вы считаете пустыми мыслями или заблуждениями, есть не что иное, как волны» в огромном океане природы будды. Подобно тому, как не существует волн, отдельных от воды, нет ни заблуждений, ни пустых мыслей, нет и неведенья, отдельных от природы будды.
Поскольку наши тела непостоянны, из этого следует, что они пусты и иллюзорны. Фактически они даже в действительности не принадлежат нам. Ваше тело – не ваше; и моё тело не принадлежит мне.)
«Когда человек вполне постигает тело дхармы, он не видит никакого объекта.
«Он сам – источник всех вещей; и его истинная природа – это другое название вечного будды.
«Материальные предметы, душевные явления – все они приходят и уходят подобно облакам в синем небе.


Понимание дзэн должно проявляться двумя способами: мы отбрасываем представления о субстанции «я» и признаём пустоту всех объективных форм. В одном из коанов монах говорит: «Флаг колышется»; другой возражает ему: «Движется ветер». Один привязан к такой вещи, как флаг, а второй обладает более широкой точкой зрения, но не понимает подлинной пустоты. Шестой патриарх отвечает им: «Флаг не колышется, ветер не движется – это движется ум». Если вы полагаете, что патриарх упоминает здесь об уме как о психологическом явлении, вы запутались в мыслях, замкнутых на себе.


В своей «Песне о медитации» Хакуин говорит: «Вы – будда с самого начала. Как не существует льда отдельно от воды, так нет и будды, отдельного от наших собратьев. Хотя истина пребывает внутри нас самих, люди не умеют её воспринять и ищут где-то в отдалении. Страдая от жажды, они не замечают источника прямо перед собой; пребывая в нищете, они не вспоминают, что унаследовали бесконечные богатства. Вы говорите, что страдаете? Вы страдаете только вследствие собственного невежества. Так пробудитесь от сна неведенья! Прошлые ошибки более не помешают вам. Где же ад? Вы оставили его во вчерашних сновидениях. Где рай? Вы стоите прямо в его центре!»
Сущность вашего ума с самого начала обладает блеском. И вот наступил день, когда вы должны ясно это увидеть; для вас пришло мгновенье, когда необходимо немедленно начать работу.)
«Кто думает без мысли, тот может узнать лишённое существования:
Если нечто действительно лишено существования, вы не сможете думать о нём.
«И пока ваша цель состоит в том, чтобы стать буддой,
Вы никогда им не будете, сколько бы ни старались».
Если вы не в состоянии найти его там, где стоите, куда же вы собираетесь отправиться в своих поисках?»
Не думайте ни о хорошем, ни о плохом при помощи своих ума и тела. Забудьте о том, что у вас есть ум и тело. Сделайте ваше нынешнее мгновенье единственно подлинной жизнью, которой вы обладаете. Если вас станет беспокоить какая-то мысль, подумайте о непостоянстве всех мирских предметов. Когда исчезнут иллюзии индивидуального существования, откроются и врата истинной дхьяны. Вступив туда с пустыми руками и пустым умом, вы сможете встретить там свою подлинную сущность.

«Не возвратится этот день –
Минута каждая его
Ценой жемчужине равна».

«Ученик дзэн ходит в дзадзэн и сидит в дзадээн.
В разговоре, во время действия, в безмолвии всегда тело его пребывает в покое.
Он улыбается, видя меч, уносящий его жизнь.
Он спокоен даже в момент смерти, и его покоя не нарушат ядовитые снадобья».
(Есть четыре способа практики дзадзан. Первый – когда у вас спокойны ум и тело. Второй – когда тело спокойно, но ум движется, как это бывает во время чтения или слушанья лекций. Третий – когда ум спокоен, а тело движется, как во время ходьбы. Четвёртый – когда ум и тело пребывают в движении, как это происходит во время повседневной работы-. Таким образом хороший ученик дзэн всегда без затруднений ощущает действие Сущности Ума.)

Возможно, некоторых людей интересуют их прошлое жизни; но ученики дзэн видят жизнь как вечное присутствие.

Ибо истина подобно небесам безгранична.
Она окружает вас в любом месте,
И когда вы её ищете, вы не в состоянии ее найти:
Ваши руки не смогут взяться за неё, ум не сумеет выделить её.
А когда вы её более не ищете, она сама пребывает с вами.

Я настойчиво требую от вас безмолвия,
Чтобы спасти вас из ловушки бытия и небытия».
(Дзэн не позволяет ученику тратить понапрасну своё время, даже одну его секунду. Если у вас есть коан, работайте над ним. Если его нет, просто считайте дыхания )
Только упражняйтесь в дзадзэн, чтобы отключать свою субъективную и объективную сторону. Затем вы сможете отключать субъективную сторону и растворяться в объективной или, наоборот, отключать объективную сторону и жить в своём субъективном мире. А когда вы сумеете преодолеть и субъективную, и объективную природу, радостно выполняя свою повседневную работу, вы станете жить в дзэн. Учение. Будды слишком просто, а потому люди колеблются, не решаясь практиковать его.
Этот ум не является вашей собственностью, это составная часть ума всех живых существ.

Даже находясь в одиночестве в тёмной комнате веди себя так, как если бы перед тобою находился благородный гость.
Скромность есть основа всех добродетелей.
Для подлинного ученика каждый день есть день удачи. Время идёт, но он никогда не оказывается позади.
Почему ты не предоставишь всё великому закону вселенной и не проводишь каждый день, мирно улыбаясь?

***
СЛОВАРЬ
Асанскрита: неподвластное причинности; мир, где нет ни рождения, ни смерти.
Буддхахридая: сияние мудрости.
Нидана: процесс кармических взаимоотношений.
Саматха: спокойствие.
Сандзэн: изучение дзэн, в особенности проверка ученика учителем.
Санскрита: мир рождения и смерти, подвластный закону причинности.
Скандхи: форма (рупа), ощущение (ведана), восприятие, мысль (самджня), приспособление (самскара), сознание (виджняна).
Татхагата: Будда; Существо Ума; Вечное Присутствие; Вечное Теперь.
  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#2 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 26 December 2012 - 17:29

ОСОЗНАННОСТЬ: ПУТЬ К БЕССМЕРТИЮ.
/Учение о медитации досточтимого аджана Сумедхо/

Цель этой книги — дать удобопонятное наставление по буддийской медитации и представить некоторые мысли по этому предмету в соответствии с учением аджана Сумедхо, бхиккху
(монаха) традиции Тхеравада. Главы этой книги представляют собой отредактированные выдержки из более пространных бесед, которые аджан Сумедхо проводил с занимающимися медитацией, чтобы дать
практическое введение в мудрость буддизма.


Содержание:
Введение
Несколько слов до начала чтения
Что такое медитация?
Наблюдение дыхания: анапанасати
Мантра "буддхо"
Усилие и расслабление
Осознанная ходьба (джонгром)
Доброта (метта)
Внимательность к Обыденному
Прислушаться к мысли
Препятствия и их прекращение
Пустота и Форма
Внутренняя Бдительность
Миру необходима Мудрость
Прибежище и обеты


Выписки


Прикрепленный файл  images.jpeg   2.44К   2 скачиваний


Усилие и расслабление


Когда вы практикуете анапанасати,
(анапанасати , прктике осознанного дыхания, будет посвящена отдельная тема)
внимательность к дыханию, вы сосредоточиваетесь на ритме дыхания. Я нашел, что для обучения практике полезнее всего замедлять процесс, а не делать всё быстро, как это бывает, когда мы думаем; вы сосредотачиваетесь на ритме, который гораздо медленнее ваших мыслей. Но для анапанасати требуется, чтобы вы притормозили, для чего и используется медленный ритм. И вот мы прекращаем думать: мы довольствуемся одним вдохом и одним выдохом, отдавая все свое время тому, чтобы просто пребывать всего лишь с одним вдохом и одним выдохом — от начала до середины и до конца.
Можете ли вы ограничиться всего лишь одним вдохом? Довольствоваться одним лишь выдохом? Довольствоваться только тем небольшим промежутком времени, который у вас есть, чтобы сбавить обороты?

Когда вашей целью является достижение джханы, поглощённости, при помощи этой медитации, и вы в самом деле вкладываете в неё много усилий, вы не сбавляете обороты, вы стараетесь что-то получить, чего-то добиться и достичь, — вместо того, чтобы смиренно довольствоваться одним дыханием. Успех анапанасати только в этом — во внимательности к дыханию в продолжение одного вдоха-выдоха. Станьте своим вниманием на начале и на конце — или на начале, середине и конце вдоха-выдоха. Это дает вам некоторые определённые точки для размышления, так что если ваш ум во время практики сильно блуждает, вы обращаете на процесс особое внимание, пристально рассматривая начало, середину и конец. Если вы не сделаете этого, ум будет склонен к блужданию.

Всё наше усилие уходит только на это; во время практики все прочее не принимается во внимание. Размышляйте о различии между вдохом и выдохом, рассмотрите его. Что вам больше нравится? Иногда дыхание как будто исчезает; оно становится очень тонким. Кажется, что тело дышит само по себе, и у вас возникает странное чувство, будто вы перестаёте дышать. Это немного пугает.
Но это упражнение; вы сосредоточиваетесь на дыхании, не пытаясь подчинить его. Иногда, когда вы сосредоточиваетесь на ноздрях, вы чувствуете, что дышит всё тело. Тело продолжает дышать, само по себе.

Иногда мы относимся ко всему чересчур серьёзно; мы совершенно лишены радости и счастья, чувства юмора; мы просто всё подавляем. Поэтому порадуйте свой ум, расслабьтесь, почувствуйте себя удобно, отдайте свое время практике, не чувствуя давящей необходимости совершить нечто важное: нет ничего особенного, не надо ничего достигать, нет никакого важного дела. Дело за малым: даже когда у вас бывает только один внимательный вдох за утро, это лучше, чем то, чем занято большинство людей; это, несомненно, лучше, чем оставаться всё время невнимательными.

Если вы — по-настоящему отрицательная личность, тогда постарайтесь стать более добрым человеком, который более терпим к самому себе. Просто расслабьтесь и не превращайте медитацию в тягостную обязанность. Смотрите на неё как на возможность быть мирными и не волноваться на протяжении данного момента. Расслабьте тело и будьте мирны.
Вы не сражаетесь с силами зла. Если вы чувствуете неприязнь к анапанасати, то отмечайте и это. Не смотрите на практику как на нечто такое, что вы обязаны делать, а смотрите на неё как на удовольствие, как на нечто, доставляющее вам подлинное наслаждение. Вам не нужно делать ничего другого, вы можете просто полностью расслабиться. У вас есть все, что вам нужно, у вас есть ваше дыхание; вам надобно просто сидеть тут и в этом нет ничего трудного; вам не требуются никакие особые способности, вам даже не нужно быть особенно умным. Когда вы думаете: «Я не могу сделать этого», — тогда просто распознайте в этой мысли сопротивление, страх или разочарование, а затем расслабьтесь.

Если вы обнаружите, что при практике анапанасати вы напрягаетесь с головы до ног, тогда прекратите её выполнение. Не превращайте практику в трудное занятие, не делайте из нее тягостной обязанности. Если вы не в состоянии выполнять ее, то просто посидите. Когда мне случалось находиться в ужасном состоянии, я просто созерцал слово «мир». Я принимался думать: «мне нужно сделать то... мне нужно сделать се... мне нужно сделать это». А потом я думал: «Да просто будь в состоянии мира, расслабься...»

Сомнения и беспокойство, недовольство, отвращение — вскоре я оказался способен размышлять о мире, повторяя это слово вновь и вновь, гипнотизируя себя: «Расслабься, расслабься...». Появлялись эгоистические сомнения: «Я ничего этим не достигаю, это бесполезно; а я хочу что-то получить». Скоро я оказался способен примириться и с этим. Вы можете успокоиться и, расслабившись, заняться снова анапанасати. Если вам хочется что-то сделать, сделайте.

Сначала практика может оказаться очень утомительной; вы чувствуете себя безнадёжно неуклюжими, как это бывает, когда вы, например, учитесь играть на гитаре. Когда вы впервые начинаете на ней играть, ваши пальцы столь неповоротливы, что дело кажется невозможным; но после некоторой практики вы приобретаете умение, и занятие становится вполне легким. Вы приучаетесь быть свидетелями того, что происходит в вашем уме, а потому можете узнать, когда вы беспокоитесь и напрягаетесь, когда испытываете ко всему неприязнь: вы распознаёте всё это, вы не пытаетесь убедить себя в том, что дело обстоит иначе. Вы полностью осознаёте всё так, как оно есть: что вы делаете, когда оказываетесь до крайности напряжены и нервозны? Вы расслабляетесь.

Я прилагал большие усилия к практике, но это порождало напряжённость и неприятное чувство; я думал: «Я должен делать то-то... я чересчур ленив». Я чувствовал такую ужасную вину, если не медитировал всё время; состояние моего ума было мрачным и безрадостным. И вот я стал наблюдать это свое состояние и медитировать о себе как о сухом пруте. Когда положение стало крайне неприятным, я просто вспомнил противоположное состояние: «Тебе не нужно ничего делать. Некуда идти, нечего делать. Находись в мире с тем, как обстоят дела на самом деле, расслабься, отпусти». Я применял этот метод.

Практикуя анапанасати, вы можете поддерживать усилие в течение одного вдоха. А если не можете удержать его в течение одного вдоха, то удерживайте его, по крайней мере, в течение половины вдоха. При этом вы не пытаетесь сразу же стать совершенными. От вас не требуется делать все правильно из-за того, что у вас есть какая-то идея о том, как все должно быть; вы работаете с такими проблемами, какие они есть. Но если ваш ум разбросан, то распознать ум, который снует туда-сюда — это мудрость, это и будет прозрение. Думать, что вы не должны быть такими-то, ненавидеть себя или чувствовать разочарование из-за того, что вы именно такие, а не какие-нибудь другие, — это неведение.

Практикуя анапанасати, вы распознаёте явления так, как они есть теперь, и начинаете с этого: вы поддерживаете внимание немного дольше, вы начинаете понимать, что такое сосредоточение и принимаете решения, которые способны выполнить. Не берите на себя сверхчеловеческих задач, не будучи сверхчеловеками.

Делайте анапанасати в течение десяти или пятнадцати минут вместо того, чтобы считать себя способными выполнять эту практику целую ночь; не говорите: «Я буду практиковать анапанасати с этой минуты до самого рассвета» — тогда вы потерпите неудачу и рассердитесь. Устанавливайте периоды, которые, как вы знаете, вам под силу выдержать. Экспериментируйте, работайте с умом, пока не поймёте, как нужно прилагать усилия, как расслабляться.

Анапанасати — непосредственная практика. Она приводит вас к прозрению, к випассане. Непостоянная природа дыхания не принадлежит вам, не так ли? С момента рождения тело дышит самостоятельно. Оно совершает вдохи и выдохи — одно состояние обусловливает другое. Пока тело будет жить, это будет способом его существования. Вы ничего не контролируете; дыхание принадлежит природе, оно не принадлежит вам, оно безлично. Когда вы наблюдаете этот факт, вы осуществляете випассану, прозрение. Прозрение не является чем-то возбуждающим, чарующим или неприятным. Оно естественно.


ОСОЗНАННОСТЬ: ПУТЬ К БЕССМЕРТИЮ.
/Учение о медитации досточтимого аджана Сумедхо/
  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#3 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 04 March 2013 - 14:29

Поэзия просветления. Поэмы древних чаньских мастеров

Сборник сочинений современного патриарха чань-буддизма Шэн-яня представляет собой комментарии к поэтическим трудам древних чаньских мастеров.
Основная цель автора помочь читателю приобрести бесценный опыт практики Чань (Дзэн), проникнув при помощи стихов в сознание чаньских наставников их переживания в момент просветления и после него. Шэн-янь продолжает традиции двух главных школ китайского чань-буддизма: Линьцзи (Риндзай) и Цаодун (Сото) адаптируя их к потребностям нашего времени.


Выписки


Прикрепленный файл  default.jpeg   6.55К   0 скачиваний


******************


Самадхи —В этой книге он обозначает расширенное ощущение «я», или «единое сознание» — единство сознания и тела, «я» и окружающего мира.
Хуатоу (яп. вато) — буквально, источник слов (до их произнесения), метод, использующийся в школе Чань для возбуждения ощущения сомнения.

С нашей точки зрения, точки зрения обычных живых существ, состояние Будды — это нечто ужасное.

Обычный человек может развестись с женой или мужем, но Будда не может «развестись» с живыми существами. Это парадоксально: путь к состоянию Будды проходит через уединение и одиночество, но, как только вы станете Буддой, вы уже не можете снова быть одни. Живые существа всего времени и пространства будут взывать к вам о помоши и благословениях.

Сознанье созерцай; царь пустоты
Загадочен и утончен.
Без формы и без очертаний,
Оно наделено великой силой.


Как соль в воде морской,
Прозрачность в цвете,
Они, конечно, здесь,
Но их неявен вид;
Сознанья Царь таков же,
В теле помешенный.


Когда ты изначальное сознание постигнешь,
Узрит сознанье Будду.
Сознание есть Будда.
А Будда есть сознание.


Прямо сейчас сознанье — Будда;
И Будда есть сознанье также.
Сознанье лучезарное познает Будду;
Кто просветлен, постиг сознанье тот.


И вне сознания нет Будды;
Помимо Будды, нет сознания.
Тот, кто не Будда, не постигнет;
На это не способен он.

Сознания природа — невозникновенье;
К чему все знания и взгляды?
Исконной нет единой дхармы;
К чему вся практика и упованье?

Приход, уход — все безначально;
Бежишь к нему, его не видя.
Не нужно делать ничего;
Все ясно, тихо, самоочевидно.

Нет ничего перед тобою;
Нет ничего, но все как прежде.
Не стоит мудрость упражнять;
Субстанция пустотна и темна.


Возникнув, исчезают мысли,
Начальная — одно с конечной.
Коль мысль вторая не возникнет,
Иссякнет первая из них.

В прошедшем, будущем и настоящем — ничего;
Нет Будды и сознанья нет.
Живые существа сознанья лишены;
Они из не-сознания выходят.

За счет внимательности чуткой
Колышется воззрений сеть.
Спокойствие без созерцанья.
И в темной комнате бездвижность.

Броженья чужд, вниманья полон,
Спокоен, но и ясен дух.
Явления реальны и вечны,
Обильны, но похожи с виду.

Сейчас оно не пребывает;
Сознание, что изначально.
Но изначально нет его:
«Начало» — настоящее мгновенье.

Не возникая и явленьям подчиняясь,
Повсюду пребывает незаметно.
В непросветленьи просветленье коренится,
Непросветленное склоняя к просветленью,

Людским сужденьям не противься;
Учи лишь прекращенью мыслей.

Когда исчезли мысли, нет сознанья;
Когда сознанья нет, нет действий.
Пустотность подтверждать не нужно;
Само есть от природы пониманье.

Когда сознание спокойно,
Не отвергает и не привлекает окруженье,
С сознаньем вместе окруженье растворится.
И с окружением рассеется сознанье.

Когда не возникает ни одно,
Покой присутствует с сиянием бескрайним.
И отраженье Бодхи возникает
В сознанья вечно чистых водах.

С обличием наружным дурака,
Внутри сознание пустотно и реально.
Кто неподвержен окружения влиянью,
Великой силой обладает.

Нет ни людей, ни зрения:
Без зрения есть постоянный облик.
Собой проникнув все,
Всегда повсюду пребывает он.

Прихода нет и нет ухода,
Волненья и покоя нет.
На самом деле, веши ни одной не существует;
Есть только замечательная мудрость.

Бескрайне изначальное лицо;
Его сознанье неспособно разглядеть.
Нет просветленья в просветленьи настоящем.
Нет пустоты в пустотности реальной.

Не беспокойся ни о чем:
Сознанье ни на что не направляй.
Сознанье ни на что не направляя,
Узришь ты бесконечный свет.

Как пред зерцалом драгоценным.
Взирают друг на друга отраженье с формой —
Ты — не оно.
Хотя оно есть ты.

Благоприятно заблужденье;
Не следует бороться с ним.

Хоу-и использовал свой навык,
Чтобы цель со ста шагов сразить.
Но лишь стрела попала в цель,
Кому его уменье нужно?


Как песнь затянет деревянный человек,
Танцует женщина из камня.
Поскольку это рассужденью неподвластно,
Как можем мы об этом размышлять?

Когда снаружи хаос, «я» — реально.
Когда мы примем хаос за реальность, тогда и возникает «я».
Но если не возникнет «я»,
То помраченья, что в течение эпох горели ярко, обратятся в лед.

Смотри на тело как на то, что нереально,
Как на зеркальный отблеск слабый, иль отражение луны в воде.
Сознанье созерцай как то, в чем формы нет,
Но то, что чисто и светло.

Внимательно сознанье созерцай,
Пустое, всех лишенное вещей.
Но если чувства вдруг взыграют,
Ты в заблуждение впадешь.

И в миг решающий верни обратно свет.
Что озаренье мощное несет.
Пропали тучи, небо чисто.
Сверкает солнце ясным светом.

Коль видишь мысль в ее возникновенье,
Осознанность ее рассеет тут же.
Какой аспект сознанья ни возникнет,
Гони его, сейчас же разрушай.


И чтенье мантр, и созерцание сознанья —
Лишь травы для зерцала полировки.
Когда исчезла пыль,
Их тоже нет.

Великие духовные уменья
В сознании присутствуют всецело.
Рай, или Чистая Земля,
Доступны по желанью всем.

Не нужно к истине стремиться,
Сознанье — изначально Будда.
То, что знакомо, вдаль уходит,
Что неизвестно — лучший друг.

И днем и ночью,
Все чудесно.
Ничто смутить тебя не может.
Вот сущность какова сознания.

Смотри на тело как на то, что нереально,
Как на зеркальный отблеск слабый, иль отражение луны в воде.
Сознанье созерцай как то, в чем формы нет,
Но то, что чисто и светло.

Если мы можем осознать иллюзорную природу тела, сознание придет в упорядоченное состояние и наши помрачения прояснятся. Все наши помрачения, связанные с жадностью, ненавистью и неведением, возникают потому, что мы отождествляем себя с телом и хотим защищать его и приносить ему пользу. Благодаря телу мы даем рождение пяти желаниям, а именно, желанию пиши, секса, сна, славы и богатства. Для избавления от помрачений сначала уничтожьте привязанность к телу, затем покончите с представлениями о том, что тело действительно субстанциально. Однако с этими представлениями очень сложно расстаться. В сутрах говорится, что сакайя, представление об обладании телом, так же сложно опровергнуть, как взять и перевернуть гору. Поэтому Хань-шань говорит нам, что, как только мы начнем воспринимать тело как нечто нереальное, мы сможем приступить к работе над сознанием.

Практика начинается с созерцания сознания как лишенного формы. Обычно сознание имеет все виды форм или характеристик: жадность, ненависть, неведение, гордость, сомнение, зависть и эгоистичность. Главным образом, они проявляются благодаря телу. Некоторые люди могут думать: «Смерть положит конец моим помрачениям, так как у меня больше не будет тела». Но после смерти у вас по-прежнему будет тело, и у вас no-прежнему будут помрачения. Когда это тело исчезает, появляется новое. Там, где есть тело, есть и помрачение. Если бы у сознания были устойчивые характеристики, оно было бы неизменяемым, и в практике не было бы смысла. Однако сознание все время изменяется. Для сознания обычного человека характерны помрачения, а для сознания мудреца характерна мудрость; иначе они были бы тождественны.

Не возникает мысли ни единой,
Пустотно, но способно к восприятью, спокойно, но наклонно к озаренью,
Всецело, как Великая Пустотность,
Содержит все чудесное в себе.

Сознание, в котором нет ни одной мысли, чрезвычайно ярко и чисто, но это не означает, что оно пусто. «Отсутствие мыслей» означает отсутствие характеристик, а опустошенность сама по себе уже является характеристикой. В этом состоянии сознание неподвижно, однако оно очень ясно воспринимает все. Хотя мудрость пустотна, она не лишена функции. Какова эта функция? Без движения она отражает и озаряет все. Она подобна луне, сверкающей в воде. Хотя каждый участок воды отражает образ луны по-разному, сама луна остается одной и той же. Однако она не говорит: «Я свечу». Она просто светит. Великая Пустотность не имеет границ. Она не рождает ни ощущения движения, ни ощущения неподвижности. Ничто не умаляет ее чистоты и яркости. Это — сознание мудрости. Это — сознание Будд и бодхисаттв. Это — еще и способность помогать живым существам.

Нет ни прихода, ни ухода,
Нет внешности и нет обличья.

Заниматься практикой означает совершенствовать сознание. Если вы успешно созерцаете сознание, все достоинства и функции внутри сознания находятся в вашем распоряжении. Но как только возникает одна мысль, все теряется во тьме. Если во время практики вы чувствуете, что ваше сознание расширяется до бесконечности, это ощущение выдает вас. Если вы внезапно почувствуете: «О! Я открыл бесконечно великое пространство! Я достиг освобождения!» — на самом деле вы по-прежнему находитесь в сфере ограниченного. Только ни-приход-ни-уход является бескрайним. Будучи бескрайним, он не имеет границ, и поэтому никак нельзя обнаружить вход. Думать об уходе означает представлять себе, что может существовать более хорошее место, так что ухода также не существует.

Искусные бесчисленные средства,
Все из единого сознания возникли.

Искусные средства, различные методы помощи себе и другим в достижении освобождения представляют собой обильный урожай этой практики. Освобождение означает переход от неведения к мудрости. Понятие цяо, переведенное здесь как «сознание», не является строгим соответствием сознания одной мысли. Это изначальная сущность бесконечности. Цяо буквально означает «отверстие» или «пустое место». Согласно китайской мифологии, первоначально Вселенная представляла собой шар хаоса. Затем появилось божество и молотом пробило в нем отверстие. Это вызвало отделение неба и земли, солнца, луны и т.д. Ино также имеет значение «мудрость». Для того чтобы назвать его «сознание», нужно сказать, что это чистое сознание.

Сообщение отредактировал Sopheeya1984: 04 March 2013 - 17:37

  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#4 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 04 March 2013 - 16:17

Вещественному чуждый бытию —
Преграде постоянной этой, —
Превратных мыслей не держись.
Они иллюзии рождают.

Что такое превратные мысли? Сознаете ли вы наличие блуждающих мыслей при медитации? Надеюсь, что сознаете. Однако в повседневной жизни действительно ли вы верите в свои переживания, планы, способности, знания? Они представляют собой просто последовательность более или менее связанных между собой заблуждений. Если вы совершаете поступки под воздействием заблуждений, могут происходить всевозможные странные вещи. (Слово, переведенное здесь как «иллюзия», обозначает нечто странное или необычное.) Чем сильнее вы в них верите, тем больше вероятность их появления.

Внимательно сознание созерцай,
Пустое, всех лишенное вещей.
Но если чувства вдруг взыграют,
Ты в заблуждение впадешь.

Если мы правильно созерцаем сознание, мы видим, что в нем ничего нет. Если в нем что-то есть, например, чувство, это все еще привязанность. Вам нужно только испытать мгновенную или внезапную эмоцию, чтобы привести сознание в движение.

И в миг решающий верни обратно свет,
Что озаренье мощное несет.

Когда вы обнаруживаете, что ваше сознание погружено во тьму, вы должны сразу же осознать это и сказать себе: «Это ошибка, привязанность». Так ваша мудрость начнет действовать и окрепнет. Сложность в том, что вы должны всегда сознавать свое помраченное состояние. Согласно патриархам, вы должны использовать мудрость для освещения всех своих заблуждений. Но тот, кто пребывает в затуманенном состоянии, предполагает, что все, что он видит, реально. Поэтому он не склонен стремиться к свету мудрости. Только если он сознает свои заблуждения, то в критический моментом сможет обернуться.

Пропали тучи, небо чисто,
Сверкает солнце ясным светом.

Если, осознав свое заблуждение, вы сможете при помощи практики озарить изначально чистое сознание, это будет подобно небу после того, как пропали темные тучи. Иногда во время практики кажется, что у вас нет мыслей; все же ваше сознание не полностью чисто. Это похоже на жаркий, туманный день, когда пар поднимается вверх и застилает солнце. Иногда через несколько дней после начала затворничества я спрашиваю людей о том, насколько, как им кажется, они близки к просветлению. Некоторые говорят: «Ну, кажется, что оно прямо за углом. но я не могу увидеть его». Иногда по краям темной тучи мы можем видеть солнечные лучи, и так мы узнаем, что за ней находится солнце. Только увидев его своими глазами, вы узнаете, что за тучей ослепительно сияет солнце. Те. кто увидел несколько лучей света, укрепятся в своей практике и будут заниматься практикой более усердно.

Коль ничего в сознанье не возникнет,
То и вовне не отразится ничего.
То, признаки чему присущи,
Не есть исконная реальность.

Если не возникают мысли, ничто вне сознания не может быть воспринято. Если вы думаете, что что-то отражается снаружи, это иллюзия. В «Сутре Помоста» говорится, что ни знамя, ни ветер не движутся. Движется сознание. Когда сознание покоится, снаружи нет ничего такого, что могло бы искушать или отвлекать вас. Отвлекающие мысли приходят изнутри или снаружи? Если вас беспокоит только внутренние мысли, вы хорошо занимаетесь практикой. Но даже до этого уровня непросто добраться.

Такие разговоры с самим собой во время медитации не связаны с телом или внешним миром; они берут начало в сознании. Это бессмысленные заблуждения, ментальный хаос. Как избавиться от этого хаоса? Очень просто. Как только мысль возникнет, просто не обращайте на нее внимания и возвращайтесь к методу. Вне зависимости от того, где она возникла — в вашем сознании или во внешнем мире, — она лишена реальности. Некоторые люди могут сказать: «Я знаю, что заблуждаюсь, но ничего не могу с этим поделать». Вот для чего нужна практика — для того чтобы помочь тем, кто, по крайней мере, замечает свои заблуждения, и что-то сделать для устранения последних.

Коль видишь мысль в ее возникновенье,
Осознанность ее рассеет тут же.
Какой аспект сознанья ни возникнет,
Гони его, сейчас же разрушай.

Есть изречение о практике: «Не опасайтесь возникновения мысли, опасайтесь только заметить это слишком поздно». Это не слишком ужасно, если мысли возникают. Проблема есть тогда, когда вы не замечаете этого. Если вы замечаете это сразу после возникновения мысли, это не страшно. Это поможет вам усерднее работать. Если бы мысли вообще не возникали, вы бы обладали чистым сознанием и не имели нужды в практике. Те, кто никогда не занимался практикой, могут знать о своих блуждающих мыслях, но ничего не могут сделать для того чтобы остановить их.

Когда вы усердно занимаетесь практикой, какая бы мысль ни возникла, вы обладаете силой для того чтобы просто рассеять ее. Рассеять означает не обращать внимания, не проявлять неприязни и не сопротивляться этой мысли. Как еще бы вы могли рассеять ее? Если бы вы оказывали ей сопротивление при помощи чего-то еще, это что-то ещё тоже является мыслью. Если бы я хотел избавиться от Тома и привлек для этого Дика, то, расставшись с Томом, я бы по-прежнему остался с Диком. Вне зависимости от того, сколько людей я найду для того, чтобы они избавляли меня друг от друга, всегда кто-то один из них будет оставаться. Если вы испытываете чувства после того, как мысль уже исчезла, думая: «Что за неудача. Надеюсь, она не вернется назад», — ваше сознание станет рассеянным. Затем вы начинаете думать: «Я безнадежно погряз в блуждающих мыслях. Я просто брошу медитировать». Если вы занимаетесь практикой таким образом, блуждающие мысли не устраняются, они только накапливаются. Причина в том, что вы не отключил и тот аспект сознания, который дал начало мыслям.

Или вы относитесь к тем людям, которые пытаются схватить блуждающую мысль и сказать ей: «Я не позволю тебе вернуться»? На самом деле, если вы действительно можете схватить ее, вы по меньшей мере имеете намерение наблюдать за ней. Если бы вы продолжали следить за этой мыслью, этот самый аспект сознания стал бы вашим методом Если вы можете схватить блуждающую мысль и просто сосредоточиться на ней, не позволяя ей исчезнуть, само это становится методом. Если вы не можете удержать ее, то любая мысль, хорошая или плохая, является заблуждением, которое мешает вашей практике. Самая важная вещь — позволить уйти тому, что уже прошло. Ваше сознание должно быть подобно зеркалу, а не фотоаппарату. Все, что попадает в фотоаппарат, остается в нем; отражение в зеркале исчезает, когда вещь уносят.


Когда мы воспринимаем что-то, это лишь наше представление о чем-то существующем. Если бы я осмотрел эту комнату, не делая никаких разграничений, что бы я увидел? Девять людей? Одного человека? В действительности, я бы не увидел ни одного. Если бы я увидел хотя бы одного, мое сознание было бы привязано к форме. Понимаете?

И чтенье мантр, и созерцание сознанья —
Лишь травы для зерцала полировки.
Когда исчезла пыль,
Их тоже нет.

Великие духовные уменья
В сознании присутствуют всецело.
Рай, или Чистая Земля,
Доступны по желанью всем.

Если ваше сознание является чистым, то, где бы вы ни находились, вас будет окружать чистота. Если у вас небесное сознание, вы на небесах. Если вы ощущаете себя очень несчастным, вы в аду. Но печально то, что большинство людей могут с легкостью отправиться в ад, но им не так легко посетить небеса. Если бы я схватил вас прямо сейчас и хорошенько отругал вас, и вы бы сказали: «Я не сделал ничего плохого. За что Вы на меня кричите?» — в это время ваше сознание было бы исполнено страдания и помрачений. Вы бы оказались в аду. Но если бы, когда я отругал вас и надавал вам тумаков, вы повернулись ко мне, низко поклонились и со слезами на глазах сказали: «Я так благодарен Вам за возможность сжечь некоторые из моих великих кармических препятствий», — вы бы оказались на небесах. Но обладание подобным сознанием — большая редкость. Поэтому эти две строки на первый взгляд кажутся странными, но Чистую Землю, или Небеса, все же можно посетить прямо здесь, в обычном мире.

Не нужно к истине стремиться,
Сознанье — изначально Будда.

Нет такой вещи, как истинное сознание. Освобождение от заблуждений — вот истинное сознание. Так же нет и Будды. Ваше собственное сознание изначально является Буддой. Если сознание чисто, там нет даже Будды. Когда у вас нет мысли о том, чтобы стать Буддой, когда в сознании нет Будды и нет помрачений, это истинное сознание Будды.

То, что знакомо, вдаль уходит,
Что неизвестно — лучший друг.
И днем и ночью
Все чудесно.
Ничто смутить тебя не может.
Вот сущность какова сознания.
  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#5 clouds2

clouds2

    Человек... слава и скандал вселенной! Блез Паскаль

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 7603

Отправлено 04 March 2013 - 17:28

«Ученик дзэн ходит в дзадзэн и сидит в дзадээн.
В разговоре, во время действия, в безмолвии всегда тело его пребывает в покое.
Он улыбается, видя меч, уносящий его жизнь.
Он спокоен даже в момент смерти, и его покоя не нарушат ядовитые снадобья».

Ходит в дзадзэн, сидит в дзадээн, улыбается в дзадээн, травит себя в дзадээн ядовитыми снадобьями... Он и вовсе не живет, этот ученик, если вся жизнь только ходки и отсидки.

Сообщение отредактировал clouds2: 04 March 2013 - 17:30

  • 0

сlouds2, два облака есть в этом мире, я и то что в небе вижу.

 

 


#6 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 04 March 2013 - 17:36

С нашей точки зрения, точки зрения обычных живых существ, состояние Будды — это нечто ужасное.

:)

(починила косяк в старте)

Сообщение отредактировал Sopheeya1984: 04 March 2013 - 17:38

  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#7 clouds2

clouds2

    Человек... слава и скандал вселенной! Блез Паскаль

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 7603

Отправлено 05 March 2013 - 14:10

С нашей точки зрения, состояние Христа вызывает озабоченность. А от Будды ужасаются пусть те, кто видит себя в Нирване, а не наяву.
  • 0

сlouds2, два облака есть в этом мире, я и то что в небе вижу.

 

 


#8 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 20 March 2013 - 22:45

Хун-чжи Чжэн-цзюэ (1091-1157)
Безмолвное Озарение

Хун-чжи, называя свой метод «безмолвное озарение», так описывает его: «Ваше тело спокойно сидит; ваше сознание покоится в неподвижности. Ваш рот так спокоен, что вокруг него вырастает мох. Из вашего языка пробивается трава. Занимайтесь так без перерыва, очищая сознание, пока оно не обретет прозрачность осеннего пруда, яркого, как луна, озаряющая вечернее небо».

Хун-чжи говорил также: «Какие бы миры ни предстали перед вами во время этого безмолвного сидения, сознание очень чутко воспринимает все детали, однако все находится там, где оно изначально есть, на своем собственном месте. Сознание остается на одной мысли в течение десяти тысяч лет, однако не опирается ни на какие формы, внутри или снаружи». Это учение Хун-чжи раскрывает цель безмолвного озарения — сознание, не обремененное мыслями, но глубоко осведомленное о своем собственном состоянии. В нем должны наличествовать как безмолвие, так и озарение.

Затем, вернувшись в Японию после учебы у чаньских наставников в Китае, наставник Догэн (1200-1253) проповедовал там похожий метод под названием сикантадза.

Безмолвно и спокойно забываешь все слова,
И ясно и открыто, пред тобой Оно возникнет.
Когда его постигнешь, времени нет меры.
Познав, вернется к жизни окруженье.
Предельно лучезарно яркое сознанье,
Чудесно озарение без мрака.
Луны явленье, звезд река,
Под снегом сосны, облака на пиках.
Во мраке, светом полнятся они.
В тени, они лучом мерцают чудным.
Как сновиденье журавля в пустом пространстве,
Как гладь воды недвижная в пруду осеннем,
Бессчетные эпохи растворятся.
Не отличима от одной другая.
Забыты в озаренье все порывы.
Где существует это чудо?
Сиянье с чистотою прогоняют мрак
С пути, где Озарение Безмолвно,
Где бесконечно малое возникло.
Чтобы постигнуть то, что незаметно,
Есть золотой челнок на яшмовом станке.
Субъект взаимодействует с объектом.
Зависят друг от друга свет и мрак.
Нельзя ни на сознанье опереться, ни на мир.
Но меж собою соотносятся они.
Прими лекарство верных взглядов.
И в барабан, натертый ядом, бей.
Когда безмолвие и озарение всецелы,
Убийство и рожденье — выбор мой.
Вот, наконец, из врат выходим мы.
Созрел тот плод, висящий на ветвях.
Только безмолвие — учений выше всех.
Лишь озарение — универсальный отклик.
Лишен усилий отклик этот.
Ученье слуху недоступно.
Все веши те, что есть на свете,
Свет испускают и о Дхарме говорят.
Они между собою речь заводят,
И на взаимные вопросы отвечают.
Ответами встречая все вопросы,
Они гармонии подвластны полной.
Когда покоя в озаренье нет,
Становятся различия видны.
Ответами вопросы порождая,
Они гармонию нарушить могут.
Когда в безмолвии исчезнет озаренье,
Все побуждения бесплодны и вторичны.
Когда всецело Озаренье, что Безмолвно,
То лотос расцветет, а спящий сон отринет.
Сто рек впадают в океан,
Великий пик — средь тысяч гор один.
Как гусь, что молоко воде предпочитает,
Как пчелка, что пыльцу несет усердно,
Когда всецело Озаренье, что Безмолвно,
Я изначальную традицию своей исполнил школы.
Безмолвным Озарением зовется этот метод.
Он от глубин до высоты простерт.

. Цель этой практики — сознание, свободное от бремени мыслей. Она ведет сознание к глубокому постижению его собственного состояния.

Безмолвно и спокойно забываешь все слова,
И ясно и открыто, пред тобой Оно возникнет.

Сначала присутствует безмолвие, затем приходит озарение
В личных беседах люди говорят мне, что их самая большая проблема — в том, что они не могут прекратить думать. Даже когда вы сидите здесь, молча и в тишине, вы можете постоянно говорить с внутренними объектами

Безмолвное озарение — это очень спокойный тип медитации, в которой нет ни одной мысли, но ваше сознание чрезвычайно ясно. Я использую три выражения для описания этого состояния: во-первых, «ясность и открытость»; во-вторых, «нет рассеянных мыслей»; и, в-третьих, «ни единой мысли».

В высшем смысле безмолвное озарение — это метод без метода. Подсчет и отслеживание дыхания — это методы сосредоточения рассеянного сознания, а гунь-ань — это метод приложения сильного давления для достижения внезапного прорыва. Безмолвное озарение — это просто отказ от всех мыслей и слов и непосредственное погружение в состояние Чань.

Я не очень часто рекомендую людям этот метод. Прежде всего, вы должны обладать уверенной практикой, чтобы действительно получить от него пользу: вы должны находиться на том этапе, когда уже нет улаживания проблем, когда вы можете сидеть в медитации без нарушения сосредоточения, практически без посторонних мыслей. Другая причина заключается в том, что сложно определить, является наше сознание действительно «ясным и открытым» или просто пустым. Вы можете просто проводить время в праздности, предаваться очень утонченным размышлениям и верить в то, что вы практикуете безмолвное озарение. Вы можете молчать без какого-либо озарения.
Ключ содержится в строке: «И ясно и открыто, пред тобой Оно возникнет». Что должно быть ясным и открытым? Все, что содержится в вашем сознании, которое, хотя и неподвижно, отражает все подобно зеркалу,

Когда вы достигли безмолвия, время не имеет длительности. Мы ощущаем время только благодаря тому, что возникают и исчезают мысли. Когда мыслей нет, нет и времени. Время бесконечно, безмерно. Однажды ночью, когда великий наставник Тай-сюй занимался медитацией, он услышал вечерний звон колокольчика. Непосредственно после этого он услышал утренний звон. Поскольку он был в самадхи, прошла целая ночь, а у него полностью отсутствовало ощущение времени.

Следующая строка относится к пространству, ясному и яркому ощущению окружающей среды. Когда ваше сознание движется, ваша осознанность обладает узкой фокусировкой благодаря вашим мыслям. Если бы вы могли видеть и слышать, не прибегая к помощи своего сознания, и в то же время быть очень внимательными, вы бы ощутили бескрайнее пространство. Но это не очень возвышенное состояние. Еще более высоким является состояние «ни единой мысли». В этом состоянии различия между обширным и маленьким просто не существуют.

Есть изречение, что все Будды прошлого, настоящего и будущего вращают Колесо Дхармы на кончике тонкого волоска. Когда вы можете очистить свое сознание от всех мыслей, сознание становится всеобъемлющим и не видит различия между бесконечно малым и бесконечно большим.

Предельно лучезарно яркое сознанье,
Чудесно озарение без мрака.

Лучезарное яркое сознанье — это осознанность Будды, который видит живые существа в их совершенстве, в отличие от обычной осознанности, которая является помраченной и видит мир, окутанный темнотой. Эта ясность проливает свой свет на все веши, и они приобретают характер чуда.

Это похоже на песни Миларепы. которые открывают гармонию между всеми великими и малыми вещами. Это — чудо «Аватамсака-сутры». где все воспринимается в таких подробностях, со всех точек зрения. Настолько просветленное сознание способно увидеть мироздание в песчинке. Это — мир, воспринимаемый мудростью, которая берет начало в самадхи.

Луны явленье, звезд река,
Под снегом сосны, облака на пиках.

Состояние безмолвного озарения подобно луне, не скрытой облаками — ясной, спокойной и прохладной. Луна, скорее чем солнце, является символом просветления, поскольку луна прохладна и безмятежна, тогда как солнце — жаркое и активное. «Река звезд» соответствует Млечному Пути, где близко расположенные звезды образуют реку света. «Под снегом сосны, облака на пиках». Все это — образы ясности и открытости.
Видели ли вы когда-нибудь, как облака свободно плывут между возвышающимися горными вершинами? Это символизирует освобожденное сознание, которое, даже сталкиваясь с препятствиями, не поддается их оковам.

Во мраке, светом полнятся они.
В тени, они лучом мерцают чудным.

Активные элементы утихли, замерли, и пришла ясность, и наконец можно видеть то. что находится в глубине.
В небе сна журавля и в глубинах осеннего пруда эпохи растворяются. Мы называем это «ничто», так как наше ощущение времени возникает из бесконечной последовательности мыслей и образов, проходящих через наше сознание. Этот поток восприятия также дает рождение ощущению отдельного «я». Если бы вы могли остановить движение мыслей через сознание и сосредоточиться на одной постоянной мысли безмолвного озарения, время оказалось бы замороженным. Если бы тогда вы смогли забыть даже эту единственную мысль, время растворилось бы.

Можете ли вы зафиксировать свое сознание на одной мысли хотя бы на минуту? Опасно ли останавливать самолет в середине полета? Конечно. Но вы должны решиться на то, чтобы прекратить свои мысли и не бояться смерти. Если вас охватывает паника, вас переполняют мысли. Вы должны еще решительнее, чем обычно, отказаться от всего и просто сосредоточиться на практике, оставив все мысли о жизни, теле, страхах, желаниях, обо всем, кроме метода.
Чудо заключается в отказе от заблуждений и в ясном, светлом сознании, просто отдающемся практике.

Сиянье с чистотою прогоняют мрак
С пути, где Озарение Безмолвно,
Где бесконечно малое возникло.


Когда практика завершена, медитирующий проходит через врата сансары — круговращения рождений и смертей — и выходит на путь мудрости. После продолжительного и усердного труда его практика созрела. Плод древа Бодхи, древа пробуждения Будды, готов к тому, чтобы его сорвали. В практике Чань эти врата описываются как состоящие из трех порогов, через которые нужно пройти. Первый порог называется чу чань, или «начальный Чань». При помощи изучения Чань и преодоления стены великого сомнения вы перешагиваете этот порог, чтобы увидеть свою собственную природу, или природу Будды. Это первое вкушение плода, проблеск просветления, но не окончательное освобождение, поскольку помрачения ещё имеют глубокие корни.
Самой темной ночью, когда не видно ни луны, ни звезд, небо расколото ударом молнии; на мгновение вы видите все с ошеломляющей четкостью, затем снова опускается тьма. Но когда вы увидели это однажды, ваша вера усиливается и вы никогда не утратите свою практику полностью.

Второй порог на самом деле состоит из множества порогов. Он называется цэн гуань, «многослойный проход». Это похоже на горный кряж с вершинами, вздымающимися одна над другой, которые вы должны поочередно проходить. Эти вершины — ваши собственные препятствия и помрачения. Прохождение этого этапа занимает много времени, но с каждой преодоленной вершиной возрастает ваша сила. По мере того как помрачения ослабевают, вершины кажутся уже не столь высокими.
Третий и последний порог называется то гуань, «тюремный проход», название которого объясняется тем, что, преодолев его, мы достигаем окончательного освобождения от круговращения сансары — временных прибежищ прошлого, настоящего и будущего. Это освобождение носит название Нирваны. На этом этапе способность бодхисаттвы помогать живым существам обширна и беспрепятственна.
Только Безмолвие — учений выше всех.
Лишь Озарение — универсальный отклик.

Лишен усилий отклик этот.
Ученье слуху недоступно.

Озарение не требует усилий, так как нет безмятежности, достигаемой через напряжение. Отклик без усилий — вот образ действия бодхисаттвы. Когда другие видят в нем великое сострадание, он не видит в себе ничего особенного


Говорят, что зеленый бамбук и желтые цветы — это Будда, проповедующий Дхарму. Но существует ли что-то такое, что не является проявлением Дхармы Будды? Есть история о том, как наставник Дао-шэн говорил с горой камней, поскольку никто не приходил на его проповеди. Согласно записям, когда он закончил, гора с признательностью кивнула ему. Однако в действительности все является дхармовым телом Будды, и озаренное сознание просто видит мир светлым и исполненным жизненной силы.

Они между собою речь заводят,
И на взаимные вопросы отвечают.
Ответами встречая все вопросы,
Они гармонии подвластны полной.

В этой беседе между всеми вещами, когда каждая из них излагает Дхарму, ответ всегда попадает в цель. Озаренное сознание включает в себя все. В нем все веши дружелюбны и гармоничны, без недостатка, без избытка. Это — совершенная беседа — совершенный ответ на совершенный вопрос; и все это без единого слова.

Когда покоя в озаренье нет,
Становятся различия видны.
Ответами вопросы порождая,
Они гармонию нарушить могут.

Когда есть озарение, но нет безмолвия, в это вмешиваются мысли и возникают различия. Веши теряют свою способность быть «просто такими». Диалог между вещами исполнен диссонансов — неправильные ответы на неправильные вопросы.

Безмолвным Озарением зовется этот метод.
Он от глубин до высоты простерт.

В этих строках говорится о вере — вере в традицию практики, которая беспрерывно передавалась от Будды через бесчисленные поколения. Есть ли такой человек, который может заниматься этой практикой и не обрести в ней всю Дхарму Будды, от самых глубин до высот?

Дао не обозначает действительный путь или направление, а скорее — методы практики.
Юн-цзя Сюань-цзюэ (665-713)
  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#9 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 11 April 2013 - 22:03

Песнь о Просветлении

Когда реальность мы воспринимаем, ни личности, ни дхармы нет.
Нет добродетели, как и греха; приобретенья, как утраты.
Не нужно в сущности Нирваны пытаться что-то обнаружить;
Сначала зеркало покрыто пылью было, никто и никогда его не чистил.
Сейчас его разделим мы на части и изучим.

Отбрось четыре элемента, не цепляйся ни за что;
Спокойно ешь и пей, прозрев нирваны сущность.
Непостоянны все явленья; все пусты.
Вот просветленье Татхагаты без изъяна.

Одно сиянье совершенное, что формы лишено, хоть формой обладает.

Когда хулят тебя другие, пусть обвиненьями осыплют;
Они истратят силы все, пытаясь небо факелом спалить.
Когда я слышу оскорбленья, это амброзии подобно;
Расплавь ее, и в тот же миг непостижимого достигнешь.
Не злись на тех, кто оболгал тебя;
Как можешь проявить еще ты нерожденную способность состраданья?

Чань в том, чтобы идти; в том, чтоб сидеть;
В словах иль тишине, в движенье иль покое — сущность неизменна.
Спокоен будь, хоть пред тобою острый меч,
И даже если яд тебе дают, покоя не теряй.

В обители высокогорной пребывая,
На горном пике, под огромною сосной,
Я радостно предамся созерцанью,
Покоен в мирной хижине монаха.
среди богов рожденье обретешь,
Как если б выпустил стрелу в пространство.

Не подражанье соблюдению обетов,
Но тот же посох, что у Татхагаты, и тот же путь, который он прошел.

Сознания зерцало отражает без помех;
Его сиянье и обширность в бессчетных расточаются мирах.
Различные явленья обретают плоть;
Для совершенно просветленных нет ни «снаружи», ни «внутри».
Вратами Чань приди к тому, чтобы отсечь сознанье,
И сразу же узри картину нерожденья.

Он ясно видит: нету ничего,
Ни личности, ни Будд не существует.


Затворничество первое
День 1. He-противостояние

Первая строчка знакомит нас с всецело просветленным человеком. Как он следовал практике? Как он обрел просветление? Какой подход был необходим ему для достижения просветления? Во-первых, он не старался отсечь свои блуждающие мысли; он не противостоял и тому, что его отвлекало. Во-вторых, он не стремился к просветлению: он не искал природы Будды.
Во время затворничества я советую участникам не пытаться избавиться от чего-либо, противостоять чему-либо или к чему-то стремиться. Согласиться со мною легко, но принять мой совет и последовать ему сложно. Возможно, некоторые из вас чувствуют, что не способны прекратить стремиться к одним вещам и подавлять другие. И все же вы должны попробовать. Я буду повторять это снова и снова, поскольку если я не буду делать этого, своим стремлением пресечь блуждающие мысли и обрести просветление вы лишь увеличите число стоящих перед вами препятствий.

Нет необходимости отгонять блуждающие мысли. Ошибочные мысли порождаются неведением, а сущностная природа неведения неотделима от природы Будды. Однажды некий последователь буддизма спросил у своего учителя: «Как мне достичь освобождения?»
Учитель ответил вопросом на вопрос: «Кто лишает тебя свободы?» Ученик спросил: «Как мне достичь просветления и избавиться от рождения и смерти?»
Наставник снова ответил вопросом: «Где находится рождение и смерть?»
Ученик задал еще один вопрос: «Как я могу переродиться в Чистой Земле?»
Наставник спросил: «Скажи мне, какое место не является Чистой Землей?»

Природа Будды и неведение, освобождение и рождение и смерть, нирвана и сансара — все это не отдельные вещи; это не противоположности. Мы можем условно говорить об избавлении от неведения и достижения просветления, но когда человек является истинно просветленным, он понимает, что неведение и природа Будды суть одно и то же. Если бы неведение и природа Будды действительно существовали в качестве устойчивых, самостоятельных сфер, омраченный человек никогда бы не обнаружил в себе природу Будды; он пребывал бы в своем неведении и не смог бы достичь просветления, но это не так. Неведение и природа Будды неотделимы друг от друга.

Переходя от неведения к природе Будды, вы поймете, что в действительности неведения не существует. Если бы оно существовало, все мы никогда бы с ним не расстались. Каждый последователь буддизма, знакомый с этим принципом, не будет пытаться избавиться от неведения или стремиться к природе Будды.

Когда вы занимаетесь практикой и ваше тело испытывает усталость, а сознание наполняется тревогой и беспокойством, несложно вступить с собой в противоборство. Если бороться с усталостью и волнением, вы лишь устанете еще больше и увеличите количество волнений. Вы испытаете отчаяние. Лучше сказать себе: «Это неведение, а неведение само по себе и есть природа Будды. Я не буду бороться. Я не буду злиться. Я не буду стремиться изменить свое состояние». Если то, что вы переживаете, есть природа Будды, что здесь ненавидеть и с чем бороться? Но, занимаясь сидячей медитацией, вы страдаете от боли, усталости и блуждающих мыслей. Испытывая страдания, вы вряд ли поверите моим словам. Сложно расслабиться и позволить вешам оставаться такими, каковы они есть. Возможно, вы даже подумаете: эти препятствия возникают именно потому, что вы следуете Пути, — в каком-то смысле боль обладает своим собственным сознанием и ждет, пока вы сядете и начнете медитировать. После достижения просветления вы поймете, что заблуждения тождественны природе Будды и неведения в действительности не существует.

Тело подвержено боли, недугам, болезни и смерти. Во время практики тело испытывает боль и усталость, но по своей сущности тело тождественно дхармовому телу. Дхармовое тело является изначально чистым, освобожденным и просветленным. Вы можете спросить, где находится это чистое и освобожденное дхармовое тело?
Я бы в этом случае ответил вопросом на вопрос, так же как наставник в изложенной выше истории: «Что не является уже чистым, освобожденным дхармовым телом?»
Между физическим и дхармовым телом нет разницы, но вы еще не осознали это. Пока вы этого не поймете, вас будут мучить боль и усталость. Лишь открыв, что физическое тело идентично дхармовому, вы избавитесь от своих проблем.

Большинство людей боятся смерти, но чаньскому наставнику страх был неведом. Он знал, что его физическое тело не отличается от дхармового тела и что дхармовое тело не может быть уничтожено. Если человек действительно поймет, что физическое и дхармовое тело идентичны, он не станет бояться смерти. Недуг, боль и старость не причинят ему беспокойств.
В процессе практики вас будут посещать самые разнообразные неприятные ощущения. Даже если вы еще не поняли, что физическое и дхармовое тело тождественны, вы, по крайней мере, должны верить в это. Если у вас есть вера, вас не будут отвлекать и волновать ощущения, возникающие во время практики, будь то боль, удовольствие или даже блаженство. Дхармовое тело является чистым и неизменным. Оно не испытывает ощущений. Вы должны воспринимать все ощущения во время практики как иллюзии. Пусть они приходят и уходят. Не цепляйтесь за них. Игнорируйте их.

Как только вы действительно пробудитесь к восприятию дхармового тела, вы поймете, что нет таких чувств, ощущений или качеств, которые вы можете схватить и сказать: «Вот дхармовое тело». Физические, ментальные и так называемые духовные переживания, возникающие во время практики, не есть дхармовое тело. Это лишь реакции нервной системы на физическое тело и окружающую среду. Дхармовое тело лишено свойств или характеристик.

Я не отрицаю существование духовного начала, но дух неотделим от тела. В буддизме нет разделения между духом и телом. Во время практики вы не должны проводить разграничений между физическими и духовными переживаниями. Все это одно и то же. Если у вас нет тела, откуда возьмутся духовные переживания?
Нельзя сказать, что дхармовое тело является независимым от материального тела, но нельзя сказать и что физическая активность или движущиеся вещи являются дхармовым телом. Нельзя выбрать какую-то вещь и сказать: «Вот дхармовое тело». Истинное дхармовое тело абсолютно неподвижно.


День 2. Только настоящее мгновение

Ваше тело, которое вы, как правило, отождествляете со своим «я», вместе со всеми явлениями, которые открываются вам в ваших чувствах, представляет собой пять скандх, или пять совокупностей: форму, ощущение, восприятие, волеизъявление и сознание. Юн-цзя говорит, что пять скандх подобны облакам, плывущим по небу. Изначально небо является чистым. Облака появляются, плывут по небу и исчезают. Облака — это не небо. Между небом и облаками нет никакой конкретной связи, и все же небо неотделимо от облаков.
Пять скандх подобны этим облакам. Все мы думаем, что обладаем независимым «я», сознанием и телом. Однако наше тело, как и наше «я», с которым мы себя отождествляем, не сушествовало до нашего рождения. После смерти наше тело и наше «я» снова исчезнут. Подобно небу до и после появления облаков мир не содержит в себе нас до нашего рождения и после нашей смерти. Неизменного «я» не существует.

Однако это не означает, что нет ничего постоянно существующего. Если бы ничто не существовало постоянно, не было бы смысла заниматься практикой. Таким существованием обладает наша исконная и изначально чистая природа Будды. Природа Будды присутствует изначально и всегда, так же как и небо. В то время как наше тело и сознание приходят и уходят, подобно облакам, природа Будды, или собственная природа, существует всегда, так же как небо существует вне зависимости от наличия облаков.

Природа Будды не порождается практикой. Она существовала всегда. Если бы природа Будды была сотворенной, ее также можно было бы и уничтожить. Но тогда зачем заниматься практикой, если мы уже обладаем природой Будды? Практика не создает Будду. Практика помогает нам осознать или обнаружить природу Будды, изначально нам присущую. Если кто-то спросит: «Где находится Будда?» — или: «Что такое Будда?» — задайте ответный вопрос: «Где нет Будды?» — или: «Что не является Буддой?»

Вы не можете взять свое тело — совокупность пяти скандх — и превратить его в Будду. И все же Будда неотделим от пяти скандх. Будда есть всеобщность. Пять скандх — это веши, которые мы создаем в качестве крошечных индивидуальных «я». Посредством пяти скандх мы придаем себе самотождественность, но эта самотождественность носит убогий, жалкий характер. Если вы думаете: «Это тело мое, отдельное от всего остального», — а затем говорите: «Я — Будда», тем самым вы создаете столь же убогого и жалкого Будду, как вы сами.
Мы считаем, что тело тождественно «я», будучи введены в заблуждение тремя ядами — влечением, гневом и неведением. Три яда подобны наркотикам, вызывающим сильную зависимость. Под их воздействием мы ощущаем кратковременное, иллюзорное удовлетворение или возбуждение.

Приятные ощущения порождают привязанность и влечение. Неприятные ощущения приводят к отвращению, гневу и ненависти. Это лишь чувства, которые наше «я» испытывает под воздействием трех ядов. Без влечения, гнева и неведения невозможно существование «я». Если вы успешно занимаетесь практикой, влечение, гнев и неведение мало-помалу угаснут. Когда три яда ослабнут, вы не будете так сильно нуждаться в привязанности к собственному «я». Вы увидите в своем ограниченном «я» пузырь на поверхности огромного океана, мгновенно образующийся, поднимающийся на поверхность, затем лопающийся и вновь растворяющийся в воде.
Что является постоянным за пределами этого неустойчивого пузыря? Ваша собственная природа. Где ваша собственная природа и что это такое? Это вы должны открыть для себя сами.

Однажды кто-то спросил меня, как долго нужно заниматься практикой, чтобы стать просветленным. Я ответил: «Не меньше веков, не дольше мгновения мысли». Что вам больше нравится, длинный или короткий путь? Вероятно, большинство предпочтет путь, который побыстрее.
Я предлагаю вам быстродействующий метод. Возьмите все свои помыслы — хорошие, плохие и нейтральные — и отпустите их. Если это вам удастся, вас мгновенно посетит просветление. Если вы сможете достичь состояния сознания, в котором нет «я», нет другого, нет разграничения, нет живых существ, нет Будды, вы постигнете истинную сущность вещей. Возьмите меч практики и рассеките различающее сознание. Когда различающее сознание рассечено просветлением, от него ничего не остается, поскольку изначально не существовало никакого реального «я», которое могло бы проводить различия.

Вы должны верить в то, что это возможно. В последний день затворничества я подбадривал двух учеников, убеждая их получше распорядиться оставшимся временем. Они возразили, что им не хватит времени, чтобы чего-либо добиться. Я сказал: «Вы можете достичь просветления за один миг. Если каждое мгновение вы полностью отдаете практике, у вас масса времени для того, чтобы пережить просветление. Одного дня больше чем достаточно, а достигнете вы чего-то или нет, это уже другой вопрос».

Забудьте о времени, когда вы занимаетесь практикой. Не думайте: «Мне не хватит времени, чтобы чего-нибудь достичь». Не думайте: «Я молодой, у меня много времени для практики». Во время затворничества лучший подход — полностью использовать возможности каждого мгновения от начала до конца, держась за него и усердно занимаясь практикой. Не думайте о прошлом или будущем. Оставайтесь в настоящем мгновении.

Вы должны сначала освободиться от прошлого и будущего. Если вы можете сосредоточить свое сознание на настоящем мгновении, вы действительно черпаете силы в занятиях практикой. Эти силы помогут вам освободиться и от самого настоящего мгновения. Освободившись от времени, вы также освобождаетесь от пространства. Пространство и время, подобно пяти скандхам, представляют собой иллюзии. Когда вы свободны от пространства, времени и пяти скандх, «я» не существует. Если «я» существует — будь то частное или всеобщее «я» — возникают и влечение, гнев и неведение.

Пусть во время практики ваше помраченное или заблуждающееся сознание не доставляет вам хлопот. Оно тождественно сознанию Будды.
Не переживайте из-за успехов или неудач. Просто практикуйте ради самой практики. Занятия практикой с таким отношением уже представляют собой успех.
Пока вы не достигли просветления, «я» существует. Однако вы должны понимать, что оно является иллюзорным и непостоянным. Лучший выход из положения — следовать своему методу и продолжать заниматься практикой.
На пути к просветлению вы начинаете с избавления от прошлого и будущего. Вы пребываете в настоящем, работая над своим методом. Это ваш путь.
  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#10 Sopheeya1984

Sopheeya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1047

Отправлено 11 April 2013 - 22:30

День 5. Невыразимость просветления

На Тайване один старый монах читал лекции по «Аватамсака-сутре». В сутре говорится о «мире, украшенном цветами». Когда старый монах попытался описать этот мир, он открыл рот, но не смог произнести ничего, кроме восклицаний — нечто вроде: «Ох!..» и: «Ах!..». Его слушатели не поняли, что он хотел сказать. В сутре говорится, что каждый цветок в этом мире заключает внутри себя тысячу лотосов, а на каждом лотосе сидит Будда, проповедующий Дхарму в десяти направлениях пространства. Это описание мало что говорит нам, и на самом деле объяснение монаха гораздо лучше.

В «Лотосовой сутре» рассказывается история о сыне богатых родителей. В юности он покинул родной дом и много лет скитался повсюду как нищий. Он не знал того, что за подкладкой его одеяния зашит драгоценный камень, которому нет цены. Однажды кто-то сказал ему: «На самом деле у тебя есть драгоценный камень. Если найдешь его — разбогатеешь».
Смысл этой притчи очевиден. Изначально и навсегда мы обладаем сокровищем природы Будды, но тем или иным образом теряем его из виду. Сейчас вы услышали проповедь Дхармы, и вы знаете, что природа Будды существует. Все, что вы должны делать, — это искать ее, пока не найдете. Найдя ее, вы избавитесь от неведения и помрачений. Это называется «узреть природу собственного «я».
Если вы сможете полностью раскрыть собственную природу, так что разграничения больше не вернутся к вам, вы обретете состояние Будды.

Драгоценность мани символизирует исполнение всех ваших желаний. Она дает человеку сверхъестественные способности. Вы можете все видеть, все слышать, быть повсюду. Вы можете заглядывать в прошлое или будущее. Многие люди хотели бы обладать этими способностями или хотя бы побольше узнать о них. Большинство людей не понимает того, что, будучи потенциальными Буддами, мы уже обладаем этими сверхъестественными способностями в скрытой форме.

Пока длится ощущение просветления — а оно может быть недолговечным, как вспышка, — вы не будете видеть отличий между внутренним и внешним. Если вы хотите узнать, что это на самом деле, вам придется найти драгоценность мани и самим открыть ее для себя.


Затворничество второе
День 1. Очищение шести чувств


Лишь достижение дает нам пониманье.
Увидеть отраженье в зеркале несложно.
Как можно ухватить луну в реке?

Одна из начальных практик — попытка очистить зрительное сознание. Для этого нужно отказаться от использования собственной памяти, мыслей и всякого предшествующего опыта. Подобно фотокамере, нужно взирать на мир, не делая разграничений. Если вы хорошо занимались практикой, вы сможете увидеть веши по-новому.
Один из участников так внимательно смотрел на деревья, что перестал ощущать себя человеком. Он превратился в дерево. Когда я велел всем возвращаться в зал для медитации, он не двинулся с места. Я сказал: «Пора идти, очень холодно».
Он ответил: «Разве деревья могут ходить?»
Во время затворничества на Тайване я предложил всем внимательно смотреть на окружающий мир. Один монах из Малайзии стал смотреть на кладбище неподалеку. Когда он смотрел на надгробие, я сказал, чтобы он отбросил свои предубеждения и перестал думать о том, на что смотрит. В конце концов, он перестал мыслить идеями и увидел за этими камнями людей. После затворничества он снова пошел на кладбище, но не увидел ничего необычного.
Я помню еще одно затворничество, в котором принимала участие монахиня с юга Тайваня. Земля была усыпана цветами различных деревьев. Когда я велел ей заниматься практикой чистого взирания, монахиня увидела, что деревья и опавшие цветы — одно и то же. Она поднимала цветы и клала их на ветки. Это делало ее счастливой, поскольку для нее цветы и деревья были тождественны.

Поскольку большинство из нас прибегает к разграничениям, основанным на наших предубеждениях, наше зрительное сознание является статическим, неактивным и жестким. Наше зрение носит избирательный характер по причине воспоминаний, симпатий и антипатий. Поскольку наше сознание нечисто, наше зрение также является нечистым. Если бы наше сознание могло очиститься, то мы могли бы сказать, что наше зрение тоже является чистым. То, что мы видим чистыми глазами, полностью отличается от того, что видят глаза, покрытые скверной. Только при таком отношении ваши глаза будут чистыми. С помощью такого подхода можно очистить и другие чувства, и окружающий мир больше не будет управлять вами.
Если вы сможете помешать своему сознанию пребывать в прошлом, то ваши чувства отвратятся как от прошлого, так и от настоящего. Вы быстро делаете успехи, когда сознанию не мешает прошлое и окружающий мир.

Во-первых, нужно верить в самого себя. Вы должны верить в то, что вам по плечу то, чего достигли другие люди.
Во-вторых, вы должны верить в метод. Вы должны верить в то, что метод приведет вас к той цели, к которой вы стремитесь.

Методы практики были проповеданы Буддой Шакьямуни, в течение столетий передавались патриархами и наставниками. Вы должны исходить из того, что Будда не обманывал нас. Если бы он был причастен к обману, он не был бы Буддой. Не может быть такого, чтобы на протяжении веков каждый патриарх и наставник обманывал нас, а сутры и шастры были простой ложью. Поэтому вы должны верить в себя, в методы практики.

День 2. Ложное просветление: поймать луну в реке

Увидеть отраженье в зеркале несложно.
Как можно ухватить луну в реке?

В строке говорится об отражении в зеркале. Чаньские наставники часто сравнивают сознание с древним зеркалом, которое существовало в каждом из нас со времен безначальной древности. Будучи чистым, оно, тем не менее, покрыто пылью помрачений и лишено своей способности отражать. Практика есть процесс устранения пыли и полировки зеркала с целью возвращения ему отражательной силы.
Это зеркало — не обычный предмет обихода; скорее, это зеркало мудрости, в котором отражаются основополагающие проблемы всех живых существ. В отличие от обычного зеркала, зеркало мудрости не отражает вас, поскольку вы (ваше «я») на самом деле не существуете. Мудрость безгранична.

В строке содержится вопрос: «Как можно ухватить луну в реке?» Луна находится на небе. Если вы верите, что на самом деле луна находится в воде, вы обманываете себя. В одной чаньской истории рассказывается о человеке, который видит луну в воде и решает забрать ее домой. Ведро за ведром он носит домой то, что считает луной. Наконец, вернувшись домой, он видит, что у него нет ничего, кроме воды.

Вы должны превратить живого быка в железного. Железные быки никогда не испытывают голода, и трава ничего не значит для них.
Будьте начеку. Усердно занимайтесь практикой и следите за своим сознанием, похожим на быка.

День 3. Самоизоляция

Идут и действуют всегда одни,
Но вместе просветленные идут путем нирваны.
Мотив старинный, чистый дух и выдержанный стиль,
Суровое лицо, сухие кости; нет дела никому.

Эти четыре строчки описывают сознание и тело практикующего. Образ жизни великого последователя буддизма необычайно независим. Каждый последователь ведет уединенный образ жизни и следует своему собственному пути к нирване. Хотя количество путей безмерно, все пути тождественны. Более того, каждый последователь должен идти по своему пути в одиночестве. Но, даже если последователь один, он не одинок. Ему не нужно общество. Его спутник — Дхарма, а его жизнь — практика. Чтобы войти в мир, где нет рождения и смерти, необходимо следовать этому подходу.

Когда вас посещают посторонние мысли, как правило, они связаны с другими людьми

Следующий шаг — отделить себя от областей зрения и слуха и света и тени. Избавиться от звуков и образов внешнего мира относительно просто.. Что бы вы ни видели, слышали, ощущали или воображали, не привязывайтесь к этому. Этого сложно добиться. Если вы можете отдалиться от этих явлений, ваша практика будет успешной, а ваше продвижение вперед — постоянным.

Представьте себе, что вы одни, поскольку вы действительно одни. Вы рождаетесь в одиночестве и в одиночестве же покидаете этот мир. Даже если вы с вашей возлюбленной привяжете себя друг к другу, примете вместе яд и умрете в одно мгновение, вы все же покинете этот мир в одиночестве. Ваша карма принадлежит только вам.

День 5. Усердствуйте в практике

Для всех великих — всё в одном прорыве;
Результаты не настолько значимы. Важен процесс, или практика, сам по себе.
На самом деле и продвижение вперед, и откатывание назад являются признаками прогресса. Когда вы взбираетесь на гору, вы должны преодолевать расстояние шаг за шагом. Следующий шаг может быть выше предыдущего — а может быть и ниже его, — но через какое-то время вы поймете, что находитесь выше того места, с которого вы начинали.
. Если вы останавливаетесь передохнуть, вы, быть может, не поднимаетесь, но все же находитесь выше, чем раньше, и, когда восхождение возобновится, вы почувствуете себя отдохнувшими. В отдыхе нет ничего плохого.

Когда я слышу оскорбленья, это амброзии подобно;
Расплавь ее, и в тот же миг непостижимого достигнешь.

Когда люди клевещут на вас, вы должны воспринимать их слова так, как если бы это была амброзия.

Младший ответил: «Мое сознание еще не успокоилось».
«А на чем твое сознание должно успокоиться?» — спросил старший.
Когда младший брат услышал эти слова, его сознание стало ясным и лучезарным. Он пытался заставить свое сознание успокоиться, но силы, которые он тратил на это, лишь делали его напряженным. Слова брата заставили его понять, что все его усилия были напрасны; они скорее рассеивали, чем сосредотачивали его сознание. Он освободился от своей принужденной решимости, и его сознание успокоилось само собой, сделавшись ясным и лучезарным.

Мы не должны надеяться на быстрые результаты. Мы должны просто заниматься практикой.
Сделайте целью практики саму практику и примите ее как обязанность, необходимость, как еду и сон.

Если вы обладаете правильным подходом или истинным духом чаньской практики, вы должны уделять всецелое внимание всему, что вы делаете, и вы должны стараться делать все как можно лучше. Не думайте о прошлом. Не думайте о будущем. Просто сосредоточьтесь на настоящем.

У Будды нет мудрости, нет прозрения, нет накопления заслуг. Такие понятия для Будды не существуют. Если вы хотите обрести мудрость и накопить заслуги, чтобы стать Буддой, вы стремитесь к невозможному.
Я сказал, что у Будды нет мудрости. Вы можете, однако, подумать, что у него есть сострадание. Если есть сострадание, должно быть понятие о живых существах. Если Будда осознает наличие живых существ, он по-прежнему проводит разграничение и не является Буддой. Мы говорим, что Будда обладает состраданием, но, с его точки зрения, он лишен сострадания. Если мы чувствуем, что сострадаем, мы не Будды.

Нет замены тяжелой работе

«Все Будды десяти направлений пространства» — удобное выражение, которое легко запомнить, но в действительности каждый Будда существует во всякой точке времени и пространства.
  • 0
Не важно, что написано. Важно, как понято. Будте счастливы; и здоровы!

#11 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 28 April 2013 - 09:12

Подчинение желаний

Только человек, который ни на что не полагается, подчиняет все себе.

Если во время медитации вы будете противодействовать своим блуждающим мыслям, вы распахнете дверь, через которую сможет проникнуть еще больше блуждающих мыслей. Вы не должны противостоять ничему во время вашей практики или медитации.
Не думайте о просветлении. Не сопротивляйтесь блуждающим мыслям. Если вы будете испытывать к ним отвращение, это лишь создаст напряжение в вашем сознании и теле. Просто придерживайтесь своего метода. Это — лучший подход для последователя Чань. Все заключает в себе полную всеобщность природы Будды. Зачем испытывать к чему-то отвращение?

Сознания зерцало отражает без помех;
Его сиянье и обширность в бессчетных расточаются мирах.
Различные явленья обретают плоть;
Для совершенно просветленных нет ни «снаружи», ни «внутри».

Практика самадхи поступательна. Последователь должен достичь самого поверхностного уровня, а затем медленно углублять свое самадхи посредством практики.

Чистое сознание просто отражает. Существуют вещи снаружи или нет, не важно. Когда перед зеркалом перемещаются вещи, они отражаются в нем. Вот и все.
Сознание Будды или просветленного существа содержит все, и все же в его сознании ничего нет. Все в сознании подобно грязи на зеркале, мешающей ему ясно отражать предметы. На самом деле веши не находятся и снаружи сознания; скорее, именно благодаря наличию сознания происходит все остальное, все остальное кажется существующим, так же как свет воспринимается только потому, что отражается от вещей.
Если сознание человека действительно является чистым, оно безмолвно. В то же время оно функционирует. Сознание этого человека не подвержено более действию разграничения; оно наделено силой мудрости. Чистое сознание, отражая, взаимодействует с любым живым существом, которое соприкасается с ним. Однако сознание ничего не делает.

Когда сознание действительно чисто, нет ни внутреннего, ни внешнего. Если существует одно, должны существовать оба. Вещи внутри и снаружи не могут существовать независимо друг от друга. Более того, когда есть внешнее и внутреннее, есть также разграничения и препятствия. Только в том случае, когда ни внутри, ни снаружи ничего нет, сознание может отражать все, как зеркало. В это время сознание действует благодаря мудрости. Оно не имеет намерения сделать одно, а не другое. Оно не помогает одному живому существу и не избегает другого.

Это сознание мудрости стоит над пространством и временем. Оно не существует в конкретной точке пространства; оно существует в каждом участке пространства. Оно не существует только в этот момент времени; оно существует во все времена. Нет границ или преград. Каждый будет отражен в этом зеркале вне зависимости от того, имеет он кармическую связь с зеркальным сознанием или нет. Единственное отличие заключается в том, что те, кто имеет кармическую связь, поймут, что они отражаются в нем, тогда как те, кто не имеет такой связи, не поймут этого. Это важный момент: все, вне зависимости от наличия кармической связи, отражается в зеркале просветленного сознания. Те, у кого есть кармическая связь, видят свое отражение. Другими словами, эти люди подходят к зеркалу с открытыми глазами. Те, кто лишены этой связи, поворачиваются к зеркалу спиной. Они отражаются в нем, но не знают об этом: а если они повернутся к зеркалу лицом, их зрение не поможет им. Тем не менее, в этом зеркале отражаются все живые существа. Они не могут быть отделены и отстранены от зеркального сознания.

Чем сильнее ваша близость к зеркальному сознанию, тем яснее вы видите свое отражение. Те, кто обладает слабой связью, могут не узнать свое отражение. Тем не менее, является отражение прямым или непрямым, ясным или затуманенным, все, кто видит отражение, получают пользу от Дхармы Будды.
Участники затворничеств могут уметь сосредотачивать свое сознание до определенной степени, и они могут даже уметь достигать элементарных уровней самадхи, но это не то же самое, что созерцание своей собственной природы. Однако такие начальные переживания являются важными и благотворными. Они есть основа хорошей практики. В конце концов, они приведут к восприятию своей собственной природы или к достижению глубоких уровней самадхи.
Обладание чистым сознанием — это просветление.

Как только вы увидите свое отражение, усердно трудитесь. Благодаря усердной практике вы сможете в конце концов достичь самадхи или прозреть свою собственную природу. Чем усерднее вы практикуете, тем глубже вы постигаете свое сознание. Вы сможете различать разные уровни опыта, так же как сейчас вы можете проводить различие между тем, чтобы видеть воду, пить воду, прыгать в воду и становиться водой.

Причины и следствия пусты, но причины и следствия существуют. Это — основы Дхармы Будды.

Оно незыблемо и не нуждается в хвале,
Его природа бесконечному сродни пространству.
Не покидая местопребывание свое, оно всегда хранит прозрачность.
Когда ты ищешь, ты найти его не можешь.
Нельзя его схватить или отбросить;
И лишь в необретаемом его ты обретешь.

Сознанье — это орган чувств; его объекты — дхармы.
Подобны оба пятнам на зерцале.
Как только стерта пыль, блистает свет.
Когда забыты и сознание, и дхармы, то истинная сущность.

Внешние дхармы иногда именуются чувственными объектами. На самом деле, буквальный смысл китайского термина — это «чувственная пыль». Как только сознание воспринимает внешние дхармы, в действие приводится цепочка ментальных дхарм — которые являются чувственными объектами шестого сознания. Ментальные дхармы сами по себе также приводят в действие другие ментальные дхармы. Любая ментальная деятельность или внешний объект, воздействующий на сознание, может рассматриваться как чувственная пыль. Именно эта чувственная пыль накапливается и скрывает под собой зерцало сознания.
Если сознание не движется, исчезает как внутреннее, так и внешнее. Когда прекращается взаимодействие между внутренней ментальной активностью и внешней формой, появляется мудрость. В это время невозможно обнаружить ни сознания, ни дхарм.
Если сознания и дхарм больше нет, то с чего же они должны начинаться? Это не что иное, как природа Будды.

Если вы отсечете прошлое и будущее и откроете, что настоящего также не существует, в это мгновение сознание будет отсутствовать. Это уже означает стать Буддой. Однако если в следующее мгновение сознание, прошлое, будущее и настоящее вернутся обратно, вы снова станете обычным живым существом.
Отбросить свое прошлое непросто. Даже если вы хотите сделать это, иногда вам это не удается. Впрочем, первый шаг — это желание избавиться от него.

Обрести просветление просто. Можете ли вы отбросить свое прошлое, будущее и настоящее? Если нет, это происходит потому, что вы не хотите этого. Вы можете хотеть этого рассудком, но где-то в глубине души вы не готовы отказаться от собственного «я».
Практикующие знают, что «я» — это источник всех помрачений. Мы знаем, что должны избавиться от «я», но не можем сделать это. Оно слишком сильно нравится нам. Мы думаем, что оно еще пригодится нам. Даже если мы отбрасываем его, затем мы снова подбираем его. Это — то же самое, что хранить верность зловонным носкам.
У каждого из нас есть пара скверно пахнущих носков. Готовы ли вы выбросить их? Возможно, нет. Быть может, ваш нос привык к их запаху. Вы поднимаете их, нюхаете и говорите про себя: «Они не настолько плохо пахнут».

Непросто освободиться от всех дхарм. Все дхармы связаны с «я». Если дхарма не связана с «я», она не существует. Не важно, добродетельна эта дхарма, пагубна или она является Дхармой Будды; если вы не можете полностью избавиться от всех них, вы не станете Татхагатой. Держаться за какую бы то ни было дхарму — то же самое, что хвататься за палец, вместо того чтобы смотреть на луну.
Когда вы освободитесь от всех дхарм, вы станете тем, что Юн-цзя называл Верховным Наблюдателем. Верховный Наблюдатель— это тот, чье зрение является освобожденным и безграничным; он может видеть все сразу, будь то близкое или далекое, прошлое, настоящее или будущее. Верховный Наблюдатель не ограничивается тем, что видит вещи одну за другой. Обычные люди сначала смотрят на одну вещь, потом на вторую, на третью, и так далее. Верховный Наблюдатель видит все одновременно, поскольку для него нет никаких противостоящих или препятствующих дхарм. Верховный Наблюдатель — это термин, который иногда используется для обозначения Авалокитешвары, бодхисаттвы великого сострадания.

Мы не можем видеть все веши одновременно, так как мы не обрели просветления. Мы по-прежнему воспринимаем мир так, как будто у нас есть «я». Это может быть ограниченное «я» обычного человека или великое «я» Божества. Если существует «я», каким бы оно ни было, то освобождения нет.
Если вы хотите принять учение Чань, вы должны сразу же отбросить свои мысли. Если вы не можете сделать этого сейчас же, следуйте своему методу; то есть, придерживайтесь своего метода и не думайте о себе или о том, теряете вы или приобретаете что-то. Не ждите того, что у меня достаточно сил, чтобы все время кричать на вас и подталкивать вас к чему-то. Вы должны приложить усилия, чтобы избавиться от своего эгоцентризма. Только тогда вы постигнете метод.

Никаких грехов не совершается, если сознание неподвижно. Более того, когда сознание не движется, исчезают и грехи, совершенные ранее. Если сознание снова приходит в движение, прежние грехи возвращаются. Если сознание останавливается на время, это — самадхи. Однако самадхи — это не чаньское состояние «отсутствия сознания». Когда человек действительно обретает состояние отсутствия сознания, его или ее сознание прекращает всякое движение и уже не может вновь начать двигаться. При таком состоянии не происходит совершения грехов, а старые грехи исчезают. Это — внезапное учение махаянской традиции.

Первое подношение, которого я от вас требую, — это чтобы вы верили в то, что узнали от меня, приняли это, следовали этому и немедленно применяли это на практике. Не сомневайтесь и доверяйте себе. Пусть эта уверенность и вера поможет вам повысить вашу сосредоточенность и упорядочить ваше сознание. Каждый человек, каждое событие, каждый миг в этом центре во время затворничества может способствовать вашей практике. Усердно трудитесь. Это и есть ваше подношение.

Муха, пытающаяся выбраться на улицу, летает повсюду, ударяясь об окна и шторы. Она активна, но не может ничего добиться. Это похоже на практику непросветленных. Глубоко просветленные последователи кажутся расслабленными, даже ленивыми, но на самом деле они постоянно и равномерно трудятся.
Не жалейте муху. По сравнению с тем, кто знает, где находится дверь, она кажется глупой, но она, по крайней мере, хотя бы пытается что-то сделать. Как правило, люди не имеют даже такой решимости, как эта муха. Рано или поздно, она найдет выход. Муха знает, что она хочет найти выход, и верит в то, что выход есть. Все, что ей остается делать, — это усердно трудиться. Верите ли вы в самих себя и в метод? Трудитесь ли вы усердно?
Я не могу предложить вам жемчужину мани или объяснить вам ее сущность. Вы должны прийти к пониманию Дхармы внезапного просветления самостоятельно. Для этого необходима уверенность. Если у вас есть уверенность, необходимая для усердной практики, вы сможете принять Дхарму Чань. и, в конце концов, вы обнаружите жемчужину мани мудрости Будды.

Все явления подобны пузырькам на поверхности океана. Они лишены подлинного бытия. То, что мы воспринимаем как пузырьки, на самом деле — лишь движение воды. Все миры во Вселенной и все явления в мире подобны пузырькам в океане. Все иллюзорно, включая сансару и нирвану, и живых существ, и Будд.

«Одна мысль за десять тысяч лет» (и нянь вань нянь), изречение, которое выражает представления об одной неподвижной, но все же приводящей к озарению мысли. «Одновременно практикуй спокойствие (цзи) и озарение (чжао). Внимательно наблюдай, но не воспринимай дхармы, не воспринимай тело, не воспринимай сознание. Поскольку сознание безымянно, тело пусто, а дхармы есть сновидение. Нет ничего, чего нужно достичь, нет просветления, которое нужно пережить. Это называется освобождением».
  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#12 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 28 April 2013 - 09:37

Сэн-цань (?-606). Вера в сознание

Несложен высший Путь.
Коль ты не выбираешь ничего.
Ни выбирай, ни отвергай —
И ясным пониманьем овладеешь.
На волосок отстань,
И оторвешься, словно небо от земли.
Коль обрести желаешь что-то,
Не выступай ни за, ни против.
Меж «за» и «против» раздвоенье —
Сознанья истинный недуг.
Путь совершенен, как пространство,
Ни недостатка, ни избытка.
Хватаясь или отвергая,
Его достичь не можешь ты.
Что обусловлено, не дли;
Не пробуй пустоту усвоить.
В единстве, как и в равновесье.
Само смятение исчезнет.

Оставь деянья и — к покою.
Еще активней тот покой.
Когда погрязнешь в раздвоеньи,
Как сможешь ты постичь единство?
Если единства не постигнешь,
Лишатся оба функций разом.
От бытия беги — и в бытии погрязнешь;
К пустотности стремись — и станешь к ней спиной.
Чрезмерное мышление и речи
Гармонии с Путем тебя лишают.
Отвергни речи и мышленье,
И недоступного не будет ничего.
Вернись к корням и принцип обрети;
Беги за просветленьем — дальше будешь.

Лишь направленье света изменить —
И это лучше прежней пустоты.
Меняется былая пустота;
Она — лишь порожденье взглядов ложных.
Не нужно к истине стремиться;
Воззренья лишь свои оставь.
Не следуй раздвоенья взглядам;
Старайся им не поддаваться.
Когда есть истина и ложь,
Сознание рассеянно и слабо.
Из одного проистекают оба,
Но даже за одно нельзя держаться.
Когда единого сознанья нет,
Изъяна мириады дхарм не знают.
Изъяна нет и нету дхарм,
Истока нет и нет сознанья.
Субъект с объектом уничтожен.
Объект с субъектом исчезает.
Объект — объект из-за субъекта;
Из-за объекта есть субъект.
Хотя на самом деле оба —
Одна и та же пустота.
И в пустоте они едины
И все явления содержат.

Великий Путь широк,
Ни прост, ни сложен.
С воззреньем узким и сомненьем,
От спешки медленнее путь.
Привязанность забыть заставит меру;
Превратным путь сознанья будет.
Свободен будь и непосредствен,
Ни уходи, ни оставайся.
Природе следуй, Путь блюди.
Иди без спешки, без волнений.

Поддавшись мыслям, ты реальность потеряешь;
В оцепененье впасть — ужасно так же.
Не должно дух износу подвергать.
К чему метаться от желанья к отвращенью?
Коль ты к единой колеснице устремлен,
Пусть чувства мир тебя не отвращает.
Без отвращенья к миру чувств,
Ты с просветленьем истинным един.
У мудрых побуждений нет:
Глупцы себя ввергают в узы.
Нет между дхармами отличий.
Ум помраченный за желаньями бежит.
Сознанья помощь для лечения сознанья —
Не есть ли это глупость?

Сознанье ложное рождает
и беспокойство, и покой;
А в просветленьи нет ни склонности, ни бегства.
Вещей всех двойственность
Из ложных различений происходит.
Виденье, сон, цветок небесный —
За них хвататься стоит ли?
Утрата и находка, истина и ложь —
Отбрось все разом.

Если во сне глаза не закрывать,
То сами прекратятся сновиденья.
Если сознанье различеньям неподвластно,
Все дхармы — таковость одна.
Глубинна таковости сущность,
Недвижна; то, что обусловлено, — забыто.
Как равные все дхармы созерцай,
И ты к вещам, как есть они, вернешься.
Когда рассеется субъект,
Сравнений нет и измерений.
Не будь активен, и активность пропадет;
Как нет активности, так нет покоя.
Поскольку же обоих нет,
Как может быть одно?

В конечном счете,
Нет ни правил, ни порядка.
Дух равновесный развивай,
И все деянья прекратятся.
Сомненья полностью исчезнут,
Упрочив истинную веру.
Остатков нету никаких,
И никаких воспоминаний.
Пустое, ясное сознанье
Естественным путем себя не утомляет.
Нет места мыслям,
Рассудком, чувством тяжело его постичь.
Обитель Дхармы таковости сушей —
Здесь нету «я» и нет другого.
Согласным нужно с нею быть;
Недвойственность — одна опора.
В недвойственности все едино;
Ничто в ее состав не входит.

Все мудрецы в десятке направлений
Все тот же принцип исполняют.
В нем спешки нет и промедленья —
Лишь мысль за десять тысяч лет.
Нигде и вместе с тем повсюду,
Все десять направлений — пред тобою.
Мельчайшее тождественно громаде
В том мире, где нет места помраченьям.
Огромное тождественно песчинке;
Разграничений никаких не видно.
Существованье — та же пустота;
А пустота — существованье то же.
И если дело обстоит не так,
Не следует подобного держаться.
Одно есть все;
Все есть одно.
Если тебе доступно это,
К чему грустить, что нет итога?
Сознанье с верой — их не два;
Недвойственность — в сознанье вера.
Путь слов всецело перекрыт;
Нет прошлого, и настоящего с грядущим.

1. Приступая к практике

Вы должны полностью сосредоточить свое сознание на практике, не пытаясь достичь каких-либо результатов.
Поэтому важно постоянно поддерживать состояние расслабления.

Мудрость Будды не сложно постичь; ее можно обрести в промежуток между двумя мгновениями. Причина этого в том, что она никогда не была отделена от нас. Она всегда есть. На самом деле все мы стремимся осуществить этот Высший Путь.

Именно потому, что хотим обрести прозрение и заслуги Будды, мы и не можем постичь сущность Будды.
Другая причина, по которой мы не можем узреть собственную природу Будды, заключается в том, что мы перегружены мыслями. Мы проводим разграничение между сансарой и нирваной, живыми существами и Буддой, помрачениями и просветлением. Эти идеи препятствуют нашему восприятию природы Будды.
Если перефразировать третью и четвертую строки, как только вы отбросите то, что вам нравится и не нравится, перед вами немедленно появится Путь. Здесь Сэн-цань имеет нечто общее с Дао-синем, четвертым патриархом, и Хуэй-нэном, шестым патриархом. Последние два часто заявляли, что, прекратив отличать хорошее от плохого, вы немедленно воспринимаете свое изначальное лицо. Другими словами, вы поймете Высший Путь.

Ночью вы можете сердиться на кого-нибудь, кто храпит и мешает вам спать. Но вместо того чтобы позволить этому беспокоить вас, просто наблюдайте за храпом. Скоро храп может превратиться в гипнотические, монотонные, даже приятные звуки. Если вы начнете считать храп, вы уснете, не успев этого заметить.

Есть изречение, полезное для практикующих: «Отложите мириады помыслов. Возьмитесь за практику». Мириады помыслов — это рассеянные, случайные, посторонние заботы. Практика — это ваш метод совершенствования. Когда ваше сознание устремляется к внешним заботам, отбросьте их сразу же, как они появятся. Но должны ли вы поступать с методом так же, как с блуждающими мыслями — отбрасывать его сразу же, как он появляется? Нет. Мгновение за мгновением отбрасывайте посторонние мысли и возвращайте свое сознание к методу практики.

Возможно, вы пытаетесь отбросить посторонние заботы, но понимаете, что не можете сделать этого. Каждый раз, когда вы избавляетесь от одной заботы, она снова возвращается. Это расстраивает вас. Вы повторяете себе: «Отбрось ее. Отбрось ее». На самом деле не важно, сможете вы отбросить ее или нет. Если вы в конце концов дойдете до той точки, когда вы скажете себе: «Не имеет значения, смогу ли я отказаться от нее», — то уже отбросите ее. Вы не должны бояться неудачи. Вы не должны и ждать ее. Вы можете прийти к выводу, что затворничество для вас проходит неудачно — ваше тело испытывает неудобство, ваше сознание в смятении. Вы не можете контролировать себя. Может быть, стоит попытаться как-нибудь в другой раз. Не поддавайтесь таким пораженческим настроениям. Китайская поговорка гласит: «Сто птиц на дереве не стоят одной птицы в руке». Если вы выпустите эту птицу, чтобы погнаться за сотней других, вы останетесь ни с чем. Даже несмотря на то что вы чувствуете свою неподготовленность и обреченность на поражение, все же ваше присутствие здесь дает вам прекрасную возможность заниматься практикой.
  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#13 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 28 May 2013 - 07:53

Преодоление симпатии и антипатии

Не бойтесь трудностей. Если ваше сознание не может успокоиться, вы не должны чувствовать недовольство. Практикуйте отсутствие неприязни к неприятному и не-привязанность к приятному. Приняв приятное состояние за просветление, вы рискуете попасть в беду. Просветление — не та вещь, которую нужно ревностно охранять, не позволяя ему покинуть нас. Если возникает приятное состояние, не привязывайтесь к нему, просто продолжайте заниматься практикой.
Если сознание быстро успокаивается, это не обязательно хорошо. Чань — это живая практика. Несложно сохранять спокойствие сознания в устойчивой ситуации. Однако в Чань нужно уметь хранить умственный покой даже в подвижном состоянии.

Путь совершенен, как пространство,
Ни недостатка, ни избытка.
Хватаясь или отвергая,
Его достичь не можешь ты.

Великое пространство обозначает не столько пустоту, сколько всеобщность. Хотя оно включает в себя все, в нем нет индивидуального существования. Это лишь всеобщее, целостное существование. Пока вы усердно занимаетесь практикой, это всеобщность. В конце концов, то, что вам нравится и что не нравится, не оторваны друг от друга.

Когда мы думаем, что у нас что-то есть, на самом деле, этого у нас нет. а когда мы думаем, что мы что-то потеряли, на самом деле, мы ничего не теряли. Дело в том, что во всеобщности реальности нет ни приобретения, ни утраты. Нет ничего, кроме вашего сознания. Вы не свободны из-за того, что вы выбираете и отвергаете. Именно поэтому у вас возникают излишек и недостаток. У вас есть доступ к тому, от чего вы хотите избавиться, и недостаток того, что вы хотите получить. Только при отсутствии привязанности и отбрасывания нет ни избытка, ни недостатка.

Отказ от привязанностей

Если вы сделаете фотоснимок хорошей камерой, все, что находится перед объективом, отпечатается на пленке в мельчайших подробностях. Вы можете видеть кончик каждой травинки и очертания каждого листочка. И все же камера не думает: «Какая досада! Вся эта дрянь пытается привлечь мое внимание!» Это не так. За один снимок она принимает в себя все, не делая различий между предметами — будь они хорошими пли плохими, короткими или длинными, зелеными или желтыми. Но то, что камера не делает никаких различий, не означает, что изображение на пленке будет искаженным или неправильным. Напротив, все отображено четко и на своем месте.
Именно таково и сознание Будды. Поскольку вы воспринимаете все как тождественное, вы не предпочитаете одну вещь другой. И поскольку разграничений больше нет, существование словно бы просто исчезает. Например, если бы все люди были мужчинами, ярлык «мужчина» был бы больше не нужен, так как его единственное назначение — отличать мужчин от женщин. Поскольку все тождественны, нет нужды в наименованиях. Если вы одинаково относитесь ко всему, все различия исчезают, включая и само существование.


Объединение сознания

Всегда, когда вы проводите разграничения, ваше сознание вступает в противоречие. Противоречие предполагает двойственность. Какое отношение это имеет к практике? Последователь обычно хочет обрести просветление или состояние Будды. Однако это порождает двойственность субъекта и объекта. Человек, стремящийся что-либо обрести, отделен от обретения, объекта своего поиска. Стремясь объединиться с Буддой, он отделяет себя от этого. Это — состояние противоречия.
Или, возможно, последователь хорошо знает, что он никогда не был отделен от Будды. Однако, поскольку он еще не ощутил это единство, он ищет Будду внутри самого себя. И все же даже поиски Будды внутри себя порождают противоречие между его устремленным сознанием и внутренним Буддой. Таким путем никогда не достичь единства.
Если это так, то стоит ли заниматься практикой, вовсе ни к чему не стремясь? Каждый день мы повторяем Четыре Великих Обета. Четвертый обет гласит: «Я клянусь достичь Высшего Состояния Будды». Какова цель повторения этого обета, если стремление к достижению состояния Будды порождает противоречие? С другой стороны, возможна ли практика, если мы не определим свою цель?

Если вы действительно верите в то, что разграничения не существует, вы можете заниматься практикой без противоречия. Вы должны обладать верой в фундаментальное единство, чтобы приступить к практике. Однако многие люди продолжают оставаться в двойственности. Они могут говорить о едином Боге, но считают себя отделенными от Бога. В Чань вы с самого начала практики должны верить в не-двойственность. То же самое единство выражено в гунъане: «Мириады дхарм возвращаются к единому. К чему возвращается это Единое?» Другими словами, если все существование исходит от Бога, то от чего исходит Бог?

Вера в сознание придает особое значение практике. Многие из вас практикуют подсчет дыхания. Цель этого метода — достичь объединенного, или однонаправленного состояния сознания. После того как вы достигаете точки, в которой нет других мыслей, кроме счета, рано или поздно счет также прекращается естественным образом. Цифры исчезают, дыхание исчезает, и мысль о подсчете дыхания также исчезает. Единственное, что остается, — это ощущение существования.

Практика Чань должна развиваться в такой последовательности: рассеянное сознание, простое сознание, единое сознание, отсутствие сознания. Сначала мы собираем свои рассеянные мысли в более сосредоточенное, или простое, состояние сознания. Из этого сосредоточенного состояния мы можем перейти к сознанию единства. Наконец, от единого сознания мы переходим к состоянию отсутствия сознания.
Переход от единого сознания к отсутствию сознания не означает, что все исчезло; скорее, это означает, что вы освобождаетесь от однонаправленности сознания. Тот, кто пребывает в едином сознании, может либо испытывать привязанность к самадхи, либо воспринимать себя тождественным какому-либо божеству. Только после освобождения от этого единства и перехода к отсутствию сознания вы возвращаетесь к своей собственной природе, также именуемой «у», или «Чань».

Даже несмотря на то, что это продвижение в практике действительно имеет место, при самих занятиях практикой вы не должны думать: «Я стараюсь сосредоточить сознание. Я хочу достичь состояния единого сознания, состояния отсутствия сознания». Просто занимайтесь своим методом; практикуйте свой метод до самого конца. Это само по себе близко к состоянию единства. Если вы не отступите, рано или поздно вы достигнете точки, когда метод исчезнет и вы обретете единое сознание.
«Именно потому, что Вам много лет, Вы не должны питать надежды достичь просветления. Просто занимайтесь практикой». Тот человек спросил: «Как Вы можете говорить мне, чтобы я занимался практикой, и не указывать мне путь к просветлению?» Я ответил: «Если Вы имеете представление о просветлении, это уже Ваше поражение; Вы не сможете добиться успеха. Если Вы не будете делать ничего, кроме того как практиковать. Вы по крайней мере приблизитесь к состоянию просветления. Даже если Вы никогда не достигнете просветления. Ваши усилия не пропадут напрасно».

Поэтому вы не должны стараться избавиться от своих помрачений. Скорее, вы должны стремиться принять их.

Если у вас есть сложности, вы не должны видеть в них проблему. Если вы сосредоточены на этих сложностях и пытаетесь избавиться от них, вы лишь ввергаете себя в еще большее затруднение.

Это похоже на то, как если бы в сражении одна из сторон почувствовала, что проигрывает битву, внезапно прекратила всякое сопротивление и была очень быстро разгромлена. Пока все идет хорошо, они продолжают заниматься; но как только что-то идет не так, всему просто приходит конец. Так же обстоит дело с некоторыми последователями, которые усердно трудились, а затем внезапно полностью остановились. Они чувствуют, что их практика стала почти бесполезной. Они думают, что это большое заблуждение, так как они вложили много сил в преодоление своих проблем и вовсе не избавились от них. На самом деле их старания лишь усилили помрачения их сознания и к тому же породили и физические проблемы.

Хорошо, если вы относитесь к практике с усердием и объективностью. Но привязанность к идее преодоления проблем лишь вызовет еще большие проблемы.

Успокоить слова и мысли

Чрезмерное мышление и речи
Гармонии с Путем тебя лишают.
Отвергни речи и мышленье,
И недоступного не будет ничего.


Источник, или корень, это природа Будды. Как вернуться к корням? Нужно избавиться от всех слов и мыслей и исключить всякое приятие и отвращение.

Не нужно к истине стремиться;
Воззренья лишь свои оставь.

Природа Будды — это всеобщность вашего собственного «я». Зачем нужно стремиться обрести ее? И как вы можете ее схватить? Не занимайтесь практикой для того, чтобы обрести состояние Будды, просто старайтесь изо всех сил.

Практика подобна приготовлению риса. Если вы готовите на слабом огне, рис получится мягким и будет полезным, а если на сильном огне — то он сгорит, не успев свариться. Практикой надо заниматься очень спокойно.
Вы пришли сюда не для того, чтобы достичь просветления, но для того, чтобы заниматься практикой. Не важно, хорошо ли вы понимаете, о чем речь, или можете ли вы глубоко погрузиться в практику. Просто не сомневайтесь в методе или в том, «правильную ли вещь» вы практикуете. Нельзя недооценивать себя. Если другие могут заниматься практикой, то вы тоже можете попробовать.


Медитация должна быть просто частью жизни. Если у вас есть иные мотивации, это приведет к проблемам. Когда вы подходите к практике с какими-либо ожиданиями, вы не сможете хорошо заниматься сидячей медитацией. Вы не должны ожидать не только того, что вы достигнете просветления или станете чаньским наставником, но даже того, что вы перестанете испытывать боль. Просто примите ее. Она не доставит вам приятных ощущений, но по крайней мере не отбрасывайте ее. Если вы не можете принять боль, не обращайте на нее внимания и устремите его на метод. Когда боль станет слишком сильной, чтобы ее можно было терпеть, отделите себя от той части тела, которая испытывает боль. Пусть она отболит. Если вы можете принять такой подход, рано или поздно она утихнет. Когда вы действительно погружаетесь в практику, все телесные ощущения исчезают.
Важно не испытывать никакого отвращения к своему страданию и не иметь никаких ожиданий блаженства. Как только возникают такие представления, как противопоставление страдания блаженству, ваше сознание уже будет отклоняться от метода, попав в сети двойственности.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#14 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 28 May 2013 - 08:20

За пределами единого сознания

Метод — это то, что позволяет нам объединить наше сознание, прекратить постоянный поток рассеянных мыслей. После того как сознание достигнет сосредоточения благодаря методу, мы в конце концов достигнем точки, в которой исчезнет сам метод и сознание станет единым. Просто продолжайте практиковать». Состояние единого сознания обрести непросто. Но сегодня я сделаю еще один шаг и скажу, что даже единое сознание нужно превзойти и оставить позади.
В «Аватамсака-сутре» есть две такие строки: «Без исключения все происходит из Области Дхармы. Без исключения все вернется в Область Дхармы».

Вы начинаете с сосредоточения рассеянного сознания. Однако когда метод исчезнет, ваше сознание будет очень ясным, без всяких мыслей, и вы останетесь только с ощущением своего собственного существования. Это состояние единого сознания, также именуемое самадхи. Но это лишь элементарный уровень самадхи, и если вы будете продолжать двигаться тем же курсом, вы сможете достичь все более глубоких состояний самадхи.


Еще одно выражение для обозначения единого сознания — «великое Я», поскольку хотя сознание становится необычайно расширенным, в нем по-прежнему присутствует сосредоточенность на самом себе, или «я». Пока вы привязаны к «я», освобождение невозможно. Если вы ощущаете, что вы пребываете в состоянии «совершенства» или думаете о себе как о совершенном наставнике, это — «великое Я».

Здесь нужно разъяснить одну вещь. В состоянии единого сознания нет помрачений. Беспокойство может возникнуть только в состоянии раздвоения или разделения на три части. Пока вы пребываете в состоянии единого сознания, ничто не может беспокоить, искушать или волновать вас. Проблема единого сознания заключается в том, что оно не вечно; рано или поздно возникнет мысль, за ней возникнут две, три и так далее. Состояние единства можно рассматривать только в сравнении с двойственностью. Истинная всеобщность даже не будет воспринята как «одно»; ее можно назвать просто «ничто».

Изъяна нет и нету дхарм,
Истока нет и нет сознанья.


Отсутствие сознания, или Чань, — это состояние не-возникновения и не-исчезновения. Не возникает ни одной мысли, и даже это неподвижное сознание в глубинном смысле не существует. Нет ничего, что бы могло причинить вам беспокойство, и нет ничего, чему бы могли причинить беспокойство вы.

Иллюзии

Субъект с объектом уничтожен.
Объект с субъектом исчезает.


Дхарма сознания не может возникнуть сама по себе или функционировать независимо. Она всегда сосуществует с дхармой формы. Дзэнское выражение «хлопок одной ладони» подчеркивает невозможность подобной вещи. Сознание можно найти только в области ментальных объектов.

На самом деле, наставник был по-прежнему там и очень ясно слышал слова духа. Он был невидим по той простой причине, что его сознание было неподвижно. Оно не было подвержено воздействию окружающего мира, больше не было привязано к ментальным объектам, которые суть тени сознания.
Все наши мысли иллюзорны; они зависят от определенных объектов или символов. Если в вашем сознании нет объектов, форм или символов, нет и иллюзорных мыслей. Можно, однако, иметь иллюзорную мысль, которая считается «правильной мыслью», если вы постоянно храните эту мысль, не нарушая ее. Например, подсчет дыхания сам по себе является иллюзорной мыслью, но если вы храните его непрерывность, он превратится в правильную мысль, в метод вашей практики.

Если, напротив, ваши мысли постоянно меняются, они будут названы скорее «блуждающими мыслями», чем «правильной мыслью». Однако обе эти ситуации не являются чистым сознанием, так как ваше сознание по-прежнему привязано к области ментального. Это не состояние отсутствия сознания; это даже не состояние единого сознания. С этими ментальными объектами в сознании вам будет трудно контролировать свое следующее рождение в момент смерти. Вместо этого, ваше назначение будет определено толчком вашей кармы. Карма ведет вас в направлении вашего самого сильного желания или привязанности. Таким образом, ваше сознание следует за той областью ментального, к которой вы наиболее привязаны. Если ваше сознание свободно от влияния окружающего мира, не связано с областью ментального, ваше следующее рождение будет определяться не кармой, а, скорее, вашим собственным желанием. Обладая свободой идти туда, куда вы пожелаете, вы покидаете пределы круга рождений и смертей.

Поэтому когда вы занимаетесь практикой, все мысли, кроме мыслей о методе, должны восприниматься как демоны, даже если вам кажется, что вы достигли «божественного» состояния.
Теперь мы можем понять, почему методы гунъань и хуатоу отличаются от подсчета дыхания, повторения имени Будды или чтения мантры. Хотя последние необходимы на начальном этапе, они используют относительные объекты (например, дыхание, имя Будды или мантру). В этих случаях эти объекты заполняют собой вашу область ментального. А там, где есть объект, должен быть и субъект, то есть, «я». Однако гунъань и хуатоу — это безобъектные методы практики. Кроме метода, перед вами ничего нет. Например, вопрос: «Что такое у?» — не имеет ответа, который вы могли бы постичь. Помимо этого вопроса, ничего нет. Вы просто используете его как метод практики. Если нет объекта, то как насчет субъекта? Когда вы глубоко погружаетесь в этот метод, то, хотя вы и можете не достичь просветления, у вас не будет никакого ощущения «я». Все ваше «я» погрузится в великую массу сомнений. Никакие духи и божества не смогут вас обнаружить.

Объект — объект из-за субъекта;
Из-за объекта есть субъект.
Хотя на самом деле оба —
Одна и та же пустота.
И в пустоте они едины
И все явления содержат.


….Ошибочно было предполагать, что на полу нет кала просто потому, что вы его не видите.
Те, кто никогда не занимался практикой, похожи на людей в этой темной комнате. Куда бы они ни шли, они то здесь, то там наступают на грязь. Посещение затворничества подобно тому, как если бы мы зажгли свет в комнате. Может быть, свет будет гореть только минуту, но вы, по крайней мере, заметите некоторые проблемные участки. Постепенно вы поймете, где именно есть грязь, а где ее нет. Чем больше вы знаете, тем меньше у вас шансов наступить на экскременты. Но злость, вызванная наличием проблем, только усугубит ваше положение. Она похожа на то, как если бы поняв, что вы испачкались, вы снова наступили бы на то же место просто для того, чтобы наказать себя.


Поскольку у некоторых из вас есть проблемы с сосредоточением, не может быть, чтобы вы хотя бы раз не смогли сосредоточиться до какой-то степени. Если вы можете следовать этому методу даже очень непродолжительное время, это уже показывает вам, что ваше рассредоточенное сознание не обладает подлинным существованием. Не бойтесь того, что ваше сознание рассредоточено; просто признайте, что это временное состояние.
Однако когда вам удается сосредоточиться, реально ли это сознание? Конечно же, нет. Если бы сознание было действительно сосредоточенным, оно бы не могло вновь стать рассеянным. если и рассредоточенное, и сосредоточенное сознание нереально, это означает, что изначально есть только отсутствие сознания. Если это так, совершенствоваться в практике должно быть очень легко. Понимание того, что сознание не существует, упрочит вашу веру, хотя вы и не знакомы с переживанием отсутствия сознания. Пока вы верите в несуществование сознания, вы можете продолжать практику без какого-либо беспокойства или разочарования.
Маленькая неудача не означает, что вы потерпели поражение; это лишь свидетельствует о том, что еще не время. Если вы поднялись до середины горы, вы не можете сказать, что вам ничего не удалось. Вам просто нужно продолжать восхождение, пока вы не достигнете вершины.
я спросил водителя: «Что происходит? По-моему, мы никуда не поднимаемся на этой горе». Он сказал: «На самом деле, мы уже на вершине. Это был очень постепенный подъем по пологому склону».

До этого, пока ваше сознание еще рассредоточено, я призываю вас тщательно сосредоточиться на всем, что вы делаете, и хранить полную осознанность каждого действия. Когда вы полностью сосредоточены, вы можете перейти на следующий уровень, на котором вы теряете осознанность тела, хотя оно и продолжает функционировать четко, как автомат.
Третий уровень — это возвращение к полной осознанности. Однако, в отличие от первого уровня, здесь вовсе нет разрозненных мыслей. Когда вы едите, вы просто едите. Когда вы спите, вы просто спите. Ни больше ни меньше.
Сначала вам приходится очень усердно работать над методом, но когда вы достигнете второго уровня, все пойдет естественным путем. Практика просто будет продолжать движение, как шар, скатывающийся с холма. Тогда, даже усердно занимаясь практикой, вы не будет воспринимать этого. Это называется истинным существованием пустотности. Это значит, что вы ощущаете, что ничего не существует, но ваше сознание действительно присутствует здесь, работая над методом. человек, усердно следующий методу, просто похож на того, кто настолько привык скакать на лошади, что забыл о том, что под ним есть лошадь. Это хороший признак.


Человек, который обрел просветленное сознание, смотрит на существование с точки зрения пустотности. Однажды ученик спросил у чаньского наставника: «Если бы Вас должны были постичь многочисленные беды, что бы Вы сделали?» Наставник ответил: «. Что бы это ни было, это то, что есть». Но разве восприятие веши в ее истинной сущности не присуще всем людям?
«. Не думайте, что это Вы убиваете меня. Может ли Ваша сабля убить воздух или воду? Если Вы рассечете воду, Вы просто разделите ее на мгновение, а затем она вновь сомкнется. Если Вы отсечете мне голову, вы просто отделите ее от моего тела. Ко мне это не имеет никакого отношения, так как я ни стремлюсь к смерти, ни уклоняюсь от нее». Это значит, что после просветления существует все, кроме «я».
Мы говорили о пустотности с точки зрения существования и о существовании с точки зрения пустотности. И существование, и пустотность являются и существующими, и несуществующими.

Когда вы занимаетесь сидячей медитацией, воздержитесь от того, чтобы смотреть по сторонам и оценивать людей. Обычный вид сравнений, к которым прибегают люди на затворничестве, это наблюдение за кем-нибудь, кто отсидел три периода, с такими мыслями: «Как он может это делать? Неужели у него не болят ноги? Боже! Мои ноги болят постоянно. Я с трудом могу дождаться конца одного периода». Как-нибудь потом, стоит этому человеку слегка пошевелиться, и они говорят сами себе: «Ха! Наверное, у него заболели ноги. Все же он не такой уж особенный».

Это примеры сравнения себя с другими, но вы также можете сравнивать себя с самим собой. но вот приходит день, когда вы вдруг чувствуете себя прекрасно. Ваше тело не испытывает боли, сознание спокойно. Вас радует такая перемена, и вы говорите себе: «Наконец-то получилось». Вы испытываете такое волнение, вы больше не можете медитировать. Позже, когда медитация уже не доставляет вам таких приятных ощущений, вы можете пытаться анализировать то, почему в тот раз ваши занятия были такими успешными и почему вам так плохо сейчас.
Сравнение хорошего и дурного — это просто заблуждение. Пока вы погружены в эти блуждающие мысли, вы не достигнете надлежащего состояния для практики. Не заботьтесь о том, что происходит вокруг. Не заботьтесь и о том, что происходит в вас самих. Полностью сосредоточьтесь на методе и не прибегайте к внешним или внутренним сравнениям. Если вы способны на это, ваша практика будет успешной.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#15 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 27 June 2013 - 00:38

забудьте о мыслях, которые только что угасли или вот-вот возникнут. Ограничьте себя мыслью настоящего мгновения. Вы ограничены крошечной точкой сосредоточения на методе. Даже в этом случае у вас еще остается эта миниатюрная точка. Но если вы сможете сохранять однонаправленную сосредоточенность на методе, вы с легкостью оторветесь даже от этой единственной мысли.
Вне зависимости, насколько вас отвлекает ваше окружение или ваше внутреннее сознание, вы должны ясно осознавать его и избегать какого-либо отторжения от него. Всякое положительное или отрицательное отношение к окружающему миру или самому себе на самом деле является проекцией наших глубоко укорененных эмоциональных привязанностей. События и вещи не имеют имманентных хороших или дурных качеств.

Просветленный человек не воспринимает вещи как плохие, хорошие, грубые или тонкие. В мире нет хороших или плохих людей.
Тот, кто действительно вовлечен в практику, уподобляется зеркалу, лишенному разграничений или предубеждений. Когда вы достигаете этапа, на котором исчезает метод и исчезаете даже вы сами, ваше сознание становится зеркалом — ничего не содержащим и дающим совершенное отражение.

Великий Путь широк,
Ни прост, ни сложен.

Цель использования методов Чань при подготовке учеников — устранение любых привязанностей, которые остались в их сознании. Если они стремятся стать Буддами, наставник может сказать: «Будды не существует». Вне всякого сомнения, нужно иметь определенную привязанность к методу, чтобы достичь каких-то результатов, как, например, самадхи или просветления. Но когда ваше сознание представляет собой устойчивый поток, не прерываемый посторонними мыслями, чаньский наставник подтолкнет вас к тому, чтобы вы отказались от идеи практики, чтобы пресечь ваше стремление к достижению окончательной цели.

Есть несколько историй о чаньских патриархах и их учениках, которые служат иллюстрацией этого положения. Один ученик пришел к своему учителю и сказал: «Я хочу заниматься практикой, чтобы обрести Путь». Учитель сказал: «Нет такого Пути, который можно обрести при помощи практики». Другой ученик заявил: «Я хочу обрести освобождение». Его учитель ответил: «Кто тебя держит?» Был ученик, который сказал: «Я слышал, что Будда Шакьямуни покинул дом, много лет занимался практикой и достиг просветления». Его учитель ответил: «Хм. Какая жалость. Если бы я увидел его, задал бы ему хорошую трепку и скормил собакам».
Когда человек действительно понимает, что значит освободить сознание от разграничений, он может быть признан годным к занятиям практикой. Для достижения этого состояния первостепенное значение имеет вера.
Если вы считаете практику трудной и причиняющей страдания, тогда практика трудна и причиняет страдания. Но если вы считаете ее простой, то она очень проста. Практика сама по себе не является ни сложной, ни простой. Как я говорил раньше, в самих явлениях нет ничего имманентно хорошего или дурного. Различия между хорошим и плохим, трудным и простым находятся в нашем сознании и не имеют никакого отношения к самой вещи.

Вы должны верить в то, что каждый метод является хорошим и что каждый человек хорошо занимается практикой.

Беспокойство

С воззреньем узким и сомненьем,
От спешки медленнее путь.

Каждый должен верить, что даже если они не смогут достичь просветления в этот раз, это произойдет в будущем, либо в этой, либо в следующей жизни. Верите ли вы в то, что любой метод может привести вас к просветлению? Это соединение веры и сомнения мешает им обрести глубокое переживание.

После усердных занятий практикой вы постепенно разрешите проблему сомнения. Первое требование Чань — это вера. Вы должны верить в то, что вы обладаете глубокими кармическими корнями.
Не страшно, если вы еще не достигли просветления.. Не имеет значения, что вы начали с ограниченных представлений, если вы сможете преодолеть их. Когда вы пытаетесь понять или оценить те веши, которые не укладываются в ваши привычные представления или опыт, вполне естественно испытывать сомнения. Используйте веру, чтобы излечиться от сомнений. Очень важно дать начало великой вере, чтобы достичь результатов.

То же самое с практикой. Если вы постоянно задаете себе вопрос: «Когда же я достигну просветления?» — вы всегда останетесь в том же состоянии сознания и никогда ничего не добьетесь. если вам не терпится стать просветленным, вы создаете преграду между собой и просветлением. Дерево нужно поливать очень постепенно, по мере того как оно растет. Не спешите насладиться плодами.
Поразмыслите над историей неопытного земледельца, который засеял поле рисом. Когда показались всходы, он все время ходил среди них и говорил: «Почему они не растут быстрее?» Тогда ему в голову пришла мысль, как помочь им вырасти. Он немножко подтянул кверху каждый росток. На следующий день он сказал: «Я думаю, надо пойти и помочь им снова». Но когда он осмотрел поле, все ростки оказались погибшими.
Есть китайская поговорка: «Нельзя выкопать колодец за один раз». Другая поговорка: «Нельзя съесть пирог за один укус». Полезнее для пищеварения хорошо прожевать пищу, прежде чем проглотить ее. То же самое с практикой. Не старайтесь проглотить практику одним глотком; терпеливо прожевывайте ее. Нужно быть осторожным и внимательным.

Естественность

При медитации вы должны сидеть в естественном положении и использовать свое сознание естественным образом. Сидеть в естественной позе означает просто сидеть прямо. неестественно сидеть, перегнувшись или наклонившись в одну сторону, или запрокинув голову. Естественное положение должно отвечать потребностям вашей физиологии. Неестественно напрягать мышцы живота или выпрямлять спину, выпячивая грудную клетку.
Естественное использование сознания означает отсутствие попыток управлять им. На самом деле, сам страх перед посторонними мыслями также является посторонней мыслью. Поэтому, если у вас много посторонних мыслей, принимайте это как естественное явление и не относитесь к ним с пренебрежением. Обращайте внимание в первую очередь на метод. Если вы будете поступать так, посторонние мысли сократятся до минимума. Они не перестанут возникать, но это не будет вас беспокоить. Если вы действительно обращаете внимание на метод, вы будете замечать постороннюю мысль сразу же после ее возникновения. Когда она появится, просто отпустите ее. Не опасайтесь того, что за ней может последовать другая мысль. Этот страх — еще одна посторонняя мысль. Это похоже на человека, который несет много чашек. Если кто-то скажет ему: «Будь осторожен! Ты вот-вот их уронишь!» — он уронит их. Но если никто ничего не говорит, он будет просто продолжать идти.

Не опасайтесь неудач. Что бы ни произошло в прошлом, это уже минуло; не опасайтесь того, что это произойдет вновь. Прежде чем вам встретится удача, неизбежным и необходимым является поражение. Когда ребенок учится ходить, он постоянно падает. То же самое с практикой; никогда нет успешного конца. Когда вы усердно работаете, поражения естественны. Если вы никогда не сталкивались с неудачами, это значит, что вы просто не прилагали никаких усилий.

думают, что Буддой можно стать благодаря медитации. Это не так. Потенциал состояния Будды заключен в вашей собственной природе. Цель практики заключается в том, чтобы соответствовать природе, способствуя проявлению вашей истинной природы. Просто занимайтесь практикой согласно методам, проповеданным Буддой, и не беспокойтесь о достижении успеха. «Сутра Сердца» гласит: «Нет мудрости и нет достижения». Хотя практика может быть утомительной и даже физически болезненной, в том случае если в вашем сердце нет озабоченности, ничто не будет беспокоить вас. Отсутствие озабоченности не означает, что вы не заботитесь о своей практике; это означает, что вы воспринимаете все происходящее как нечто естественное. Вы можете испытывать боль, но страданий не будет. В вашем сознании нет ничего такого, что бы вы не могли отбросить.

в вашем сознании нет мыслей, но все то, что присутствует в нем, является совершенно ясным.
Когда вы достигнете этого состояния, вы будете воспринимать все как тождественное. Это происходит потому, что теперь для вас на самом деле ничего не существует. Реальность не может быть разделена на отдельных людей и вещи. Когда перед вами ничего нет, это выглядит так же, как если бы перед вами было множество вещей.
Метод — это еще один способ держаться за мысли, но это способ, который позволяет нам в конце концов преодолеть привязанности. Эффективно использовать метод — то же самое, что вязать свитер. Вы не можете пропустить одну петлю, потому что в этом случае вся вещь начнет распускаться. Метод нужно практиковать таким же плотным образом. Слово «плотный» означает, что ваше внимание настолько непрерывно, что в нем не возникает никаких промежутков, которые могли бы быть заполнены какими-либо отвлекающими мыслями.

вы не должны проявлять жадность и искать просветление снаружи или испытывать отвращение к помрачениям внутри. Если вы ничего не желаете и ничего не отвергаете, вы будете чувствовать себя спокойно и радостно.

Ограничение окружения

Невозможно отбросить весь окружающий мир сразу. Его нужно счищать слой за слоем так же, как мы чистим лук. Для того чтобы сделать это, полезно представить себе окружающий мир в виде трех концентрических кругов. Внешний круг — это мир вокруг вас, средний — это ваше тело, а внутренний — ваше сознание.
Если вы ограничите свое внимание собственным телом, вам будет либо комфортно, либо некомфортно. если боль слишком сильна, чтобы вы могли ее игнорировать, смотрите на свое тело как на труп. Способность победить свою боль и свой страх смерти требует великой решимости. Если вы сможете развить такую силу воли в практике Чань, вы добьетесь успеха и в любом другом деле.
Как только вы ограничите себя содержанием вашего сознания, у вас останутся две веши, с которыми вы имеете дело, — метод и посторонние мысли. Вы обнаружите, что ваше сознание столь же исполнено содержимого, сколь и внешний мир. «Работа сознания — лишь тень чувственного мира». Поэтому если вам удастся расстаться со своим окружением, ваше сознание тоже исчезнет и вы достигнете больших свершений.

После того как вы сосредоточите свое рассеянное сознание, вы достигнете стадии объединенного сознания. Есть различные уровни объединенного сознания: единство «я» и Вселенной, единство тела и сознания и, помимо всего этого, остается просто единое сознание. Единство «я» и Вселенной — это радостное переживание. Вы ощущаете единство с цветами и деревьями вокруг вас и со всеми окружающими. Вы можете чувствовать себя освободившимися.

Если есть только одна Дхарма, ошибочно искать Дхарму вне или внутри себя. Это породило бы двойственность. Некоторые люди представляют себе, что просветление — это прозрение природы Будды в самом себе. Я говорю вам, что прозревать — нечего. Все, что вы видите, есть иллюзия. Природа Будды — это пустотность. Если вы ищете чего-либо, как вы можете достичь пустотности? В «Алмазной сутре» говорится о том, что у Дхармы нет формы, и в то же время — что нет ничего такого, что бы не было формой Дхармы. Поэтому мы не должны испытывать привязанности ни к существованию, ни к пустотности.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#16 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 27 June 2013 - 01:42

Сознание сна

Вещей всех двойственность
Из ложных различений происходит.

Вот некоторые примеры двойственности, или противоположностей: ты и я, Будда и живые существа, нирвана и сансара, мудрость и неведение. В «Сутре помоста» шестой патриарх перечисляет тридцать шесть пар противоположностей. Тот, кто стремится к мудрости и отвергает неведение, как если бы они были противоположностями, заблуждается. Человек, который считает себя мудрецом, исполнен гордыни. С другой стороны, человек, который считает себя несведущим, полон жалости к себе.

«Сутра Сердца» гласит: «Нет мудрости и нет достижения; бодхисаттвы, которым нечего достигать, опираются на праджняпарамиту и не имеют препятствий в своем сознании». Вот почему вы должны приходить на затворничество — не для того, чтобы обрести что-либо, но для того, чтобы заниматься практикой. Некоторые люди относятся к затворничеству так, как если бы они были гусеницей, которая хочет превратиться в прекрасную бабочку. Этот вид мотивации является препятствием для практики.

Если во сне глаза не закрывать,
То сами прекратятся сновиденья.

«Глаза» — это ваша осознанность. В тот миг, когда теряете осознанность того, что вы делаете в это мгновение, вы погружаетесь в сон. Сон означает, что ваши блуждающие мысли уносят вас за собой, и вы не можете остановить их. Как и в настоящих сновидениях, эти блуждающие мысли либо связаны с прошлым, либо предвосхищают будущее. Они не имеют отношения к настоящему, так как настоящее просто устремляет ваше сознание к вашему методу.

Эту лучезарную осознанность нужно практиковать не только при занятиях сидячей медитацией, но и в те моменты, когда вы едите или работаете. Пусть все остальное исчезнет, и вас занимает только метод. Если вы сможете делать это непрерывно в течение определенного времени, я гарантирую вам, что все ваши сновидения исчезнут, включая и ваш метод. Но на самом деле тогда ваше сознание будет полностью сосредоточено на вашем методе.

Когда вы не проводите разграничений, вы воспринимаете все как одно и то же. Нет разницы между телом и сознанием, внутренним и внешним. Ваше сознание едино. Вы оставили позади ощущение малого «я» и достигли состояния великого «я». Вы исполнены подавляющей уверенности. Для того чтобы пережить Чань, вы должны соприкоснуться с таинственной сущностью таковости.
Я подчеркивал, что когда присутствует понятие об одном, на самом деле имеются два. Следующий шаг, когда вы ощущаете, что не существует даже одного, — это переживание у, или пустотности. В конечном счете, даже у не существует. Пустотность по-прежнему пребывает внутри трех миров существования, но это уже более продвинутый этап, чем простое неразграничение.

Когда рассеется субъект,
Сравнений нет и измерений.

Если вы избавитесь от всех объектов мысли, вам будет не от чего отличать себя, и вы исчезнете.
«Я» — это не что-то такое, от чего вы можете избавиться. «Я» не находится внутри; оно не тождественно Вашему телу или Вашему сознанию. Скорее, «я» является именно объектом всех Ваших мыслей и поступков. Помимо этого, нет никакого «я»». Может ли ваше сознание существовать без объекта? Обычно мы думаем о методе как о чем-то таком, на что мы можем опираться, как на мост — для того, чтобы перейти через реку. Однако на самом деле Чань — это метод без метода.
Нет моста, потому что нет реки. Если вы освободитесь от своего сознания привязанности, в тот же миг вы достигнете просветления.
Практика — это глупое занятие, подобно попыткам забраться на хрустальную гору, покрытую маслом. Когда вы пытаетесь подняться наверх, вы постоянно соскальзываете вниз. Тем не менее, у вас нет выбора. Вы должны продолжать восхождение. Вы поднимаетесь до тех пор, пока ваши силы полностью не иссякнут, и вдруг вы обнаружите себя на вершине горы. Однако вы понимаете, что вы все еще находитесь в начальной точке. Если вы вовсе не преодолели никакого расстояния, зачем нужно было подниматься на гору? Ответ заключается в том, что до начала восхождения вы не понимали, что уже находитесь на вершине горы. Только дурак попытался бы подняться на скользкую хрустальную гору. Если вы сообразительны, вы должны сейчас же отправиться домой. Однако если вы хотите

Покой и активность

Не будь активен, и активность пропадет;
Как нет активности, так нет покоя.
Поскольку же обоих нет,
Как может быть одно?

В практике Чань нет необходимости останавливать блуждающие мысли. Причина в том, что активность и покой не противоположны друг другу. Однако если такой двойственности нет, нет и единства, чтобы говорить об одном из них.

Давайте поговорим о покое. В самадхи сознание движется так медленно, что вам кажется, что оно покоится. Однако этот покой лишь относителен. Даже если вы достигнете высочайшего уровня самадхи, так называемого «самадхи без мыслей и без отсутствия мыслей», ваше сознание все же движется утонченным образом. Однако большинство людей восприняли бы это как покой.

Дух равновесный развивай,
И все деянья прекратятся.

Сознание уравновешенности — это сознание без разграничений; другими словами, здесь нет ни покоя, ни активности. Когда ваше сознание пребывает в таком состоянии, все, что вы делаете, тождественно тому, как если бы вы не делали ничего. Ваше сознание покоится внутри активности. Есть изречение о том. что когда человек становится архатом, все, что надлежало сделать, уже было сделано. Сходным образом в «Сутре Помоста» говорится, что когда нет заботы о хорошем или дурном, можно вытянуть ноги и поспать. Когда сознание не проводит разграничений, нет «я», нет другого, нет хорошего, нет плохого. Нет ничего, что нужно сделать. Это значит не то, что вы ничего не делаете, а то, что ваше сознание находится в состоянии покоя. На самом деле, неверно даже говорить о вашем сознании. Человек в этом состоянии использует сознание живых существ.

Не оставляя ни следа

Остатков нету никаких,
И никаких воспоминаний.
Пустое, ясное сознанье
Естественным путем себя не утомляет.

После того, как птица перелетела с одного дерева на другое, какой след остается от нее в воздухе? Опять-таки, когда вы стоите перед зеркалом, вы видите в нем свое отражение. Но когда вы уходите, что остается в зеркале? Ваше сознание должно быть именно таким; ни одно происшедшее событие не должно оставлять следа в вашем сознании. Мы не можем отрицать, что птица действительно пролетела определенное расстояние, или что вы отразились в зеркале. Но именно потому, что птица не оставила за собой следа, другие птицы могут летать в том же месте, и именно потому, что зеркало не хранит на себе ваш образ, другие люди могут видеть себя в нем. Если бы в небе оставались следы, казалось бы оно нам таким обширным, как сейчас? Если бы зеркало сохраняло на себе образы, могло бы оно по-прежнему отражать?
Сходным образом, накопление знания и опыта только создает дополнительные препятствия.

То, что вы ничего не помните, не означает, что вы подобны камню или куску дерева. Ваше сознание по-прежнему ясно воспринимает некоторые вещи, но не пытается использовать эти воспоминания в качестве критериев для сравнения и оценки. Птица перелетела с дерева на дерево, и в зеркале появилось отражение людей, но они не имеют никакого отношения к вам. Явления могут меняться, но ваше сознание не движется под их воздействием.

Нет места мыслям,
Рассудком, чувством тяжело его постичь.

Невозможно объяснить состояние, при котором в сознании ничего не остается.

Истинная таковость соответствует вещам, каковы они действительно есть, без вечного существования. Некоторые думают, что истинная таковость — нечто вечное, за что можно держаться, но на самом деле такой вещи нет. Нет и никакой Области Дхармы. Истинная таковость — это ни «я», ни другой. Многие последователи стремятся обнаружить свою собственную природу, которую они отождествляют с природой Будды, или истинной таковостью. Но это предполагает определенное существование. Истинная таковость — это ни вы сами, ни кто-нибудь другой.
иллюзорно даже истинное «я».

В «Сутре помоста» сказано, что помрачение — тоже, что бодхи. Те, кто не практикует Чань, не осознают своих самых глубоких помрачений. Когда вы постигаете степень своих помрачений и думаете, что вы нисколько не продвигаетесь вперед, вы действительно занимаетесь практикой.

дхармовое тело Будды не ограничено никаким временем или местом. Вы не можете сказать, что оно здесь или там. Оно одновременно больше всего и меньше всего. Оно обладает величайшей силой, и в то же время полностью лишено силы. Оно меньше всего, что нам известно, так как не обладает «я». Но поскольку дхармовое тело Будды лишено «я», все живые существа тождественны ему. Где бы живые существа ни испытывали потребности в Будде, тело Дхармы может проявиться ради их блага.

Одно есть все;
Все есть одно.

Истинная таковость тождественна всем явлениям, и все явления никогда не расстаются с истинной таковостью. Это нужно понимать именно так, а не в том смысле, что все явления сводятся к одному. В истинной таковости нет разграничения между объединением и необъединением.

Если тебе доступно это,
К чему грустить, что нет итога?

Когда вы знаете, что истинная таковость тождественна всем явлениям, нет больше беспокойства по поводу достижения просветления или обретения состояния Будды.

Если вы верите в сознание уравновешенности и не-разграничения, вы верите в отсутствие сознания. Однако сознание человека, который обладает верой, — это сознание обычного живого существа. сознание веры не отделимо от отсутствия сознания — сознания, которое является объектом веры. Это — то же самое, что сказать: истинная таковость тождественна всем явлениям. Хотя эти два сознания тождественны, вы должны начать с веры, чтобы она руководила вами в вашей практике. Вы не только должны верить в отсутствие сознания, но и верить каждому и поступать сообразно с ним. Таким образом вы сможете обрести сознание отсутствия сознания.

Иногда мы говорим о Дао как о пути Будды, но этот термин предназначен лишь для блага одушевленных существ, еще не достигших состояния Будды. Для Будд пути Будды не существует.

Мы должны понимать, что постижение своей собственной природы или переживание просветления не обязательно означают постоянное просветление. Просветление — это мгновенная вспышка, когда человек прозревает свою подлинную природу — природу отсутствия «я». Практикующему приходится переживать много просветлений; некоторые будут поверхностными, некоторые глубокими.
Как правило, переживания будут последовательно усиливаться, и сила, почерпнутая в этом переживании, будет все более долговечной.

Переживание просветления может длиться лишь миг. В этот миг практикующий осознает иллюзорную сущность своих волнений, и на какое-то время его привязанности и волнения, порожденные жадностью, ненавистью, неведением, сомнением и надменностью, исчезнут. В зависимости от глубины и силы переживания просветления его волнения могут вернуться тут же или могут не возвращаться в течение более длительного периода времени. После всецелого просветления волнения уже не вернутся.

Исток духовного — возможность, или семя состояния Будды, заключенное внутри нас всех. Оно называется природой Будды. Другое сравнение истока духовного — безупречный учитель в каждом из нас.
Китайский иероглиф, переведенный как «исток духовного», имеет и другие оттенки значения. Он обозначает что-то свободное, но нежное, как, например, слабое неугасимое свечение, способное нести пробуждение. Поэтому исток духовного полностью свободен от преград, ярок, чист и ясен.
С точки зрения просветленной личности, исток духовного чист и неподвижен. Он не имеет силы, ибо в силе нет нужды; здесь лишь Таковость. Однако для обычных одушевленных существ исток духовного обладает силой пробуждения, так как они пребывают во мраке неведения и нуждаются в силе пробуждения, чтобы покинуть этот мрак. Когда исток духовного проявляет эту способность пробуждать, его называют мудростью.

Исток духовного находится в каждом живом существе и является обшим для всех. Однако до просветления живым существам мешает неведение, и их исток духовного не виден из-за волнений. Каждый из живущих уникален. Можно сказать, что каждое живое существо — это отдельный приток полноводного истока духовного.
С точки зрения Будды, исток духовного принадлежит всем в равной мере. Другими словами, чистый, безупречный свет природы Будды простирается одинаково во всех направлениях. Для Будды же действительно нет разницы между мудростью и тревогами. Однако Будда мгновенно и, не выдвигая никаких условий, откликается на любые потребности живых существ.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#17 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 03 July 2013 - 11:45

Хотя мы говорим, что ищем собственную природу, на самом деле ничего подобного на свете нет. В действительности, собственная природа — не что иное, как дхарма. Дхармы, как физические, так и духовные, не имеют устойчивой, неизменной сущности. Поэтому не существует и собственной природы. С другой стороны, когда дхармы возникают из причин и условий, они имеют свою специфическую «природу». В данном случае «природа» отражает характеристики. Дхарма, физическая или духовная, имеет определяющие качества, положение, а также путь, по которому она движется (возникает и гибнет). Каждая дхарма пребывает в своем собственном мире. Взаимодействие дхарм, с их уникальными характеристиками, путями и мирами, и образует Вселенную (дхармадхату). Далее, мы должны различать Дхарму и дхарму. «Дхарма» с большой буквы — это корпус учений, методов и принципов буддизма. «Дхарма» с маленькой буквы — это все явления и каждое из них в отдельности. Нужно указать, что Дхарма в действительности является собранием дхарм.

Каждая дхарма не только связана с каждой другой дхармой, она также вмещает в себя все дхармы, все миры, всю всеобщность. В «Аватамсака-сутре» говорится, что одна песчинка содержит в себе бессчетные сутры. Одна песчинка содержит в себе всю Дхарму Будды.

Пустоту символизирует свет. Это — духовный источник. Дхармы, возникающие из причин и условий, символизирует мрак — мрак, поскольку дхармы суть препятствия. Пустота лучезарна, поскольку в ней нет ни привязанности, ни препятствий. Пустоту также называют принципом, а дхармы, возникающие из причин и условий, называют явлениями.

Обычные живые существа привязаны только к не-пустотной стороне дхарм и видят в них только ее. Мы видим только дхармы, только явления, но не лежащие в их основе причины и условия. Однако просветленные видят как дхармы, так и глубинную пустоту, из которой они появились. Поэтому у них не возникает привязанности к явлениям.

Обычные живые существа неспособны признать, что каждая дхарма содержит в себе все миры. Просветленные живые существа понимают, что дхармы возникают из причин и условий. Они видят, что дхармы возникают из пустоты. Поэтому они уверены в том, что каждая дхарма включает в себя все другие дхармы, а все они, в свою очередь, содержат ее в себе.

просветленный человек спонтанно взаимодействует с явлениями, однако не испытывает привязанности к дхармам. Он подвержен старости и смерти, но не прикован к страданиям старости и смерти.


На самом деле одна дхарма уже содержит все дхармы, в то же самое мгновение. «Одна мысль содержит в себе Десять Миров Дхарм». В действительности, одна ваша мысль, уже сейчас содержит все Десять Миров Дхарм. Одна мысль содержит в себе вас, вашу собственную природу, всех, кого вы знаете, все ваши грезы и воспоминания, окружающий мир, Вселенную.
Когда я говорю, что одна дхарма содержит в себе все остальные, вы можете подумать, что я использую слово «содержит» в метафорическом смысле. На самом деле я применяю его буквально. Одна мысль, какой бы краткой она ни казалась, в пространственном и временном отношении содержит в себе Десять Миров Дхарм. Это так, поскольку подлинная природа, или природа Будды, едина для всех одушевленных существ, всех миров, всех небес, всех адов, всех Будд.


«Аватамсака-сутра» гласит, что все Будды трех времен и десяти направлений пространства вращают Великое Колесо Дхармы на кончике тоненького волоска. Это буквальная истина. Если я возьмусь за одну нить моего одеяния, на самом деле я возьмусь за все одеяние. Сходным образом, поскольку все дхармы имеют одну и ту же основополагающую природу, касаясь одной из них, я касаюсь всех. Это не означает, что я могу поочередно дотянуться до всех остальных дхарм, держась за одну изначальную дхарму. Это не похоже на снежный ком, растущий от налипающего снега. Я не накапливаю дхармы, держась за одну из них. Скорее, касаясь этой дхармы, я одновременно касаюсь всех дхарм.
Дхармы возникают из причин и условий. Одна дхарма, через причины и условия, связана со всеми остальными. Следовательно, если вы касаетесь одной дхармы, вы непосредственно касаетесь всех остальных дхарм.

Вселенная опирается на звуки — Вселенная изначально возникает из звука и в конечном итоге возвращается в звук.

все люди слышат разные звуки, а эти звуки, в свою очередь, порождают ощущение боли и наслаждения.

Школа Чань иногда говорит о четырех этапах просветления. Первый этап называется «бесконечная обитель света и звука». «Свет» соответствует «форме». Бесконечный свет первого этапа просветления — не тот свет, который видят обычные люди. Это свет, который существует до начала Вселенной, до разграничения. Он не знает преград. Напротив, свет, который мы видим, — это свет дифференцированных явлений, и сфера его действия весьма ограниченна. Бесконечный звук, который можно услышать в самадхи, не тот звук, который слышат обычные люди. Звуки, которые, как нам кажется, мы слышим, — это всего лишь иллюзии. Они совершенно отличны от бесконечного звука, который существует до разграничения.
Из изначального, неизменного, единого света и звука возникают все дифференцированные явления формы, очертаний и звуков. Однако для того чтобы понять это, нужно находиться на первом этапе просветления.


Низший путь не является плохим. Он включает в себя все уровни, на которых по-прежнему существует ощущение «я». Однако, хотя низший путь скрыт под покровом волнений, он не отделен от светозарных или ясных состояний среднего или высшего путей.
Некоторые люди считают, что нирвана начинается с момента достижения состояния Будды, а затем никогда не кончается. Они также считают, что сансара существовала со времен безначальной древности, но что она завершается при достижении состояния Будды. Другими словами, сансара имеет конец, но не начало, тогда как нирвана имеет начало, но не конец. Это представление пути освобождения, или Хинаяны,
Такие представления объяснимы, поскольку буддийские наставления часто описывают путь практики следующим образом: адепт покидает сансару и уходит в нирвану. Начинает казаться, что сансара и нирвана — два отдельных и различных места или состояния. Путь Бодхисаттвы, или Махаяны, учит, что и сансара и нирвана не имеют ни начала, ни конца. Сансара и нирвана в точности одно и то же. «Выход из сансары и достижение нирваны» — это лишь образное представление учения. На самом деле сансара есть нирвана, мудрость есть волнение. В действительности, нет такой веши, как нирвана и сансара или мудрость и волнение.


Светозарность, или ясность, соответствуют всецелому успокоению и всецелому пробуждению. В этом контексте успокоение — это нирвана. Это состояние, в котором человека ничто не беспокоит. Это полный покой, окончательная пустота. Это стадия, описываемая при помощи пустого круга «десяти пастушьих рисунков». Пробуждение олицетворяет мудрость. Мудрость может возникнуть только в том случае, если сознание пребывает в покое. Мудрость имеет силу отличать волнение от того, что свободно от волнения. Однако, она находит свое воплощение не для блага просветленной личности. Она находит свое воплощение естественно и спонтанно, как отклик на нужды непросветленных.


Дхарма Будды гласит, что даже четыре стихии возникают из причин и условий, а значит, они сами и возникающие из них явления пусты.
Люди, которые практикуют самадхи могут ощутить состояние единого сознания — неподвижного сознания. Люди с таким восприятием чувствуют, что они едины со всем миром. Иллюзорная преграда или разграничение между воспринимающим и воспринимаемым уменьшается или полностью исчезает. «Если кто-то страдает, я чувствую себя так, как если бы его страдания были вызваны мной». Этот подход характерен для христианства. Хотя это и не Чань, все же это глубокое и достойное переживание.
Подняться над шестью вратами и тремя мирами означает перестать воспринимать шесть чувств или пять скандх как имеющих истинное бытие. Однако осознание их пустотности не означает, что мы пренебрегаем ими или отвергаем их. последователи наивысшей Дхармы осознают глубинную пустотность явлений и четырех стихий. Они видят, что пустота и явления, возникающие из пустоты, не отделены и не отличимы друг от друга. «Форма неотличима от пустоты, а пустота неотличима от формы, форма это и есть пустота, а пустота есть форма».
Просветленные существа видят и существование, и не-существование явлений. Они видят, что все явления постоянно пребывают в движении, и в то же время они видят их неподвижность.
Просветленные последователи Чань не отрицают движения четырех стихий, но в движении они видят не-движение — состояние неподвижности.


Есть метод медитации под названием «безмолвное озарение» Безмолвное озарение включает в себя как движение, так и не-движение. Озарение — это процесс созерцания, и, следовательно, оно подвижно. Аналогично объект созерцания также подвижен. «Безмолвие» — это состояние покоя неподвижности. Только когда люди «безмолвны», или неподвижны, они могут действительно наблюдать истинную сущность движения явлений.

Горит огонь, парит и веет ветер,
Вода струится, а земля недвижна.

В согласии с отдельной всякой дхармой
От корня разные расходятся побеги.
Все ветви, корни — все в один вернется принцип;
«Высокий», «низкий» — это лишь слова.

Что такое корни? Как я говорил выше, есть два типа природы. Первый — это уникальная природа всех дхарм. Она подвержена действию времени и меняется в связи с причинами и условиями. Второй — это собственная природа, или основание всех дхарм. Она неподвижна. Каждая дхарма возникает и гибнет в зависимости от своих причин и условий, но, как у дерева, множество листьев имеет один и тот же корень. Этот корень и есть основание всех дхарм. Он неподвижен.
В первом двустишии говорится, что из пустоты возникает бытие. Листья — это дхармы, подверженные влиянию причин и условий. Корень — это пустота, из которой возникают дхармы. Бытие возникает из пустоты. Через бытие мы можем воспринять пустоту.
Следующая строка придает этой мысли обратное направление. В ней говорится, что благодаря пустоте мы можем постичь изменчивые дхармы, возникающие из причин и условий. Какое осознание проистекает из медитации? Видим ли мы пустоту в бытии? Или мы видим, как бытие возникает из пустоты? Познаем ли мы сначала пустоту, а затем выглядываем наружу и воспринимаем явления? Или, взирая на явления, мы видим в них пустоту? Преимущественное внимание ко второму подходу, согласно которому бытие возникает из пустоты, присуще пратьекабуддам Хинаяны, которые постоянно вступают в нирвану, так как воспринимают все явления как нереальные.
На самом деле корень и листья — одно.
«Все ветви, корни — все в один вернется принцип».
Высшая истина и мирская истина едины, и все же они взаимодействуют между собой.
Наивысшая Дхарма Будды стоит выше всех разграничений.

При чаньском просветлении вы постигаете, что бытие не отличается от пустоты. В то же время ни пустоты, ни существования нет. Если вы видите только пустоту, это опыт «внешнего пути». В случае с опытом Чань, явления по-прежнему остаются на своих местах. Вы видите явления и взаимодействуете с ними, но в вашем сознании они пусты. Они пусты, и все же в этот миг они прямо здесь, перед вами.
Вышеизложенные взгляды принадлежат буддийской школе Мадхьямика. Мадхьямика считается высшим философским учением, но это главным образом созерцание. Мадхьямика рассуждает — Чань ощущает.
Чань расстается с созерцанием и непосредственно практикует и переживает.

Естественно, ваше тело было другим до рождения. Если довести эту мысль до ее логического завершения, возможно, вы признаете, что такой вещи, как «ваше» тело, просто не существует. Вы обнаружите, что то же самое верно по отношению к вашему сознанию. Следовательно, нет и такой веши, как «вы». Однако если вы придерживаетесь только этих представлений и ограничиваетесь ими, это — понимание, характерное для «внешнего пути». Грубая ошибка — не признавать существование «я», видеть одну лишь пустоту.

Если бы свет был независим от темноты, темнота исчезла бы после включения лампы. Такая вещь, как темнота, перестала бы существовать. В темноте присутствует свет. Когда я включаю лампу, темнота остается на своем месте. По существу, свет и темнота — это одно и то же. Их нельзя отделить друг от друга. Если я велю кому-то выйти из комнаты, это не значит, что этого человека больше нет на свете.
Вещи существуют в противопоставлении с другими вещами. Вещи существуют, поскольку мы проводим разграничения. Люди отделяют волнение от мудрости. Они стараются избегать волнений и обрести мудрость. На самом деле, волнение и мудрость существуют лишь в нашем сознании, поскольку мы противопоставляем их друг другу. Одно существует из-за другого. В конечном итоге, они представляют собой одно и то же. «Жизнь и смерть сами и являются нирваной. Волнение само и является мудростью». Это взгляды Махаяны. Эти слова не выражают Дхарму Чань, так как они все же проводят разграничения. Окончательная истина заключается не в том, что жизни, смерти или нирваны нет. Нирвана и сансара, волнение и мудрость — все это одно и то же. В действительности, говорить просто не о чем.

Внимание к словам и обдумывание понятий не есть истинный опыт. Для того чтобы действительно понять, что волнение и мудрость — одно и то же, нужно заниматься практикой. Нужно непосредственно постичь это.

явления — не то, что лежит на поверхности, но возникает из пустоты.
Все мирские дхармы содержат в себе собственную природу пустоты.
явления никогда не отрываются от пустоты, вне зависимости от того, насколько они иллюзорны. Без явлений не может быть пустоты. Увидеть пустоту можно лишь внутри явлений. Отдельно от явлений постичь пустоту невозможно.

цель практики — сама практика. Другой цели нет. Практика сама по себе — это и есть путь. Если в Вашей практике нет целей, ожиданий, привязанностей, то принцип и явления пребывают в согласии между собой.

Практикующие не должны испытывать разочарования или волнения. Такие мысли и чувства порождают преграды размером с великие горы и широкие реки. Однако если вы ни к чему не стремитесь и не испытываете ни любви, ни ненависти, вы сразу же достигнете просветления.
Те, кто практикует Чань правильным образом, делают это ради самой практики.

Ши-тоу искренне призывает практикующих не терять времени даром. Когда вы испытываете привязанности или обладаете сознанием приобретения и утраты, вы не сможете понять, что мудрость и волнение — одно и то же. Жизнь коротка, а Дхарма Будды драгоценна, поэтому усердно занимайтесь практикой. Используйте каждый момент бодрствования для практики, вне зависимости от того, на что он тратится — на медитацию или на повседневные занятия. Превратите свою повседневную жизнь в практику. Все остальное — пустая трата времени.


В духе Чань.
АВТОБИОГРАФИЯ

я падал ниц перед Гуаньинь пятьсот раз ночью и столько же перед утренней трапезой. После того как я занимался этим в течение трех месяцев, однажды меня охватило очень необычное и возвышенное чувство. Казалось, будто весь мир изменился. Мое сознание стало очень ясным и ярким

В духе Чань
Введение в чань-буддизм

Бодхидхарма учил, что все исходит из сознания, что природа сознания — это природа Будды, а природа Будды присутствует в каждом одушевленном существе и единственный способ понять эту природу — исследование своего сознания.

Два входа» — это вход через принцип и вход через практику. Вход через принцип — это непосредственное восприятие первичного принципа без слов, описаний, понятий, опыта, каких-либо мыслительных процессов. Вход через практику — это просто постепенная тренировка сознания.
Бодхидхарма описывает вход через принцип следующим образом: «Уйди от ошибок, вернись к правде; не делай разграничений между собой и остальными. В созерцании сознание должно быть неподвижно, как стена». Возможно, это звучит как наиболее легкий путь к просветлению, но на деле это и есть самое сложное. Если считать, что сам Бодхидхарма достиг просветления через принцип, оно пришло к нему только после многих лет практики, кульминацией которой являлась девятилетняя медитация в пещере горы Сун, лицом к стене. Смысл достижения просветления через принцип может быть выражен коротко в изречении: «Сознание должно быть твердым и неподвижным, как стена». Это не значит, что сознание должно быть абсолютно пустым; напротив, оно должно быть бодрствующим и чистым, озаряя все светом понимания и сострадания. Это идеал, состояние сознания, соответствующее входу через принцип.
Второй вход достигается путем практики. Бодхидхарма выделяет четыре типа практики. Принятие кармического воздаяния, адаптация к условиям, отсутствие поисков и единение с Дхармой. Каждая практика является более продвинутой, чем предыдущая, и поэтому они должны последовательно сменять друг друга.
Кармический эффект конкретного поступка не является жестко фиксированным, поскольку постоянное совершение новых деяний соответствующим образом видоизменяет кармическую силу, но в любом случае между причиной и следствием существует взаимосвязь, и следствие по своей природе родственно причине. Когда мы выплачиваем часть своего долга, мы должны быть счастливы, что способны на это. Если смотреть на веши именно так, при встрече с неудачей мы будем сохранять спокойствие и невозмутимость. Мы не будем страдать из-за бурных эмоций, разочарования или депрессии. Это важная практика.
Не следует бежать от судьбы. Однако если есть возможность исправить положение вещей, то это следует сделать. Если такой возможности нет, то надо принять это как кармическое воздаяние.


Удача и неудача — это всего лишь последствие кармы. Это то же самое что получать деньги со своего банковского счета. В то же время не следует сильно гордиться удачей, так как удача — лишь следствие многих причин и условий. Как можно гордиться этим, если она зависит от огромного количества людей? Практика адаптации означает принятие кармы.
Принятие кармы и адаптация к условиям очень помогают в повседневной жизни. Они позволяют исправить обстоятельства и карму в лучшую сторону, спокойно реагировать на превратности судьбы, улучшают наше поведение и вносят гармонию в отношения. После этого жизнь становится более значимой.
Третья практика — это практика отсутствия поисков. Практикуя отсутствие поисков, мы занимаемся какой-либо деятельностью, однако при этом не думаем, что эта деятельность приносит нам личную выгоду сейчас или будет приносить в будущем. Это нелегко, и поэтому это более высокий уровень практики, чем второй. На самом деле для того чтобы полностью уйти от эгоцентрической позиции, мы должны сделать трудный шаг к пониманию того, что «я» не существует.
Наши повседневные представления о «я» иллюзорны. Это не более, чем имя, которое мы даем своему постоянному взаимодействию с миром. Мы постоянно видим, слышим, чувствуем запахи, вкусы, осязаем, думаем: и этот каскад ощущений, впечатлений, мнений, мыслей и является тем, что мы определяем как личность.
Однако сказать, что «я» — это иллюзия, не значит сказать, что «я» — это галлюцинация. «Я» — это не мираж. Мы говорим, что «я» — это иллюзия, так как это есть не что-либо неизменное, а набор явлений, постоянно меняющийся в ответ на постоянно меняющееся окружение. «Я» не остается неизменным, и поэтому мы говорим, что «я» — это иллюзия. По той же причине все явления воспринимаются как иллюзии, все явления безличностны. Все вещи постоянно меняются, превращаются во что-либо иное. Поэтому «я» — это ложное бытие, беспрестанно взаимодействующее с ложным окружением.

Практика отсутствия поисков это более сложная практика, так как подразумевает под собой отрешение от личностного. Только тогда, когда вас перестает беспокоить проблема собственного просветления, приходит истинное просветление. Практика отсутствия поисков — это практика состояния просветленности.


Четвертая практика Бодхидхармы, единение с «Дхармой», базируется на том постулате, что все происходящее непостоянно и безличностно. В этой практике мы пытаемся постичь эту непостоянность и безличностность через прямое созерцание пустоты. Это высшая практика чань-буддизма, и она ведет к высшему достижению. Эта практика позволяет нам достичь «входа через принцип»,
Но с чего же начинается практика? Различные буддийские школы используют множество практик, которые по силам начинающим, как, например, чтение писаний, простирания, памятование о Будде, счет дыхания. Эти методы помогают нам очистить сознание, которое переполнено эмоциями и неспокойно, и привести его к устойчивости и гармонии с нашим окружением. Первая вещь, которую мы должны сделать, — это расслабить свое сознание и тело. Если нам это удастся, то мы будем более здоровыми и уравновешенными
Если мы не научимся расслабляться, то не имеет смысла заниматься медитацией, а практика отсутствия поисков становится абсолютно невозможной.

Теперь я знаю такой способ и предоставляю возможность бесплатно воспользоваться им любому, кто пожелает. Метод таков: вы расслабляете свое тело и сознание. Это очень легко и просто. Не спрашивайте, приведет это к просветлению или нет. Сначала вы научитесь расслабляться, а потом можно будет говорить и о просветлении. Закройте глаза, откиньтесь на спинку кресла и расслабьте мышцы. Полностью расслабьте глаза. Очень важно, чтобы веки были расслаблены и не двигались. Вокруг глазных яблок не должно быть никакого напряжения. Не прикладывайте усилий и не напрягайтесь. Расслабьте мышцы лица, плечи и руки. Расслабьте мышцы живота и положите руки на колени. Если вы чувствуете вес вашего тела, то центр тяжести должен находиться над креслом. Ни о чем не думайте. Если к вам приходят мысли, понаблюдайте за ними, следите за вашим дыханием. Не обращайте внимания на окружающих. Сосредоточьтесь на своей практике, забудьте о своем теле и расслабляйтесь. И не думайте о том, насколько полезно то, чем вы занимаетесь.
Смысл этой практики в том, чтобы расслабление было естественным и свободным. Не обязательно заниматься каждый раз подолгу; это вряд ли займет более трех-десяти минут, иначе вы можете уснуть. Лучше заниматься этим достаточно часто, по нескольку раз в день; это освежит тело и сознание, снимет стресс. Постепенно вы достигнете устойчивости сознания и сможете войти во врата чань-буддизма.

Первый шаг к мудрости — это преодоление своего эгоистичного «я». Когда вы попадаете в различные ситуации, сталкиваетесь с различными людьми, взаимодействуете с ними, ваше «я» незамедлительно проявляет себя, и вы оцениваете все с позиции своего «я»: «Это мое, а это нет; это хорошо для меня, а это нет; это мне нравится, а это противно»; таким образом, трезвый взгляд на веши утрачивается.
Но как же определить непривязанность? Вещи таковы, каковы они есть, — живые и ясные. Вы адекватно реагируете на них, и делаете то, что должны делать. Ясное осознание вещей при отсутствии эгоизма — вот то, что в чань-буддизме признается мудростью. Даяние ближнему по его потребности без помыслов о собственном «я» называется состраданием. Мудрость и сострадание — вот признаки просветленного сознания. эти два понятия неразделимы и зависят от подавления привязанности к «я».

Покой символизирует практику успокоения сознания, а чистота — созерцание, озаряющее душу светом осознанности.
«Ваше тело неподвижно, ваше сознание успокоено. Этого действительно тяжело достичь на практике. Тело и сознание полностью отдыхают. Рот настолько неподвижен, что зарастает мхом, на языке пробивается травка. Продолжайте без перерыва, очищая сознание, пока оно не достигнет чистоты осеннего пруда, яркости луны, освещающей ночное небо».

«Во время безмолвного озарения, что бы ни происходило, сознание остается абсолютно чистым, однако все остается там, где оно изначально покоилось, на своем месте. Сознание пребывает на одной мысли десять тысяч лет, но не опирается ни на одну форму, будь то внутри или снаружи».
Для понимания Чань Безмолвного Озарения нужно уяснить, что пока нет никаких мыслей, сознание остается очень чистым, очень легким. Должны присутствовать и безмолвие, и свет. когда внутри сознания ничего не происходит, человек осознает, что ничего не происходит.. Итак, в этом состоянии сознание является прозрачным. В некотором смысле, не вполне точно говорить о том, что здесь ничего не присутствует, так как здесь присутствует прозрачное сознание. В этом состоянии сознание лишено формы и признаков. Сила присутствует лишь для того, чтобы наполнить сознание светом, как солнце, повсеместно освещающее землю. Следовательно, Безмолвное Озарение — это практика, в которой нет никакого движения, но сознание является ярким и озаренным.

Попытка вызвать великое сомнение до того, как сознание успокоится, будет, по крайней мере, бесполезной,.
Практика гунъань или хуатоу — это взрывной путь к просветлению; практика безмолвного озарения более спокойна. Но обе практики имеют одну и ту же цель реализации истинной природы сознания, которая является природой пустоты, природой Будды, мудростью и просветлением.
Попытка вызвать великое сомнение до того, как сознание успокоится, будет, по крайней мере, бесполезной,.
Практика гунъань или хуатоу — это взрывной путь к просветлению; практика безмолвного озарения более спокойна. Но обе практики имеют одну и ту же цель реализации истинной природы сознания, которая является природой пустоты, природой Будды, мудростью и просветлением.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#18 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 14 August 2013 - 06:31

БЕСЕДЫ МАСТЕРА ДЗЭН ЯСУТАНИ С ЗАПАДНЫМИ ЛЮДЬМИ
(в пересказе роси Филипа Капло)

Роси (строго): Кто вы? (Нет ответа.) Кто вы?!
Ученик (после паузы): Я не знаю.
Роси: Хорошо! Знаете ли вы, что вы имеете в виду, когда говорите «Я не знаю»?
Ученик: Не знаю.
Роси: Вы – это Вы! Вы – это только Вы. Больше ничего.
Ученик: Что вы имели в виду, когда сказали «Хорошо!» после того, как я ответил «Я не знаю»?
Роси: В самом глобальном смысле, мы не знаем ничего.
Ученик: Вчера вы пообещали сегодня спросить у меня, кто я, и поэтому я решил, что должен найти надлежащий ответ, и принялся обдумывать различные варианты, но когда вы только что спросили «Кто вы?», я не мог ничего вспомнить.
Роси: Прекрасно! Это свидетельствует о том, что ваш ум свободен от идей. Теперь вы можете отвечать всем своим существом, а не только головой. Когда я сказал вам, что сегодня спрошу у вас, кто вы, я не хотел, чтобы вы выдумывали ответ. Я хотел, чтобы вы с помощью «Кто я?» проникали как можно глубже в себя. Когда вы придете к внезапному внутреннему постижению своей Подлинной природы, вы сможете отвечать мгновенно и без колебаний.
Ученик: Спрашивая себя, кто я, я пришел к выводу, что я есть это тело, то есть эти глаза, эти ноги и так далее. В то же время я постиг, что эти части тела не существуют независимо. Если бы мне пришлось, например, вынуть глаз и положить его перед собой, он не мог бы больше работать как глаз. Равно как моя нога не смогла бы функционировать как нога, если бы мне нужно было отделить ее от тела. Для ходьбы моей ноге нужно тело точно так же, как моим глазам нужны объекты для того, чтобы что-то видеть. Более того, то, что видят мои глаза, и то, на что ступает моя нога, есть часть вселенной. Стало быть, я – вселенная. Это правильно?
Роси: Вы – вселенная. Это правильно. Но то, что вы только что мне предложили – это абстракция, всего лишь представление о реальности, а не сама реальность. Вы должны встретить реальность непосредственно. Вы должны постичь реальность.
Ученик: Но как мне это сделать?
Роси: Просто спрашивая «Кто я?», пока внезапно вы не увидите свою Подлинную природу с полной ясностью и определенностью. Помните, что вы не есть ни тело, ни ум. Вы также не являетесь совокупностью тела и ума. Что же вы, в таком случае? Чтобы постичь свое подлинное Я, а не его маленькую часть, вы должны постоянно настойчиво спрашивать себя «Кто я?».
Ученик: В прошлый раз вы сказали, что я не есть ни ум, ни тело. Я этого не понимаю. Если я не являюсь ни тем, ни другим, ни комбинацией того и другого, – что я тогда?
Роси: Если вы спросите у обычного человека, кто он, он ответит «Этот ум», или «Это тело», или «Этот ум и тело», – но ни один из этих ответов не является правильным. Мы больше, чем наш ум или тело, или и то и другое вместе. Наша Подлинная природа пребывает за пределами всех категорий. Все, что вы можете подумать или вообразить себе, – это всего лишь фрагмент вас. Отсюда следует, что ваше подлинное Я нельзя найти с помощью логического вывода, интеллектуального анализа или воображения.
Если я отрублю себе руку или ногу, мое подлинное Я совсем не уменьшится. Строго говоря, ваши тело и ум являются не вами, а частью вас. Ваша Подлинная природа не отличается от Подлинной природы этой палки, этого стола или этих часов –любого другого объекта вселенной. Когда вы непосредственно переживете эту истину, ваше переживание оказывается настолько убедительным, что вы воскликнете: «Вот оно что!» – потому что не только ваш мозг, но и все ваше существо принимает участие в этом знании.
Ученик (неожиданно кричит): Но я боюсь! Я боюсь! Я не знаю чего, но боюсь!
Роси: Нечего бояться. Продолжайте углублять свое вопрошание, пока ваши обусловленные представления о том, кто вы, не исчезнут, пока вы внезапно не постигнете, что вся вселенная не отличается от вас самих. Вы находитесь в критическом состоянии. Не отступайте – только вперед!


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#19 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 01 October 2013 - 22:00

Буддизм. Энциклопедия - Лактионов

Полностью - тут:
http://www.e-reading.biz/book.php?book=141388

Оглавление
Предисловие . ЦВЕТОК «ВЕДИЙСКОЙ НОЧИ»
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ . БУДДА ШАКЬЯМУНИ
Глава 1 . СИДДХАРТХА ГАУТАМА
Глава 2 . ЧЕТЫРЕ БЛАГОРОДНЫХ ИСТИНЫ: основы буддийского учения
Глава 3 . САНГХА: буддийское монашество
ЧАСТЬ ВТОРАЯ . ТРИ ПУТИ К ПРОСВЕТЛЕНИЮ
Глава 4 . БУДДИЗМ НИКАЯ
Глава 5 . МАХАЯНА
Глава 6 . МАНТРЫ И ТАНТРЫ: буддизм Ваджраяны
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ . НАЦИОНАЛЬНЫЕ ФОРМЫ БУДДИЗМА
Глава 7 . КИТАЙСКИЙ БУДДИЗМ: чань и другие
Глава 8 . БУДДИЗМ ЯПОНИИ И КОРЕИ
Глава 9 . ТИБЕТСКИЙ БУДДИЗМ: заповедник духовности
Заключение . БУДДИЗМ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

«Да внимая — все уразумеют.
Чувствами, и мыслями, и духом
Властвует закон рожденья — смерти.
Раз себя узнаешь и узнаешь
Путь, который указуют чувства,
Места нет для „Я“ тогда, ни почвы,
Чтобы это „Я“ образовать;
Все нагромождения печали,
Скорби жизни, боль и скорби смерти
Видишь как неотделимость тела,
Тело же увидишь не как „Я“
И для „Я“ не узришь в теле почвы:
В этом есть великое открытье,
В этом есть бессмертный ключ покоя,
В этом бесконечность тишины.
Это мысль о самости — источник,
Что несчетность болей порождает,
Мир, как бы веревками, связует,
Знай, что „Я“ не свяжешь, — нет и пут.
Свойства „Я“ узнав, порвешь веревки,
Размыкаясь — цепи исчезают,
Это узришь — вот освобожденье,
Да погибнет ложный помысл „Я“!
Те, что „Я“ поддерживают в мысли,
Или говорят, что „Я“ есть вечно,
Или говорят, что погибает, —
Если взять пределы — жизнь и смерть, —
Заблужденье их весьма прискорбно.
Если „Я“ не длится, — плод стремленья,
Достиженье, также погибает,
Раз не будет После — плод погиб;
Если ж это „Я“ не погибает, —
В средоточьи смерти и рожденья
Тождество одно лишь есть, пространство,
Что не рождено и не умрет.
Если это „Я“ есть в их понятьи,
Значит, все живое есть едино:
Есть во всем такая неизменность,
Самосовершенная, без дел».[6]

У Хорхе Луиса Борхеса имеется такое замечание: «Что значит быть буддистом? Быть буддистом — значит не понимать, поскольку понимание может прийти в считанные минуты, а чувствовать Четыре благородных истины и восьмеричный путь… Я думаю, важно представлять себе буддизм не как собрание легенд, а как дисциплину, дисциплину, для нас достижимую, которая не требует аскетизма. Она позволяет не отказываться от плотской жизни. Что от нас требуется — это медитация, медитация не о совершенных грехах, а о прошлой нашей жизни. Для меня буддизм не музейный предмет — это путь к спасению. Не для меня — для миллионов людей».

Конечно, в этих словах легко обнаружить формальные несоответствия буддийской доктрине, однако дух буддизма они передают — и раскрывают причины долговечности и популярности этого вероучения. Буддизм не принуждает и не подчиняет. Буддизм не требует, а лишь советует. Буддизм вовсе не пессимистичен, вопреки утверждениям европейских философов (достаточно вспомнить Артура Шопенгауэра, Освальда Шпенглера, назвавшего буддизм «религией усталости», или Владимира Соловьева, искренне полагавшего, что буддизм стремится к смерти[7]). Пожалуй, из великих философов Европы к пониманию буддизма ближе всего подошел Фридрих Ницше: «Буддизм есть возврат к миру и веселости, к диете духа… Ясность духа, спокойствие, отсутствие желаний как высшая цель — вот чего хотят и чего достигают. Буддизм не есть религия, в которой лишь стремятся к совершенству: совершенное здесь есть нормальный случай. Буддизм есть единственная истинно позитивистская религия, встречающаяся в истории; даже в своей теории познания (строгом феноменализме) он не говорит: „борьба против греха“, но, с полным признанием действительности, он говорит: „борьба против страдания“.

СИДДХАРТХА ГАУТАМА

Имя с ликом родились от знанья,
Как зерно идет в росток и в лист,
Знанье же из имени и лика,
Эти два сплетаются в одно;
Ашвагхоша. Жизнь Будды

Ашвагхоша легенду о рождении Будды излагает так: бодхисаттва чудесным образом «материализовался» в зародыше, который зрел в теле супруги царя, Майи.[9]
Дух снизошел и в чрево к ней вошел,
Коснувшись той, чей лик — Царица Неба,
Мать, матерь, но свободная от мук,
Свободная от заблуждений Майя…

Широко известно предание о видении, которое посетило царицу накануне рождения Будды: Майе приснилось, что в ее бок вошел белый слон с шестью бивнями. По другой версии, слон не входил в бок царицы, а указывал бивнями на блистающую звезду в небесах.

«В эту ночь царица Майя, супруга царя Шуддходаны, разделявшая ложе его, увидела дивный сон. Ей приснилась на небе звезда, блистающая шестью, в розовом сиянии, лучами. На ту звезду указывал ей слон с шестью клыками, белый как молоко. И та звезда, пролетев воздушное пространство, наполнив ее своим светом, проникла в ее недра.

До самых глубоких пещер проникла радость царицы, как теплый солнечный луч, трепещущий в золотистой тьме лесов, в самые глубины земли достиг тихий шепот: „О вы, усопшие, ждущие новой жизни, вы, живущие, долженствующие умереть, восстаньте, внимайте и надейтесь: Будда родился!“

Когда наутро царица рассказала о своем видении, убеленные сединами снотолкователи объявили: „Сон хорош: созвездие Рака теперь — в соединении с солнцем: царица на благо человечества родит сына, святого младенца удивительной мудрости: он или даст людям свет знания, или будет править миром, если не презрит власть“.

В известной степени Будда повторяет поступок Вишну, но он и превосходит своего «предшественника», поскольку делает семь шагов: три шага Вишну создают три сферы бытия — небо, землю и преисподнюю, а семь шагов Будды суть создание семи небесных сфер, олицетворяющих духовное развитие, вознесение над земным, выход за пределы «юдоли страданий».

Между Вишну и легендарным Буддой существуют и другие параллели. Особенно это касается «позднего» Вишну, образ которого запечатлен в брахманах и пуранах. В брахманах Вишну постепенно приобретает статус верховного божества, который получает окончательное оформление в пуранах, прежде всего в «Вишну-пуране», где, к примеру, говорится: «Тот, кто ублажает Вишну, обретает все земные радости, место на небесах и, что лучше всего, окончательное освобождение (курсив наш. — Ред.). Яма, царь мертвых, произносит в той же пуране такие слова: Я господин всех людей, кроме вишнуитов. Я был поставлен Брахмой, чтобы обуздывать людей и соразмерять добро и зло. Но тот, кто почитает Хари (Вишну. — Ред.), неподвластен мне. Тот, кто своим святым знанием поклоняется лотосоподобной стопе Хари, освобождается от бремени грехов».

Буддийские мотивы слышны и в известном мифе о мудреце Маркандее, который в течение многих тысяч лет предавался благочестивым размышлениям, совершал жертвоприношения и аскетические подвиги и в награду пожелал узнать тайну происхождения вселенной. Его желание мгновенно исполнилось: он очутился у изначальных вод, простиравшихся, насколько хватало взгляда; на этих водах спал человек, чье огромное тело светилось собственным светом и озаряло тьму. Маркандея узнал Вишну и приблизился к нему, но в этот миг спящий открыл рот, чтобы сделать вдох, и проглотил мудреца. Тот очутился в зримом мире, с горами, лесами и реками, с городами и селениями, и решил, что все виденное им прежде было сном. Маркандея странствовал еще несколько тысяч лет и обошел всю вселенную, но так и не узнал тайну ее возникновения. А однажды он заснул и снова очутился у изначальных вод, где увидел перед собой мальчика, спавшего на ветке баньяна; от мальчика исходило ослепительное сияние. Пробудившись, мальчик открыл Маркандее, что он — Вишну и что все мироздание есть проявление божества: «О Маркандея, от меня исходит все, что было, есть и будет. Повинуйся моим вечным законам и странствуй по вселенной, заключенной в моем теле. Все боги, все святые мудрецы и все живые существа пребывают во мне. Я — тот, кем проявляется мир, но чья майя (иллюзорность бытия. — Ред.) остается непроявленной и непостижимой».

При этом сама легенда о Будде, разумеется, становилась с годами все богаче и расходилась буквально по всему миру: она достигла даже Византии — естественно, все имена подверглись неизбежному искажению, — где стала известна как легенда о царевиче Иосафате (то есть Бодхисаттве) и отце его Авенире. Более того, под именем Иосафат Будда Шакьямуни был канонизирован византийской церковью — и оказался включенным в православные святцы!


Глава 2 ЧЕТЫРЕ БЛАГОРОДНЫХ ИСТИНЫ: основы буддийского учения

Есть одно лишь Страдание, — нет того, кто страдает;
Нет того, кто существует, — есть одно лишь Существование;
Есть Нирвана, но нет того или той, кто ее взыскует;
Есть путь, но нет того или той, кто по нему идет.
Висуддхимагга

«Вот, бхикшу, благая истина о том, что существует страдание (духкха). Рождение — страдание, старость — страдание, болезнь — страдание, смерть — страдание, соединение с тем, что неприятно, — страдание, разъединение с тем, что приятно, — страдание; когда нет возможности достичь желаемого — это тоже страдание.
Вот, бхикшу, благая истина о том, что страдание имеет свою причину. Это жажда, ведущая к перерождению, связанная с наслаждением и страстью, находящая удовольствие то в одном, то в другом. Жажда бывает трех видов: жажда чувственных удовольствий, жажда перерождений и жажда существования.
Вот, бхикшу, благая истина о том, что страдание может быть уничтожено. Это уничтожение жажды и полное уничтожение страсти, отказ от них, отречение от них, освобождение от них, отвращение от них.
А вот, бхикшу, благая истина о том, что существует путь, ведущий к уничтожению страданий».
(«Дхармачакраправартана-сутра»).

Согласно канону, Будда постиг эти истины трижды: сначала он «увидел» их, затем «применил» и наконец осознал их таким образом, что «ему больше нечего было узнавать о них». Это «троичное постижение» соответствовало трем поворотам Колеса Дхармы, почему проповедь в Бенаресе также называют «Приведением в движение Колеса Дхармы».

Страдание — неотъемлемая характеристика бытия. «Это страдание не есть результат некоего грехопадения и утраты изначального рая. Подобно самому бытию, страдание безначально и неизменно сопровождает все проявления бытия.

Конечно, буддисты отнюдь не отрицают того обстоятельства, что в жизни есть и приятные моменты, сопряженные с удовольствием, однако само это удовольствие (сукха) не является противоположностью страданию, а как бы включено в страдание, являясь его аспектом. Дело в том, что ни одно из возможных „мирских“ состояний не является полностью удовлетворительным. Мы находимся в постоянной неудовлетворенности, постоянной фрустрации. Мы можем испытать сильное физическое или даже духовное (например, эстетическое) наслаждение и готовы при этом даже воскликнуть: „Остановись, мгновение!“ Но мгновение не останавливается, наслаждение заканчивается, и мы страдаем, оттого что оно ушло, стремимся вновь испытать его, но безуспешно, отчего мы страдаем еще сильнее. Или наоборот: мы стремимся к чему-то, возможно, посвятив этому всю свою жизнь. И вот мы достигли цели, но нас постигает горькое разочарование — плод оказался не столь сладким, как нам представлялось, а жизнь утрачивает смысл, потому что цель достигнута, а более стремиться не к чему. И наконец, всех нас ждет смерть, которая делает все наши удовольствия и наслаждения конечными и преходящими. Но и это еще не все. Мы не только страдаем, но мы также все время оказываемся в ситуации страдательности, пассивного претерпевания. По видимости — человек сам кузнец своего счастья, но в действительности, будучи опутан клубком причинно-следственных отношений и связей, он не столько кует, сколько сам пребывает под молотом причинности на наковальне следствий. Говоря о страдании, буддизм отнюдь не ограничивается человеческим уделом. Страдают животные. Неисчислимы страдания обитателей адов, страдают от никогда не удовлетворяемых влечений голодные духи — преты. Даже божества тоже страдают. Им приходится воевать с демонами-асурами, им ведом страх смерти, поскольку они также рождаются и умирают, хотя срок их жизни огромен. Короче говоря, нет такой формы жизни, которая не была бы подвержена страданиям. Страдание абсолютно, удовольствие весьма и весьма относительно» (Торчинов).

Причиной страдания является желание, влечение, шопенгауэровская «воля к жизни». «При этом влечение понимается буддизмом максимально широко, ибо в это понятие включается и отвращение как оборотная сторона влечения, влечение с противоположным знаком. В основе жизни — влечение к приятному и отвращение к неприятному, выражающееся в соответствующих реакциях и мотивациях, базирующееся на фундаментальном заблуждении, или неведении (авидья), выражающемся в непонимании того, что суть бытия есть страдание. Влечение порождает страдание, если бы не было влечений и жажды жизни, то не было бы и страданий» (Торчинов). А стержнем, основой, регулятором «воли к жизни» является закон кармы.

В переводе с санскрита слово «карма» означает «деяние, поступок». Представления о карме существовали в индийской культуре с древнейших времен. В упанишадах эти представления получили дополнительное развитие; так, в «Брихадараньяка-упанишаде» читаем: «И когда они говорили, то говорили о деянии; когда восхваляли, то восхваляли деяние. Поистине человек становится добрым от доброго деяния, дурным — от дурного». А «Чхандогья-упанишада» добавляет: «Подобно тому как гибнет здесь мир, приобретенный деянием, так же гибнет мир, приобретенный добрым деянием. И те, которые уходят отсюда, не познав Атмана (индивидуального психического начала, „души“. — Ред.) и этих истинных желаний, не способны действовать, как желают, во всех мирах. Те же, которые уходят отсюда, познав Атмана и эти истинные желания, способны действовать, как желают, во всех мирах».

Карма — не просто действие (если таковое вообще возможно), а действие, непременно имеющее последствие. Совокупность действий, совершенных человеком при жизни, дает результат — необходимость следующего рождения, причем в воплощении, которое определяется кармой, благой или дурной. Эта череда перерождений называется сансарой («круговорот»); подобно идее кармы, представление о сансаре — весьма древнее, однако окончательно оформилось оно именно благодаря буддизму и джайнизму. Как писал Е. А. Торчинов: «Главной характеристикой сансары является страдание, проистекающее из влечений и хотений. Поэтому все религии Индии (буддизм, индуизм, джайнизм и отчасти даже сикхизм) ставят своей целью освобождение, то есть выход из круговорота сансары и обретение свободы от страданий и страдательности, на которые обрекает сансарическое существование любое живое существо. Сансара безначальна, то есть ни у одного существа не было абсолютно первой жизни, оно пребывает в сансаре извечно. А следовательно, сансарическое существование чревато также повторяемостью ситуаций и ролей, мучительным однообразием циклической воспроизводимости одного и того же содержания. Поэтому если человек материалистического или просто безрелигиозного западного воспитания может найти в идее перерождений даже что-то привлекательное, то для индийца она сопряжена с чувством несвободы и мучительной порабощенности, вызывающей потребность в освобождении из этой круговерти. Учение о карме и сансаре возникло еще в добуддийский период в рамках поздневедийского брахманизма (по-видимому, не позднее VIII–VII вв. до н. э.), но именно буддизм тщательно разработал его, четко артикулировал, сделал формообразующей частью своего учения и уже в завершенном виде вновь „передал“ индуизму».

Перерождение, определяемое кармой, возможно в одной из шести форм — божество (дева), демон (асура),[17] животное, голодный дух (прета), обитатель ада и человек. Эти шесть форм подразделяются на «счастливые» (человек, божество, демон) и «несчастливые» (прета, обитатель ада, животное). При этом все формы, кроме человека, лишь пожинают в текущем воплощении плоды своих деяний в предыдущих жизнях; только человек способен порождать карму, нести ответственность за свои поступки. Вдобавок человеческая форма рождения наиболее благоприятна, поскольку только человек способен к освобождению от круговорота сансары, только человек способен выйти из круговращения рождений-смертей и обрести вечное блаженство.

Позднее идея кармы получила развитие в доктрине причинно-зависимого происхождения (пратитья самутпада). По замечанию Е. А. Торчинова, «эта теория чрезвычайно важна, поскольку она, по существу, превратилась в основополагающий методологический принцип буддийской мысли». Согласно доктрине пратитья самутпада, все этапы человеческой жизни (ниданы) причинно обусловлены, причем эта обусловленность изначальна, вечна и является таким же неотъемлемым свойством бытия, как и страдание.


  • 1

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#20 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 23 October 2013 - 08:53

Этапов-нидан насчитывается двенадцать:
1. Прошлая жизнь (промежуток между смертью и новым рождением — антарабхава).
2. Неведение (авидья, незнание Четырех благородных истин).
3. Импульсы (самскара, побуждают умершего к новому рождению).
4. Сознание (виджняна, неоформленное, аморфное).
5. Имя и форма (нама-рупа, характеристики конкретного человеческого существа).
6. Способности (индрия, органы чувственного восприятия, в том числе ум — манас).
7. Соприкосновение (спарша, органы чувств воспринимают мир).
8. Чувство (ведана, чувство приятного, неприятного или нейтрального.
9. Влечение, страсть (тришна, причем это влечение может быть положительным и отрицательным (отвращение)).
10. Жизнь, бытие (бхава).
11. Новое рождение (джати).
12. Старость и смерть (джала-марана).

Е. А. Торчинов, иллюстрируя доктрину пратитья самутпада, приводил такой пример:
«На тибетских танка (религиозных картинах, иконах) эта доктрина получает чрезвычайно наглядное воплощение, органично соединяясь с учением о карме и формах рождений. Подобного рода картины носят название бхава-чакра („колесо бытия“) и представляют собой следующее. Представьте себе три концентрические окружности. В центральном (самом маленьком) круге изображены три животных: свинья, змея и петух. Они как бы ухватились за хвосты друг друга и пустились в бег по кругу (как белка в колесе), приводя в движение все „колесо бытия“. Изображенные животные суть невежество (моха), гнев (рага) и страсть (двеша) — три базовых аффекта (клеша), как бы лежащие в основе сансарического существования (в текстах к ним иногда добавляются еще зависть и гордыня).

Внешний относительно этого большой круг разделен на пять секторов, соответствующих пяти мирам рождений живых существ (обычно боги и титаны-асуры изображаются в одном и том же секторе); он содержит сцены жизни каждого типа существ.

И наконец, последний, узкий круг, образующий как бы обод колеса, разделен на двенадцать сегментов, соответствующих двенадцати ниданам цепи причинно-зависимого происхождения. Каждой нидане соответствует символическое изображение. Например, неведение символизируется изображением человека, в глаз которого попала стрела, импульсы-санскары — фигурой гончара, лепящего горшки на своем гончарном круге, сознание — обезьяной, прыгающей с ветки на ветку (сознание неустойчиво и склонно перескакивать с одного объекта на другой), имя и форма — двумя людьми, плывущими в одной лодке, шесть способностей восприятия — домом с шестью окнами, соприкосновение органов чувств с их объектами — совокупляющейся четой и так далее.

Все это „колесо бытия“ держит в своих лапах, как бы обнимая его, страшный монстр, символизирующий страдание как главное свойство сансарического бытия. Вне колеса в верхнем углу картины обычно изображается Будда (или монах), указывающий перстом на сияющий круг около него — символ нирваны, состояния, свободного от страданий».

Третья благородная истина — истина о преодолении страдания, освобождении от страдания, прерывании череды рождений и смертей. Будда утверждал, что существует состояние, в котором страдания нет, — это нирвана (ниродха). Слово «нирвана» восходит к санскритскому корню «нир» со значением «угасание»; но что такое нирвана в его понимании, Будда прямо не объяснял. (Надо отметить, что как такового объяснения нет и по сей день.[18]) Достичь нирваны возможно и при жизни, но истинная нирвана (паранирвана) достигается лишь после смерти, причем состояние это из всех воплощений живого доступно только человеку — ни богам, ни демонам, ни животным к нирване даже не приблизиться.

Паранирвана — состояние высшего блаженства, в котором нет ни смерти ни жизни; о нем нельзя сказать ничего определенного (кроме того, чем оно не является). Все «внутренние» буддийские определения нирваны исключительно косвенны, а западное, рациональное восприятие этой доктрины кратко выразил М. Элиаде: «Путь Будды — это путь превращения „Я“ в ничто и, как следствие, превращение в ничто явлений окружающего мира». По уточнению Е. А. Торчинова, «даже психологически правильнее ничего не говорить о нирване, чем сравнивать ее с чем-то нам известным, ибо иначе мы немедленно сконструируем „нашу“ нирвану, создадим некий ментальный образ нирваны, вполне неадекватное представление о ней, привяжемся к этому представлению, сделав, таким образом, и нирвану объектом привязанности и источником страдания. Поэтому Будда и ограничивался самыми общими характеристиками нирваны как состояния, свободного от страданий, или как состояния высшего блаженства. Впоследствии буддисты разработают много разных концепций нирваны, но признание ее внезнаковой, несемиотичной природы останется в буддизме навсегда».

В знаменитых «Вопросах Милинды», внеканоническом буддийском памятнике, представляющем собой диалог царя Милинды (Менандра) и мудреца Нагасены, о нирване говорится так:

«— Точно так же, государь, можно описать стезю, ведущую к осуществлению нирваны, но нельзя указать причину порождения нирваны, ибо это несложенная дхарма.

Итак, нирвана несложенна, почтенный?
— Да, государь, несложенна нирвана, ничем не создана. О нирване, государь, нельзя сказать, что она ставшая, или неставшая, или породима, или прошлая, или будущая, или нынешняя, или воспринимаема зрением, или воспринимаема слухом, или воспринимаема обонянием, или воспринимаема вкусом, или воспринимаема осязанием.

Если, почтенный Нагасена, нирвана ни ставшая, ни неставшая, ни породима, ни прошлая, ни будущая, ни нынешняя, ни воспринимаема зрением, ни воспринимаема слухом, ни воспринимаема обонянием, ни воспринимаема вкусом, ни воспринимаема осязанием, то тогда, почтенный Нагасена, на нирвану вы ссылаетесь как на некую несущую дхарму (см. ниже. — Ред.). Нет нирваны.
— Есть нирвана, государь. Умом воспринимаема нирвана. Чистым, возвышенным, прямым, не корыстным, свободным от помех умом истинно делающий арийский слушатель видит нирвану.

Но какова нирвана, почтенный? Приведи мне какой-либо проясняющий дело пример, вразумительное обоснование, насколько вообще можно прояснить примером какую-либо сущую дхарму.
— Скажи, государь, ветер есть?
Да, почтенный.
— Ну-ка, государь, опиши мне ветер: каковы его цвет и очертания, маленький он или большой, длинный или короткий?
Невозможно, почтенный Нагасена, показать ветер. В руки ветер не дается, и его не пощупаешь. Но ветер таки есть.
— Если, государь, невозможно показать ветер, то ветра, стало быть, и нет.
Я знаю, почтенный Нагасена, что есть ветер, это [знание] проникает мне в сердце, но показать ветер я не могу.
— Вот точно так же, государь, нирвана есть, но указать цвет или очертания нирваны невозможно».[19]

O том, как достичь нирваны, гласит четвертая благородная истина — иначе истина Восьмеричного благородного пути. Сам Будда говорил об этом пути так: «Этот благой восьмеричный путь таков: правильные (полные, всеохватные) взгляды (драшти), правильные намерения (самкальпа), правильная речь (вач), правильные действия (карманта), правильный образ жизни (аджива), правильные усилия (вьямана), правильное осознание (смрити) и правильное сосредоточение (самадхи)». Позднее эти восемь «правильных» этапов были разделены на три категории: Путь мудрости (праджня) — правильные взгляды и правильные намерения; Путь соблюдения обетов (шила) — правильная речь, правильные действия, правильный образ жизни; Путь сосредоточения (самадхи) — правильные усилия, правильное осознание и правильное сосредоточение.

Следуя Восьмеричному благородному пути — и соблюдая заповеди праведной жизни (не убивай, не бери чужого, не лги, не пьянствуй, не прелюбодействуй, будь щедрым и смиренным), — человек способен достичь нирваны и стать буддой, то есть фактически достичь божественного статуса.

К Дхарме принадлежит и учение об отрицании «Я» (анатмавада) — не того идеального «Я», тяготеющего к Абсолюту (Брахману), которое в индийской традиции известно как Атман, но «Я» сугубо конкретного, индивидуальной личности, столь ценимой западной философией, личности, каковая в буддизме признается иллюзией. Согласно буддийскому канону, личность есть не более чем совокупность соединенных в определенном порядке групп психофизических элементов. Обратимся вновь к «Вопросам Милинды»; царь спрашивает Нагасену, кто он такой, а мудрец отвечает ему притчей:

«— Ты говоришь, что сподвижники зовут тебя Нагасеной. Так что же это за Нагасена? Может, почтенный, волосы — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Волоски на теле — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Ногти, зубы, кожа, мышцы, жилы, кости, костный мозг, почки, сердце, печень, селезенка, пленки, легкие, кишечник, соединительная ткань, содержимое желудка, испражнения, желчь, слизь, гной, кровь, пот, жир, слезы, жировые выделения на коже, слюна, выделения из носа, суставная жидкость, моча, головной мозг — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Может, почтенный, образное — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Может, почтенный, ощущения — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Распознавание — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Слагаемые — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Сознание — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Так, может, почтенный, образное, ощущения, распознавание, слагаемые, сознание вместе — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Так, может, почтенный, что-то помимо образного, ощущений, распознавания, слагаемых, сознания — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Ну, почтенный, спрашиваю я, спрашиваю, а Нагасены не вижу. Выходит, почтенный, что Нагасена — это звук один. Где же здесь Нагасена? Ложь ты говоришь, почтенный, неправду, нет Нагасены».

И вот достопочтенный Нагасена сказал царю Милинде: «Государь, ты ведь утонченный кшатрий, весьма утонченный. Идя в полуденный час по нагретой земле, горячему песку, ты, должно быть, изранишь себе ноги об острые камни, гравий и щебень, у тебя заноет тело, испортится настроение, появится осязательное сознание, сопровождаемое болью. Итак, ты приехал или пришел пешком?» — «Я пешком не хожу, почтенный. Я приехал на колеснице». — «Раз ты приехал на колеснице, государь, то предъяви мне колесницу. Скажи, государь, дышло — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Ось — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Колеса — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Кузов — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Поручни — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Ярмо — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Вожжи — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Стрекало — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Так, может, государь, дышло, ось, колеса, кузов, поручни, ярмо, вожжи, стрекало вместе — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Так, может, государь, что-то помимо дышла, оси, колес, кузова, поручней, ярма, вожжей, стрекала — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Ну, государь, спрашиваю я, спрашиваю, а колесницы не вижу. Выходит, государь, что колесница — это звук один. Где же здесь колесница? Ложь ты говоришь, государь, неправду, нет колесницы. Ты же на всем материке Джамбу первый царь, кого тебе бояться, зачем лгать, государь?..»

И царь Милинда сказал достопочтенному Нагасене: «Я не лгу, почтенный Нагасена. Вследствие дышла, вследствие оси, вследствие колес, вследствие кузова, вследствие поручней и используется название, знак, обозначение, обиходное слово, имя — колесница». — «Отлично, государь. Ты знаешь, что такое колесница. Вот точно так же и у меня: вследствие волос, вследствие волосков на теле и прочего, вследствие образного, вследствие ощущений, вследствие распознавания, вследствие слагаемых, вследствие сознания и используется название, знак, обозначение, обиходное слово, просто имя — Нагасена, однако в высшем смысле здесь не представлена личность. Ведь есть, государь, изречение монахини Ваджры, сказанное перед лицом Блаженного:
Как говорят «колесница» о собранных вместе частях,
Так все назовут существом то, что всего только груды».[21]

Буддизм определяет личность как совокупность пяти скандх («куч», «груд»), а именно: воспринимаемое (рупа), ощущаемое (ведана), различное (самджня), желаемое (самскара) и сознаваемое (виджняна). Причем в представление о личности в буддизме включается и окружающая действительность, которую эта личность воспринимает. Как писал О. О. Розенберг, для буддийского мыслителя не существует отдельно «человека» и «солнца», а есть некое единое поле опыта — «человек, видящий солнце». Здесь солнце — часть личности, включенная в нее через процесс восприятия.

Сами скандхи состоят из упоминавшихся выше «кирпичиков»-дхарм, одномоментных психофизических состояний. Учение о дхармах (не следует путать с Дхармой) составляет основу буддийской метафизики (Абхидхарма). Выдающийся отечественный буддолог Ф. Ф. Щербатской писал: «Формула буддийского символа веры, которая явно содержит кратчайшее изложение сути и духа буддизма, гласит, что Будда открыл элементы (dhamma) бытия, их причинную связь и методы подавления навсегда их действенности. Васубандху дает подобную же формулировку сущности доктрины: это метод превращения элементов бытия в состояние покоя, из которого они никогда не возникнут снова.

Сопутствующее значение термина dharma подразумевает, что:
1. Каждый элемент является отдельной сущностью, или силой.
2. Нет проникновения одного элемента в другой, а отсюда нет субстанций отдельно от качеств, нет материи, кроме отдельных чувственных данных, и нет души, кроме отдельных ментальных данных.
3. Элементы не имеют длительности, каждый момент представляет отдельный элемент; мысль мимолетна, нет движущихся тел, но последовательные появления, вспышки новых элементов в новых местах.
4. Элементы взаимодействуют друг с другом.
5. Эта взаимодеятельность контролируется законами причинности.
6. Мировой процесс является, таким образом, процессом взаимодействия 72 видов тонких, мимолетных элементов, и природа дхарм такова, что они возникают от причин и направляются к угасанию (nirodha).
7. Подверженный влиянию элемента avidya (неведение), процесс идет полным ходом. Подверженный влиянию prajna (мудрости), он имеет тенденцию к успокоению и конечному угасанию. В первом случае потоки взаимодействующих элементов создаются, что соответствует (понятию) простого человека; во втором случае поток представляет святого. Полная остановка феноменальной жизни соответствует (понятию) Будды.
8. Элементы широко разделяются на волнение, причину волнения, угасание и причину угасания.
9. Конечный результат мирового процесса — подавление, абсолютный покой. Все взаимодействие угасло и заменилось неподвижностью.

Но хотя это понятие элемента бытия выросло до своеобразной надстройки в форме последовательной системы философии, внутренняя природа его остается загадкой. Что такое dharma? Она непостигаема! Она тонка! Никто никогда не в состоянии будет сказать, какова ее истинная природа! Она трансцендентальна!»

Число дхарм велико, но конечно; философская школа сарвастивадинов выделяет 75 дхарм, а школа йогачаринов — 100. Все эти дхармы мгновенно возникают и исчезают, каждый миг образуя совершенно новую личность, поэтому в буддийской традиции изречение Гераклита о том, что нельзя войти в одну реку дважды, звучало бы так: «Нет никого, кто мог бы войти в одну реку дважды».

Е. А. Торчинов так сформулировал принцип анатмавады: «Буддизм смотрит на личность как на только лишь имя, призванное обозначить структурно упорядоченную комбинацию пяти групп несубстанциальных и мгновенных элементарных психофизических состояний — дхарм. Это и есть достаточно строгая формулировка принципа анатмавады („без-я“, „без-души“), точнее (по крайней мере, с точки зрения махаянского буддизма), одного из его двух аспектов — „бессущностности личности“ (пудгала найратмья)».

Следует добавить, что применительно к буддизму некорректно использовать термины «перерождение» и «реинкарнация». В отличие от классической индийской традиции, по которой человек — воплощенная душа, буддизм видит человека как «поток состояний» (дхарм). Е. А. Торчинов приводит такой пример, иллюстрирующий буддийскую концепцию чередования рождений и смертей: «Кий (кармический импульс санскар) бьет по шару (условная личность — пудгала), получающему, таким образом, определенное ускорение и траекторию. Этот шар ударяет по другому шару, которому передает ускорение и определяет его траекторию, и т. д. Здесь передается, так сказать, только энергия, которая и связывает данное существование с существованием его „кармического преемника“ (подобная „передача заряда“ происходит, по существу, и в каждое мгновение одной и той же жизни). При этом „ум“ (манас), опирающийся на предшествующий временной момент, обеспечивает память и чувство тождества личности. Кстати, буддизм учит, что Будда помнит все „свои“ предыдущие жизни, на чем, в частности, построены сюжеты джатак, дидактических повествований о предшествовавших пробуждению жизнях Сиддхартхи Гаутамы — Будды Шакьямуни».

В завершение нашего краткого очерка основ буддийского вероучения необходимо остановиться на буддийской космологии — описании мироздания. Выше уже говорилось, что для буддизма воспринимаемый мир неотделим от личности, которая его воспринимает, поэтому космология буддизма — это описание психокосма, а не физической вселенной. Последняя «сама по себе» буддиста совершенно не интересует, важен только и исключительно человек, идущий по пути освобождения от страданий. (Аналогично отношение буддизма к божествам и другим мифологическим персонажам: они трактуются как порождения человеческой психики; впрочем, в народном буддизме реальность божеств не подвергается сомнению.) Поэтому буддийская космология многое заимствовала из традиционной индийской космологии, безусловно мифологической, отраженной в сознаниях первых адептов новой религии.

Махаяна привнесла в буддийскую космологию представление о полях будд — буддакшетрах: это миры, созданные умственными усилиями тех или иных будд и потому отличающиеся идеальным порядком и возможностью достичь нирваны только при помощи конкретного будды, создавшего конкретную буддакшетру. Среди всех полей будд наиболее известны Абхирати и Сукхавати, созданные буддами Акшобхьей и Амитабхой соответственно. Своего рода «земными» вариациями буддакшетр являются мифологические местности, описаниями которых изобилует литература Махаяны.

Такова космология сферы желания — камадхату. Сфера форм — рупадхату — представляет собой обитель нематериальных форм, и боги, ее населяющие, не вмешиваются в дела обитателей камадхату. Эта сфера, как и сфера не-форм, не подвержена циклам становления и разрушения. Что касается последней — арупадхату, — в ней обитают «чистые состояния сознания», там нет ни времени, ни пространства. Согласно некоторым буддийским текстам, именно сферу арупадхату, куда приходят после смерти истинно просветленные, принимают за нирвану небуддисты (джайны, индусы), предающиеся «порочной медитации».

В целом, повторимся, буддийская космология описывает психокосм, идею мира, воспринятого сознанием. Разумеется, в народном буддизме реальность существования неисчислимого множества троичных миров не подвергалась и не подвергается сомнению, однако «чистый» буддизм — философский, теоретический, монашеский — этой реальности не признает. Вообще, разница между буддизмом народным, во многом представляющим собой систему мифологических воззрений, и буддизмом монашеским весьма велика. По замечанию М. Малерба, «в народе смысл и практика буддизма остаются ограниченными и опосредованными и реализуются в полноте лишь в монашестве».


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#21 alex1234

alex1234

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 1997

Отправлено 23 October 2013 - 12:18

Этапов-нидан насчитывается двенадцать:
 

 

 

"С тех пор как шалун 

По имени Шакья

Пришел в этот мир

Какое великое множество людей

Оказалось одураченным!"

 

Иккю Содзюн


  • 0
le silence va plus vite à reculons.

#22 Soft

Soft

    Магистр форума

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 23335

Отправлено 23 October 2013 - 12:23

"С тех пор как шалун 
По имени Шакья
Пришел в этот мир
Какое великое множество людей
Оказалось одураченным!"
 
Иккю Содзюн

"Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству!"
О. Бендер
  • 0

Будет то, что должно быть, для чего придётся изрядно потрудиться... :moil: :nyam: :not_i: :) :ok:


#23 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 02 November 2013 - 23:53

Глава 3 САНГХА: буддийское монашество
Преодолеешь реку верою,
Преодолеешь море рвением,
Страданья превозможешь мужеством,
Очистишься своею мудростью.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ ТРИ ПУТИ К ПРОСВЕТЛЕНИЮ

Глава 5 МАХАЯНА

Нет неведения и нет прекращения неведения и так вплоть до отсутствия старости и смерти и отсутствия прекращения старости и смерти. Нет страдания, причины страдания, уничтожения страдания и пути, ведущего к прекращению страданий. Нет мудрости, и нет обретения, и нет ничего обретаемого.
Праджня-парамита хридая сутра[32]
В поэме Шантидевы «Бодхисаттвачарьяаватара» бодхисаттва говорит о себе:
Пусть я буду лекарством, кому нужно лекарство;
Пусть я буду рабом, кому нужен раб;
Пусть я буду мостом, кому нужен мост.


Путь десяти бхуми — символическое представление духовной эволюции бодхисаттвы. Каждой стадии на нем соответствует конкретное устойчивое состояние психики.

Первая стадия — область радости, появление мысли о бодхи. На этой стадии принимается обет (пранидха) бодхисаттвы.

Вторая стадия — область чистоты, осознание системы запретов и ограничений, следование которым образует этическую практику.

Третья стадия — освещающая область, созерцание (бхавана), медитация.

Четвертая стадия — озаряющая область, жизнь в соответствии с плодами созерцания.

Пятая стадия — труднодостигаемая область, постижение Четырех благородных истин через особые состояния психики — дхьяна (медитация) и самадхи (концентрация).

Шестая стадия — область ясного видения, приведение сознания в состояние равновесия, обретение истинного восприятия — праджня.

Седьмая стадия — отдаленная область, отдаление от «я» и начало выполнения обета — пранидхи.

Восьмая стадия — область неподвижности, вхождение в бодхи, причем накопленная карма вызывает неправильные способы восприятия мира — клеша. Клеша — главный дефект непросветленного сознания, искажающий истинный облик мира. Постепенное освобождение от клеша предусматривает достижение полной свободы от воздействий клеша на восьмой стадии восхождения.

Девятая стадия — область добродетельного познания, обретение особых сил, дроступных лишь тем, кто достиг просветления (десять святых сил татхагаты).

Десятая стадия — облако дхармы, обретение «всепроникновения»: «шесть корней (органы восприятия и ум) распространяются, заполнив десять сторон», знание уподобляется большому облаку, которое все охватывает и покрывает.
=
Примером праджня-парамитских сутр может послужить «Сутра сердца праджня-парамиты». В ней говорится:

«Бодхисаттва Авалокитешвара во время осуществления глубокой праджня-парамиты ясно увидел, что все пять скандх (свойств личности. — Ред.) пусты. Тогда он избавился от всех страданий, перейдя на другой берег. Шарипутра! Чувственно воспринимаемое не отлично от пустоты. Пустота не отлична от чувственно воспринимаемого. Чувственно воспринимаемое — это и есть пустота. Пустота — это и есть чувственно воспринимаемое. Группы чувств, представлений, формирующих факторов и сознания так же точно таковы.

Шарипутра! Для всех дхарм пустота — их сущностный признак. Они не рождаются и не гибнут, не загрязняются и не очищаются, не увеличиваются и не уменьшаются. Поэтому в пустоте нет группы чувственно воспринимаемого, нет групп чувства, представлений, формирующих факторов и сознания, нет способностей зрительного, слухового, обонятельного, вкусового, осязательного и умственного восприятия, нет зримого, слышимого, обоняемого, ощущаемого вкусом, осязаемого и нет дхарм; нет ничего от сферы зрительного восприятия и до сферы умственного восприятия.

По той причине, что бодхисаттвы опираются на праджня-парамиту, в их сознании отсутствуют препятствия. А поскольку отсутствуют препятствия, то отсутствует и страх. Они удалили и опрокинули все иллюзии и обрели окончательную нирвану. Все будды трех времен по причине опоры на праджня-парамиту обрели освобождение.

Посему знай, что праджня-парамита — это великая божественная мантра, это мантра великого пробуждения, это наивысшая мантра, это несравненная мантра, наделенная истинной сутью, а не пустопорожняя».[36]

«Поскольку Будда есть Будда благодаря обретению бодхи, то природа Будды и природа бодхи совпадают, и если бодхи суть вечный надмирный принцип, то таков и Будда. Пробужденность Будд выражается в Дхарме — Учении, и Дхарма, таким образом, формирует как бы духовное и истинное „тело“ Будды. Но под дхармой понимается также и „элементарная частица“ опыта, „квант“ реальности. Будда есть наивысшее существо, и его Дхарма — наивысшая Дхарма. Таким образом, духовное Тело Будды есть Дхарма дхарм, „дхармовая природа“, дхармата, реальность реальности». Из подобных рассуждений сформировалось представление о Будде как о некоей духовной сущности, фактически божестве, время от времени обретающем материальное воплощение.

Постепенно в рамках Махаяны сложилось представление о Дхармовом Теле Будды (дхармакая), которое едино для всех будд. Это бхутатхата — истинная реальность и природа всех дхарм (подобно тому, как вода есть природа любого ручья, потока и водоема). Из дхармакаи вселенский Будда по своему великому состраданию производит два «отражения», первое из которых проявляется в мире форм и не-форм, а второе — в мире желаний. Оба эти «тела» обладают особой формой, и потому называются рупакая, «оформленное тело».
Первое тело рупакая называется самбхогакая — «тело всеблаженства»; в этом теле вселенский Будда наслаждается нирваной и в нем же общается с высшими личностями (бодхисаттвами), чье сознание развертывается на уровне миров форм и не-форм, и наставляет, являясь в видениях. Второе тело рупакая — нирманакая, «магически созданное тело». В этом теле Будда является в мире желаний и проповедует Дхарму людям. Буддой в «магически созданном теле» стал и Шакьямуни после обретения бодхи принцем Сиддхартхой Гаутамой.

Благие мужи! Когда все живые существа приходят ко мне, я своим Оком Будды зрю силу или слабость их веры и прочие способности и по мере восприимчивости к спасению появляюсь в различных местах и под разными именами. Я говорю о продолжительности своей жизни сообразно обстоятельствам, а также открыто возвещаю о вступлении в нирвану. Далее, прибегая к разного рода приемлемым средствам, я проповедую сокровенный Закон-Дхарму, тем самым побуждая живые существа открыться радостным помыслам».[38]

Тем самым вселенский Будда и Будда Шакьямуни постепенно приобрели черты бога-спасителя, при которых «состоят» другие будды и бодхисаттвы. Впрочем, по замечанию Е. А. Торчинова, «буддизм и в форме Махаяны все-таки остался нетеистической религией: мир сансары не является результатом божественного творения, он плод некоей трансцендентальной иллюзии (авидья) относительно природы „Я“ и реальности».
Развивая учение о Дхармовом Теле Будды, Махаяна пришла к выводу о тождественности нирваны и сансары (физического бытия): вторая — лишь иллюзорный аспект первой, никогда не возникавший и никогда не исчезающий.[39] В одном буддийском тексте говорится:
Нет разницы вообще
Между нирваной и сансарой.
Нет разницы вообще
Между сансарой и нирваной.
Что является пределом нирваны,
Есть также и предел сансары.
Между этими двумя мы не можем найти
Даже слабейшей тени различия.

Кроме того, был сделан и другой вывод — все явления-дхармы суть дхармы Будды, а значит, все живые существа без исключения несут в себе потенциал Будды и им нужно только осознать это, преодолеть неведение и дурную карму, чтобы достичь просветления.


Глава 6 МАНТРЫ И ТАНТРЫ: буддизм Ваджраяны

Лишь благодаря движению губ, произносящих мантры, тело становится здоровым и утверждается во вкушении удовольствий.

Гухьясамаджа-тантра
Ваджраяна — учение о просветлении, которое происходит мгновенно, как удар грома[41]).

Идеологически Ваджраяна тождественна Махаяне, ее своеобразие заключается в практических методах обретения просветления. Иными словами, Ваджраяна — совокупность психотехник, причем зачастую крайне сложных, изощренных и совершенно недоступных профаническому восприятию, которое видит лишь внешнюю оболочку этих психотехник и «бежит в испуге», поскольку эта внешняя оболочка намеренно неприглядна и даже отвратительна. При этом все психотехники Ваджраяны, сколь бы невероятными они ни казались, направлены к той же цели, что и «эволюционная доктрина» Махаяны — достижению просветления во имя помощи всем страждущим существам. Можно сказать, что Ваджраяна представляет собой мистериальную сторону буддизма Махаяны.

Все тантры делятся на четыре группы, в соответствии со степенью посвященности адпетов в «мистерии» тантризма. Эти четыре группы таковы: «крия-тантры» (тантры очищения), «чарья-тантры» (тантры действия), «йога-тантры» (йогические тантры) и «аннутара-йога-тантры» (тантры наивысшей йоги). Тантры последней, высшей группы делились также на материнские (они обращались к мудрости-праджня и женскому началу), отцовские (они обращались к методу-упая и мужскому началу) и недвойственные тантры (мужской и женский принципы играют одинаковую роль). тибетская школа Ньингма-па называла аннутара-йогу Великой йогой (маха-йога) и дополнила стандартную классификацию еще двумя типами йоги: ану-йога (изначальная йога), работа с психофизиологическими центрами тела, и ати-йога (совершенная йога).

Каждому типу тантр соответствовали свои методы, идущие от внешнего к внутреннему: если «крия-тантры» сосредоточены в основном на различных мистических ритуалах, то в «чарья-тантрах» появляются элементы созерцательной практики, в «йога-тантрах» она преобладает, а «аннутара-йога-тантры» уже исключительно сфокусированы на внутренней психопрактике. Во многом тантры сходны с алхимическими текстами и даосскими трактатами: все эти тексты ни в коем случае нельзя воспринимать буквально.[42]

Ключевое понятие и ключевой элемент Ваджраяны — мандала. Это комбинация геометрических элементов, символически представляющая образ мироздания. Согласно доктрине Ваджраяны, зрительное восприятие мандалы может привести к просветлению. Как графический образ (графема), мандала представлет собой движение к некоему внепространственному и вневременному центру, который никогда не визуализируется, но всегда подразумевается. Линии мандалы и фокус, в который они собираются, графически выражают препятствия на пути к центру. Классическая мандала основана на сочетании чисел 1 (центр), 3 (треугольник), 4 (квадрат) и 7 (круг). Обычно квадрат вписан в круг, ориентирован по сторонам света и вместе с центром сопоставлен с пятью элементами человеческого естества. Как правило, в квадрат вписывается восьмилепестковый лотос, а в центре лотоса изображается божество или его атрибут. Внешний круг мандалы олицетворяет «стену огня» — метафизическое знание, уничтожающее неведение. Следующий круг — «бриллиантовый», просветление, обретение истинного знания. Третий круг — «лепестки лотоса», духовное возрождение, а последний круг — центр.[45] Процесс работы с мандалой, по замечанию Е. А. Торчинова, выглядит следующим образом: «Йогин визуализирует мандалу, строит как бы внутреннюю мандалу в своем сознании, которая потом актом проекции совмещается с внешней мандалой, пресуществляя окружающий йогина мир в мир божественный, а точнее, изменяя сознание йогина таким образом, что оно начинает развертываться на ином уровне, соответствующем уровню развертывания сознания божества мандалы; это уже больше не „мир пыли и грязи“, а „чистая земля“, „Поле Будды“».

С мандалой тесно связана мантра — ритуальная формула, разновидность молитвы. Мантры известны и Махаяне, однако, как писал Е. А. Торчинов, «практика чтения мантр имеет в Ваджраяне столь большое значение, что ее часто даже называют Мантраяной — Колесницей мантр». Если в Махаяне мантры, подобно христианским молитвам, предполагают, что произносящий их понимает, что именно он произносит, то в Ваджраяне мантры не имеют лексического значения: они рассчитаны на воздействие их звучания, самих звуковых колебаний и модуляций голоса при их произнесении на сознание повторяющего их йогина. К примеру, в Ваджраяне магический слог «АУМ», известный задолго до распространения буддизма, превратился в могущественную мантру.[46]

При произнесении мантры необходимы созерцательное сосредоточение и понимание внутреннего (эзотерического) смысла мантры и ее воздействия. Часто произнесение мантр вслух заменялось созерцанием написанного текста, причем полагалось проецировать этот текст в определенном цвете, размере, толщине букв.

Помимо визуализации мандал и мантр, в Ваджраяне существует и техника визуализации божеств: «практикующий йогин должен научиться представлять того или иного Будду или бодхисаттву не просто как некое изображение, а как живого человека, с которым можно даже беседовать» (Торчинов). Визуалиции подвергаются прежде всего так называемые «покровительствующие божества» — йидамы, которые, как следует из толкований гуру Ваджраяны, суть олицетворения высших состояний сознания. Имена йидамов обычно совпадают с названиями тантр (ведь цель любой тантры — пробуждение сознания, а потому каждый таковой текст может быть наглядно представлен в образе йидама). Как «материальные воплощения» тантр йидамы тождественны буддам и бодхисаттвам. Обычно их изображают многорукими и многоголовыми, с оскаленными клыками и т. д. Подобные изображения толкуют как готовность йидамов защищать чистоту буддийского учения, истреблять все пороки и страсти. «В процессе йогического созерцания на этапе порождения йогин, знающий наизусть соответствующий текст и владеющий кодирующими его мантрами, а также получивший необходимое посвящение, визуализирует соответствующее божество, отождествляет себя с ним, перенося на себя его атрибуты, и в конечном счете растворяется вместе с йидамом в безграничности пустого „ясного света“ природы Будды, которая есть и его собственная природа» (Торчинов).

Подобно буддизму в целом, Ваджраяна активно впитывала в себя, поглощала и преобразовывала местные религиозные традиции и практики. Архаические демоны и бесы стали олицетворениями состояний психики, а архаические культы плодородия преобразовались в наполненные сексуальной символикой практики просветления. Европейские алхимики рассуждали о Великом Делании или Великом Браке мужского и женского начал; адепты Ваджраяны говорили о пробуждении сознания как итоге соития мужского (метода-упая) и женского (мудрость-праждня[47]) принципов; отсюда столь частые в иконографии Ваджраяны изображения «возлежащих вместе» мужского и женского божеств, каковые символизируют обретение состояния.

Кроме того, Ваджраяна трактовала блаженство, наслаждение (сукха, бхога) как важнейший атрибут природы Будды и даже выдвинула идею о тождестве пустоты и блаженства. В «Гухьясамадже-тантре» о наслаждении говорится:

«Посредством вкушения удовольствия от всех желаний, которым человек предается так, как он хочет, именно такой практикой, как эта, он может быстро достичь буддовости.

Вкушением удовольствия от всех желаний, которым человек предается, как он хочет, вкупе с избранным им божеством, человек совершает служение себе, Высочайшему.

Человек не достигает цели, посвящая себя суровой дисциплине и аскетизму, но, предаваясь вкушению удовольствий от всех желаний, он быстро достигает успеха».

Неудивительно, что оргазм последователи Ваджраяны толковали как наиболее адекватное мирское, сансарическое выражение трансцендентного блаженства. По учению Ваджраяны, оргазм предназначен для расширения сознания, избавления от субъектно-объектной двойственности и перехода на уровень переживания абсолютного блаженства нирваны.

Иными словами, тантрическое учение — вовсе не комплекс сексуальных техник, как пытаются уверить некоторые современные «гуру»-шарлатаны (сексуальные контакты практиковались в ранний период развития Ваджраяны йогинами-отшельниками, в монастырях же они были под строжайшим запретом), а «сложнейшая система работы с психикой, с подсознанием для реализации религиозного идеала махаянского буддизма, — психотехника, включавшая в себя и своеобразный психоанализ и психотерапию» (Торчинов).[48]

Махаяна (да и Хинаяна) прежде всего работали с сознанием, с тем тонким и поверхностным слоем психики, который характерен именно для человека и тесно связан с типом цивилизационного развития того или иного общества и его уровнем. И только постепенно просветляющее воздействие методов Махаяны затрагивает более глубокие слои и пласты психики, очищая и преобразуя их. Иное дело Ваджраяна. Она прямо сразу начинала работать с темными пучинами бессознательного того „тихого омута“, в котором „черти водятся“, используя его безумные сюрреалистические образы и архетипы для быстрого выкорчевывания самих корней аффектов: страстей, влечений (порой патологических), привязанностей, — всего того, что могло и не осознаваться самим практикующим, бомбардируя, однако, его сознание „изнутри“. Затем только наступала очередь сознания, преображающего вслед за очищением темных глубин подсознательного».

Махасиддха Наропа, воспринявший «Калачакра-тантру» у некоего посвященного из Шамбалы, ученик Тилопы[50] — того самого, кто познал тантры от Изначального Будды (Ваджрахара), — долгие годы прислуживал своему учителю и терпел всевозможные издевательства, но это было не просто бессмысленное унижение: так Тилопа очищал сознание своего ученика и постепенно передавал тому тайные знания. Впоследствии Наропа сам стал великим учителем и сформулировал доктрину «шести йог»:

— йога внутреннего тепла;
— йога иллюзорного тела;
— йога сновидений;
— йога ясного света;
— йога промежуточного состояния;
— йога переноса сознания.

Е. А. Торчинов, кратко характеризуя эти йоги, писал: «Первая из этих йог предполагает умение йогина входить в промежуточное состояние между смертью и новым рождением. Йогин достигает особого состояния сознания, отождествляемого им с промежуточным. В нем исчезает ощущение тела, и сознание йогина (психологический субъект) может свободно перемещаться в пространстве, переживая различные видения. При этом йогин ощущает, что он привязан к своему телу эластичной нитью. Разрыв нити означал бы подлинную смерть. Для чего нужно вхождение в промежуточное состояние? В тантрическом буддизме существует представление, что каждый умерший в определенный момент переживает пробуждение и созерцает беспредельный ясный свет пустотного Дхармового Тела, тождественный его собственной изначальной природе. Закрепление этого переживания (что, как утверждает традиция, практически никому не удается) означает обретение состояния Будды и выход из сансары. Поэтому йогин стремится еще при жизни войти, находясь в состоянии самадхи, в промежуточное состояние и попытаться в нем обрести пробуждение.

Йога внутреннего тепла предполагает работу с психофизиологическими „тонкими“ центрами — чакрами и каналами, по которым жизненная энергия (прана) циркулирует по телу, для сублимации праны, что выражается в сильном разогреве тела, и трансформации сознания (переживания состояния недвойственности блаженства и пустоты).

Особый интерес представляет йога сновидений с ее техникой „бодрствования во сне“, которая постепенно переходит в умение практиковать во сне йогу и дает постижение иллюзорной „сноподобности“ всех феноменов. Йога иллюзорного тела, напоминающая даосскую „внутреннюю алхимию“, заключается в замене „грубого“ физического тела „тонким“ энергетическим телом, созданным из энергий-пран и подобным радужному сиянию. Йога переноса сознания заключается в „открытии“ на макушке головы особого „тонкого отверстия“ („отверстие Брахмы“) для выхода через него в момент смерти сознания, окруженного „энергетической оболочкой“, и его „переноса“ в „чистую землю“ будды Амитабхи. Содержание йоги ясного света близко, насколько можно судить, йоге промежуточного состояния».


Помимо распространения доктрин Махаяны и Ваджраяны и подтверждения их величия своими чудесными деяниями, махасиддхи немало способствовали возникновению концепции Ади-Будды (Предвечного, Изначального Будды). Эта концепция вытекала из философского учения о Татхагатагарбхе — «зародыше» или «лоне» Будды. Согласно этому учению, в каждом живом существе имеется зародыш состояния, а также — в каждом живом существе присутствует некая особая сущность, которая может быть названа «природой Будды». Первая интерпретация получила распространение в основном в тибетской ветви Махаяны, а вторая безраздельно господствовала в китайско-дальневосточном буддизме и переросла в теорию «изначального пробуждения», которая утверждала, что живые существа изначально пробуждены и сама природа ума есть пробуждение, бодхи. Поздние тантры Ваджраяны говорят об Ади-Будде как об олицетворении единого абсолютного Ума, объемлющего собой все мироздание. Это своего рода «инвариант» Будды, эманациями которого являются все будды прошлого, настоящего и грядущего, в том числе Шакьямуни.

Ранняя европейская буддология видела в Ади-Будде аналогию божества монотеистических религий, однако эта теория была опровергнута: Ади-Будда не является творцом мира, это символическое представление безначального бытия. Как пишет лама Анагарика Говинда: «Нельзя произвольно перевести термин теистической системы, центральной точкой которой является идея Бога-Творца, в нетеистическую систему, которая настойчиво и фундаментально отрицает это понятие. От такого смешения терминологии в конце концов возникла ошибочная идея об Ади-Будде поздних тантр как о своего рода версии Бога-Творца, что было бы полностью неприемлемым для буддийской точки зрения. Ади-Будда есть символ универсальности, вневременности и полноты просветленного ума. Утверждение, что вселенная или человек есть Ади-Будда, не означает, что это некий бог, играющий в кости с миром, чтобы провести свое время. Представление о нем не род монотеизма, наложенный извне на ранний полностью атеистический буддизм. Такое представление есть ошибка профессиональных семантиков. Буддизм не собирался заниматься теоретизированием. Он пытается погрузиться в тайные глубины нашего бытия и выявить скрытый свет, светящий подобно бриллианту. Поэтому понятие Ади-Будды лучше всего перевести как раскрытие истинной человеческой природы».

Ваджраяна также утвердилась в Японии, где школа сингон, основанная создателем национального японского алфавита Кукаем, следует «Йога-тантре».


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#24 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 05 December 2013 - 15:25

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ НАЦИОНАЛЬНЫЕ ФОРМЫ БУДДИЗМА

Глава 7 КИТАЙСКИЙ БУДДИЗМ: чань и другие

Ученик победит землю, мир Ямы и этот мир богов.Дхаммапада

в китайской традиции уже существовал понятийный аппарат, разработанный конфуцианством и даосизмом, и, особенно на первых порах, переводчики пользовались этим аппаратом для объяснения буддийских терминов. По этой причине понятие «бодхи» (просветление) переводилось как «Дао», понятие «нирвана» — как «увэй» (недеяние), понятие «архат» (святой, достигший низшей ступени просветления) — как «сяньжэнь» (бессмертный);[ В результате подобных переводческих «вольностей» буддийские тексты приобретали немалое сходство с даосскими трактатами.[

Успешная «акклиматизация» буддизма в Китае, по словам В. В. Малявина, объясняется тем, что «индийская религия принесла в Срединную империю не просто те или иные идеи и образы, а духовный опыт, в котором абсолютное знание сливается с безграничной любовью. Буддизм предложил китайцам сразу высшую истину (цзун чжи) и незыблемое основание моральной жизни.. В лоне цивилизации, воздвигнутой на принципе иерархии и вообще не знавшей идеи абсолютного равенства людей, буддизм довольно скоро освободился от присущей ему поначалу идеи иерархии святости. Внутри культуры, которая не требовала заполнять верой предписываемую ею „почтительную равноудаленность“ людей от богов, буддизм утверждал неистовство веры. ..

Вполне возможно, что популярность «чистой земли» будды Амитабхи на китайской почве объяснялась ее «соположением» с царством богини Сиванму: и рай Амитабхи, и обитель Сиванму, владычицы бессмертия, располагались где-то на западе. А поскольку вера в Сиванму бытовала с архаических времен — и была впоследствии «усугублена» даосами, — «западный рай» Амитабхи, вероятно, представлялся китайцам новой ипостасью царства богини бессмертия. Вдобавок широкое распространение в Китае получило учение буддийской школы Цзинту (школы «чистой земли»), которая утверждала, что для личного спасения достаточно «поминания Будды», по-китайски «няньфо», то есть молитв будде Амитабхе и даже простого произнесения его имени.[58] Как писал Е. А. Торчинов, «из всех обетов Амитабхи особую важность приобрел один: а именно его обещание, что любой человек независимо от его поступков непременно обретет рождение в Земле Блаженства, если будет полностью уповать на Амитабху и с нерушимой верой повторять его имя. Может возникнуть вопрос о том, что же в таком случае происходит с законом кармы. Он продолжает действовать, хотя и трансформируется, в силу великих обетов будды и энергии его великого сострадания. Например, убийца, уверовавший в Амитабху, после смерти не попадет в ад, но он пробудет в бутоне лотоса столько времени, сколько нужно для исчерпания дурной кармы, содеянной убийством. После же своего рождения в Сукхавати он долгое время не будет допущен в сообщество святых и долго будет лишен возможности лицезреть будду Амитабху».

Один из обетов Амитабхи — обещание, что любой человек, независимо от своих поступков, непременно обретет рождение в Земле Блаженства, если будет полностью уповать на Амитабху и с нерушимой верой повторять его имя, — стал основой школы китайского буддизма, известной как школа «чистой земли» (Цзинту). Сам этот обет превратился в доктрину «поминания Будды», которая стала весьма популярной в народном буддизме — по причине чрезвычайной простоты достижения спасения.
«Синран учил, что ныне люди выродились и им более недоступны сложные формы йогической медитации, принятые в других школах буддизма. Поэтому единственный путь к спасению для них — вера в Амитабху и его спасительные силы. Более ничего не нужно — ни длинных молитв, ни сложных методов созерцания, ни знания философии, ни даже соблюдения монашеских обетов, — все заменяет пламенная вера».

С приходом Милэ связывались чаяния, которые в христианской традиции связываются со вторым пришествием Христа, — установление порядка и справедливости, облегчение страданий и устранение неравенства в отношениях между людьми.

Как и ее индийский «прообраз» Авалокитешвара, Гуаньинь — спасительница от страданий. К ней обращаются с молитвами и верят в ее способность защитить от любой напасти; одна молитва гласит: «Слава милостивой Гуаньинь! Если бросят меня на груду ножей — они мне не повредят. Если бросят меня в огненное озеро — оно меня не опалит. Если окружат меня голодные демоны — они меня не тронут. Если даже превращусь я в животное — все равно попаду на небеса. Слава милостивой Гуаньинь!» Считалось также, что она помогает душам умерших находить дорогу в рай своего «отца» будды Амитабхи. Будучи спасительным божеством и получив женский облик, Гуаньинь, что вполне естественно, стала почитаться и как женская богиня — покровительница, родовспомогательница, дарующая детей и их опекающая. В «Сутре лотоса сокровенного закона» говорится: «Если женщина желает иметь сына, пусть она с поклонами и почтением принесет свои мольбы Гуаньинь. И тогда через должный промежуток времени она родит сына, отмеченного счастьем, умом и добродетелью».

Когда ее изображают тысячерукой, на ладони каждой руки у нее имеется глаз, благодаря чему она одновременно видит всех попавших в беду в бесчисленных множествах миров; стоит ей заметить страдающего человека, как бодхисаттва спешит на помощь, карает неправедных, усмиряет стихию (поэтому ей поклонялись моряки) и отгоняет демонов.

Обычно Гуаньинь изображают в образе женщины с младенцем на руках. Еще она может держать в руках кувшин с веткой ивы, веревку (эмблему спасения), четки, посох или трезубец. Пальцы ее рук сложены в мудру
По замечанию Л. С. Васильева, «для китайского крестьянина… на первом месте всегда была именно близкая его сердцу божья заступница и покровительница, подательница сыновей Гуаньинь, а не более высокие по своему рангу боги и пророки. Можно без преувеличения сказать, что в системе религиозного синкретизма именно Гуаньинь занимала всегда одно из высших и самых важных мест, именно этой богине приписывалась наибольшая чудодейственная сила».

Роль спасителя выполняет и еще один весьма популярный в Китае бодхисаттва — Дицзанван (индийский Кшитигарбха), который из любви и сострадания извлекает души умерших из подземного мира и переносит их на небеса, тем самым позволяя людям родиться вновь. В «Сутре основного обета бодхисаттвы Дицзана» Будда Шакьямуни говорит, что если благие мужчины или женщины услышат имя этого бодхисаттвы, восхвалят его, будут его почитать и делать подношения его образу, то заслуги, обретенные ими, будут чрезвычайно велики. Еще Будда прибавляет, что в прошлом этот бодхисаттва дал обет не обретать состояния будды до тех пор, пока все живые существа не будут спасены.

Сутра утверждает, что Дицзанван пребывает одновременно в неисчислимом множестве миров (точнее — в неисчислимых преисподних этих миров) и неустанно спасает человеческие души, ибо ему до прихода Майтрейи суждено стремиться к тому, чтобы все живые существа могли «видеть Будду, слушать Дхарму и избавляться от страданий». Монахи учили, что, если кто-либо, сложив руки, совершит поклоны перед изображением Дицзанвана и восхвалит его, такой человек сможет устранить дурную карму, накопленную на протяжении тридцати кальп. Если кто-либо изготовит из глины, камня, золота, серебра или меди статую Дицзанвана, такой человек будет сто раз рождаться в качестве обитателя неба. А если кто-либо станет почитать Дицзанвана, используя музыкальные инструменты и поднося его образу благовония и цветы, то днем и ночью такого человека будут охранять сотни и тысячи духов.

В той же сутре сообщается, что, если человек не знает, где родились его умершие родственники, ему следует изготовить изображение Дицзанвана и сосредоточенно поклоняться ему в течение от одного до семи дней. Тогда, если его родственники находятся в дурных формах существования, они непременно родятся среди людей или на небесах. Если же они уже находятся на небесах, то этот человек обретет неизмеримые заслуги. Также если кто-либо сможет сосредоточенно поклоняться Дицзанвану, не прерываясь в течение двадцати одного дня, и повторит имя бодхисаттвы десять тысяч раз, то бодхисаттва явится ему сам и расскажет, где именно родились его умершие родственники. Если же тот человек сможет в течение тысячи дней повторять имя Дицзанвана по тысяче раз, то бодхисаттва велит духам местности в течение всей жизни охранять его и сделать так, что тот человек всегда будет иметь достаточное количество одежды, пищи и имущества и не будет подвержен болезням. Если какой-либо человек собирается отправиться в путь среди гор и лесов либо в путешествие по реке, то ему следует перед этим десять тысяч раз произнести имя Дицзанвана. Тогда все демоны и духи, которых он встретит на своем пути, будут его охранять.

дзэн — это ум в целом, и в нем мы находим много вещей; но ум этот не представляет собой нечто составное, разделяющееся на множество качеств и не оставляющее за собой ничего после такого разделения.

Дзэн не учит нас ничему в смысле умственного анализа, а также не предлагает никакой определенной доктрины в качестве руководства для своих последователей. В этом отношении дзэн, если можно так выразиться, произволен. Последователи дзэн могут иметь свои доктрины, но эти доктрины носят сугубо личный, индивидуальный характер и не обязаны своим возникновением дзэн. Поэтому дзэн не имеет дела с какими-либо „священными писаниями“ или догматами, а также не содержит в себе никаких символов, посредством которых раскрывалось бы его значение. В таком случае, если бы меня спросили, чему учит дзэн, я ответил бы, что он ничему не учит. Какие бы учения ни содержались в дзэн, они исходят только из умов их создателей. Мы сами себе создаем учения. Дзэн только указывает путь. Если этот факт сам по себе не есть учение, то в дзэн положительно нет никаких специально созданных принципиальных доктрин или какой-либо основной философской системы.

Дзэн претендует на родство с буддизмом, но все буддийские учения, содержащиеся в сутрах и шастрах, с точки зрения дзэн не больше чем макулатура, польза которой состоит лишь в том, что с ее помощью можно только смахнуть пыль с интеллекта, но не больше. Не думайте, однако, что дзэн — это нигилизм. Всякий нигилизм — это самоуничтожение, не имеющее конца. Негативизм разумен как метод, но высшая истина — это утверждение. Когда говорят, что дзэн не имеет никакой философии, что он отрицает всякий авторитет, что он отбрасывает всю так называемую „священную литературу“, не следует забывать, что в самом этом отрицании уже содержится нечто совершенно положительное и бесконечно утверждающее.

Это не религия в популярном понимании, так как в дзэн нет бога, которому можно было бы поклоняться, нет также никаких церемониальных обрядов, ни земли обетованной для отошедших в мир иной, и, наконец, в дзэн нет также такого понятия, как душа, о благополучии которой должен заботиться кто-то посторонний и бессмертие которой так сильно волнует некоторых людей. Дзэн свободен от всех этих догматических и религиозных затруднений.

Дзэн не имеет дела ни с утверждением, ни с отрицанием. Когда что-либо отрицается, то само отрицание уже включает в себя противоположный элемент. То же самое может быть сказано и об утверждении. В логике это неизбежно. Дзэн стремится подняться выше логики и найти высшее утверждение, не имеющее антитезы. Поэтому дзэн не отрицает бога, не утверждает его существования, так что в дзэн нет такого Бога, к которому привыкли еврейские и христианские умы. Дзэн в равной мере не является ни религией, ни философией.

Дзэн берет на себя смелость заявить: безупречные йоги не погружаются в нирвану, а нарушающие обет монахи не попадают в ад. Для обыкновенного ума это стоит в противоречии с общепринятыми законами морали, но здесь также заключается истина и жизнь в дзэн. Дзэн — это дух человека. Дзэн верит во внутреннюю чистоту этого духа и его божественность. Все, что неестественно прибавляется или с силой вырывается, вредит целостности духа. Поэтому дзэн решительно против всяких религиозных условностей. Его религия, однако, налицо. Тот, кто поистине религиозен, с удивлением обнаружит, что, в конце концов, в варварских утверждениях дзэн содержится так много религии. Но сказать, что дзэн — это религия в том смысле, как ее понимают христиане или мусульмане, будет ошибкой».

Чань-буддизм представляет собой «предельную форму» буддизма. Согласно учению чань-буддизма, нет необходимости думать о грядущем, стараться стать бодхисаттвой и совершать для этого аскетические подвиги; Будда — всегда и везде, вокруг человека и в нем самом. Поэтому следует жить здесь и сейчас, искать Будду в себе и в окружающем мире — отказываясь при этом от чрезмерного «умствования», от книжной мудрости, от интеллектуального анализа, который не способен проникнуть в глубь мироздания. Нужно уметь жить, понимать жизнь, воспринимать ее во всей полноте — и тогда придет просветление, подобное озарению (яп. сатори).

Все прочее — шелуха, прах, который следует поскорее отряхнуть; как учил проповедник чань монах Исюань: «Убивайте всех, кто стоит на вашем пути. Если встретишь Будду — убей Будду. Если встретишь патриарха — убей патриарха, если встретишь лоханя — убей лоханя». Иначе говоря, ничто не свято и не имеет цены «перед лицом великого сосредоточения и индивидуального просветления» (Л. С. Васильев). Н. В. Абаев приводил и другие примеры «чань-буддийского нигилизма»: «При всем при том необходимо иметь в виду, что собственные святыни, собственные идеи, обряды и институты сакрального характера чань-буддисты высмеивали и подвергали другим формам отрицания в гораздо большей степени, чем конфуцианские, и в этом заключается, пожалуй, самое существенное отличие чаньской психокультуры от даосской. Если ранние даосы эпатировали в основном конфуцианские ценности и мотив самоотрицания был развит в даосизме не столь сильно, то в чань-буддизме он стал одной из самых ведущих, устойчивых и характерных черт психокультуры, и в этом смысле она гораздо ближе к архаическим традициям, в том числе к народному празднику, чем к какому-либо развитому традиционно китайскому учению.

Мотив ритуального срамословия божества и осквернения собственных святынь, имеющий очень архаичные истоки и сохранившийся в народной праздничной традиции, совершенно отчетливо звучит, например, в словах чаньского патриарха Юньмэня, на вопрос некоего монаха: „Кто такой Будда?“ — ответившего: „Палочка-подтирка!“; в знаменитом изречении Дэшаня: „Будда — сухой кусок варварского дерьма“, в изощренном богохульстве Линьцзи, который назвал Будду „дырой в отхожем месте“, легендарного первооснователя школы чань Бодхидхарму — „бородатым варваром“, бодхи и нирвану — „столбом для привязи ослов“, „невольничьими оковами“, религиозную медитацию — „занятием для упрямых дураков“. К тому же разряду явлений относится появление Дэшаня в медитационном зале с миской для еды, непристойное поведение чаньских монахов во время религиозных церемоний, сожжение сутр и статуй Будды и многое другое.

Разумеется, чаньских учителей-наставников толкали на такие выходки не хулиганские побуждения и особая страсть к сквернословию, но сугубо психопропедевтические соображения, стремление вызвать в ученике прорыв к „просветлению“. При этом они исходили из основополагающего принципа чаньской психологии, согласно которому „просветленное“ состояние сознания изначально присутствует в обыденном сознании каждого человека, поэтому его следует искать не в религиозных символах и категориях, не в ритуальных формах и предметах культа, а в „истинной природе“ человека, которая и есть „природа Будды“ — истинный источник и основа „просветления“. Чаньский патриарх Шэньсю говорил: „Все буддийские учения изначально присутствуют в сознании [каждого человека]. [Поэтому] если вы будете пытаться обрести это сознание вне себя, вы станете убегать от своего собственного отца“. То есть, как утверждали чань-буддисты, искать „просветление“ и „пробуждение“ вне себя, за пределами своего „первородного сознания“ (у учителей-наставников, в священных текстах и комментариях к ним, в религиозных церемониях и обрядах и т. д.) — значит не понимать истинную основу „просветления“, которая есть не что иное, как собственное „первородное сознание“ каждого человека: „Пробуждаясь от ложного мышления, человек постигает тело и сознание (Будды) и проникает в Изначальное Пробуждение. Пробуждение от ложного мышления есть Первичное Пробуждение; проникновение в [источник] тела и сознания [Будды] есть Изначальное Пробуждение. Первичное Пробуждение есть Путь Будды; Изначальное Пробуждение есть сам Будда“».

По учению чань, каждый человек сам себе будда, а чтобы понять это, необходимо постичь вселенскую пустоту (кун), ту самую, о которой говорится, например, в сутре «Праждня-парамита-хрилая»: «О Шарипутра, всем вещам присуще свойство пустоты. Они не имеют ни начала ни конца. Они ни порочны, ни непорочны, ни совершенны, ни несовершенны. А потому, о Шарипутра, здесь, в этой пустоте, нет ни формы, ни восприятия, ни имени, ни понятий, ни знания. Здесь нет ни органов чувств, ни тела, ни ума. Нет формы, нет звука, нет запаха, нет вкуса, нет осязания, нет предметов. Нет знания, нет неведения, которое нужно устранить. Здесь нет разложения и смерти. Нет четырех благих истин, раскрывающих страдание, его происхождение, его устранение и пути к его устранению.

Здесь нет представления о нирване, нет ее достижения или недостижения. Поэтому, о Шарипутра, ибо нет достижения нирваны, человек, приблизившийся к состоянию бодхисаттвы, пребывает в свободе в сознании. Когда оковы сознания спадают, оно освобождается от всякого страха, всякого ограничения и условности и наслаждается конечной нирваной». В этой пустоте заключена вся вселенная, время от времени эта пустота порождает бытие; будда подобен этой пустоте и познаваем лишь в миг озарения: «Пустота и есть будда. Будда и есть ты сам».

Постижение «буддической» природы самого себя было равносильно умиранию и возрождению, то есть фактически просветление представляло собой своего рода инициацию. Как писал Н. В. Абаев: «В психической культуре чань мы обнаруживаем, что перед внезапным прорывом к „просветлению“, которое означало переход на качественно новый психический уровень, чаньский адепт должен был пережить символическую смерть, когда хаотические душевные состояния, вызванные „великим сомнением“ (даи), достигали своего апогея.
За „великой смертью“ (дасы) следовало „великое пробуждение“ (дацзюэ), т. е. возвращение к новой жизни, которое вполне закономерно знаменовалось „великой радостью“ (далэ), а радость совершенно естественно выражалась смехом. И поскольку, несмотря на символический характер „великой смерти“, чаньский адепт переживал ее очень реально и всерьез, то радовался он новой жизни искренне и глубоко и смех его был искренним и жизнерадостным.

Здесь важно подчеркнуть, что такая структура была общей для всего процесса переосознания адептом себя и окружающего мира в чаньской практике психотренинга, о чем свидетельствует популярное чаньское изречение, авторство которого приписывается Цин-юаню (ум. 740): „Когда я еще не начал изучать чань, горы были горами, а реки — реками; когда я начал изучать чань, горы перестали быть горами, а реки — реками; когда я постиг чань, горы снова стали горами, а реки — реками“».

После долгих странствий Бодхидхарма пришел в монастырь Шаолинь, где монахи заучивали наизусть сутры, не понимая их смысла. Когда они не услышали его призыв «прозреть сердце Будды» (осознать Будду внутри себя), Бодхидхарма удалился в пещеру неподалеку и провел в ней девять лет, созерцая монастырскую стену и медитируя. За эти девять лет он заснул лишь единожды — и так рассердился на себя, проснувшись, что вырвал свои ресницы и бросил их наземь. Миф гласит, что сам Будда Шакьямуни подобрал эти ресницы и посадил их в землю; из них выросли чайные кусты, листья которых, будучи заваренными, позволяли сохранять бодрость. Так было положено начало употреблению чая.[67]

От девятилетнего пребывания в неподвижности тело Бодхидхармы задеревенело, однако он особыми физическими упражнениям восстановил способность двигаться — и заповедал монахам сочетать молчаливое созерцание с этими упражнениями. По замечанию А. А. Маслова, «считается, что эти упражнения представляли собой различные психотехники, воздействующие как на психику, так и на физическое тело, в том числе комплексы кулачного боя, различных боевых искусств, способов владения оружием. Монахи активно принялись за тренировки, а первым мастером этой системы физических упражнений стал сам Бодхидхарма».

Учение Бодхидхармы заключалось в «двух путях» и «четырех действиях». Два пути — это путь духовного проникновения (постижения своей истинной природы) и путь праведного поведения. Четыре действия состоят в следующем — не испытывать ненависти, быть покорным карме, не иметь желаний и пребывать в гармонии с дхармой (то есть с мирозданием). Кроме того, он учил, что истину нельзя ни выразить словами, ни объяснить письменами («не следует опираться на иероглифы»);[68] на нее можно лишь непосредственно указать — в диалоге наставника и ученика, подразумевающем спонтанные ответы (так сказать, «прообразы» дзэнских коанов). По преданию, именно из таких непосредственных указаний состояло обучение монаха Хуэйкэ, преемника Бодхидхармы, который даже отрубил себе руку, чтобы доказать чистоту помыслов и решимость постигнуть истину.
Учение школы Чань стало наивысшим достижением философского буддизма в Китае. Что же касается буддизма народного, в котором — на «бытовом» уровне — учение Будды воспринималось не как религиозно-философская доктрина, а как способ облегчить себе жизнь в этом мире и обеспечить благополучие в мире загробном, потустороннем, — народный буддизм в Китае достаточно рано начал смешиваться с народным же даосизмом, «отягощенным» конфуцианскими этическими нормами (как их понимали простые люди) и культом предков. Итогом этого смешения стало возникновение системы «трех религий» (сань цзао), в рамках которой обычным явлением сделались молитвы одновременно Конфуцию, Лаоцзы и Будде (или Амитабхе, или Гуаньинь) и почитание всех без исключения божеств, духов и святых, вне зависимости от их «идейной» принадлежности. Считалось, что надо уважать всех богов, всех духов и всех святых, ведь неизвестно, кто именно из них услышит мольбы и придет на помощь, а лишний заступник перед Небесами никогда не помешает.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.


#25 Sopheya1984

Sopheya1984

    Писатель-виртуоз

  • Старожилы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • Cообщений: 2234

Отправлено 05 December 2013 - 15:55

Глава 8 БУДДИЗМ ЯПОНИИ И КОРЕИ

Вот что проповедует эта книга: „Если люди, следуя закону, будут повторять „истинные слова“ сто раз по десять тысяч раз подряд, — то да постигнут они и письмена, и смысл всех, какие ни на есть, законов и учений!“».[

последователи Ваджраяны рассуждали о теоретической возможности мгновенного просветления, Кукай же учил о том, что все может произойти «здесь и сейчас». Учение школы Сингон является тайным, эзотерическим (миккё) в том смысле, что оно предназначено лишь для тех, кто готов осознать присутствие в себе Будды (большинство людей на это не способны).

Хотя первые пять элементов толкуются как материальные, а шестой — как духовный, исходно все они одной природы. Они взаимопроникаемы и в то же время несмешиваемы. Они всеприсущи, т. е. то, что материально, также и духовно, а что духовно, то материально; между ними нет разницы, как между „живой“ и „неживой“ природой. Это создает основу универсальной, единой несмешиваемости, посредством которой устанавливается эзотерический принцип единения человека с Буддой».

Из тезиса о взаимном влиянии и взаимопроникновении пяти Великих Элементов и «проницаемости» их для шестого Элемента — сознания — Кукай делал вывод о тождественности сознания и плоти: «Хотя говорят, что сознание и плоть отличаются, сущность [их] именно та же самая. Плоть есть сознание, сознание есть плоть; [они] беспрепятственно, без помех [тождественны]». А поскольку сознание есть будда Вайрочана, следовательно, мироздание есть этот будда. Согласно учению школы Сингон, Вайрочана-мироздание имеет два проявления — «мир чрева» (гарбхадхату, тайдзо-кай) и «мир алмаза» (ваджрадхату, конго-кай). «Мир чрева» все в себе содержит и, подобно чреву матери, все порождает. В «мире чрева» хранится изначально присущее всем живым существам просветление. «Мир алмаза» представлен «мудростью» Вайрочаны, которая уподобляется твердому и всесокрушающему алмазу. Оба мира неотделимы друг от друга; как писал Кукай: «Мудрость есть принцип, принцип есть мудрость, они без помех, свободно входят друг в друга».

Кукай писал: «Дхарма не имеет речи, но без речи выражена быть не может. Вечная истина (татхата) превосходит чувственное, но лишь посредством чувственного может быть постигнута. Различные позы и мудры связанных изображений берут свой источник в любви Будды. Таким образом, тайны сутр и их комментариев могут быть выражены искусством… Посредством искусства осознается совершенное состояние».[

Озабоченный участью живых существ в эпоху беззакония, будда Амида поклялся спасти всех. И спасение возможно, как учила основанная Хонэном школа Дзёдо (буквально «чистой земли»; о чистых землях см. главу, посвященную китайскому буддизму); достаточно лишь верить в милость будды Амиды и повторять его имя как молитву. Основатель школы Синран-сю и ученик Хонэна Синран еще более упростил ритуальную сторону амидаизма: не нужно многократного повторения имени Амиды, достаточно единожды обратиться сердцем к этому будде, и спасение от сансары гарантировано.

Школа Дзисю учила, что спасение достигается через медитацию на иероглифы мантры «Наму Амида-буцу», а учение школы Юдзу нэмбуцу гласило, что обращение к будде Амиде о возрождении после смерти в «чистой земле», произносимое одним человеком, помогает спастись не только ему самому, но также другим людям. Основатель последней школы Рёнин утверждал, что «чистая земля» Амиды есть особое психическое состояние, достичь которого возможно в этом мире.
Параллельно с этим существовал элитарный буддизм самоспасения, по преимуществу самурайский, дзэнский буддизм».

Недостаточно восхищаться молчанием, нужно им жить».

Один из мастеров чайной церемонии (тядзин) Такэно Дзёо составил принципы чаепития:

1. Воспитание в себе благожелательности к другим.

2. Внутренняя гармония.

3. Отсутствие осуждения и критики в отношении к другим.

4. Отсутствие гордыни.

5. Бескорыстие.

6. Мастер чая может использовать во время ритуала утварь, отвергнутую другими как негодную для употребления.

7. Мастер чая ведет образ жизни, исполненный внутренней тишины и уединения. Он живет в согласии с законом Будды и проникнут духом поэзии.

8. Чайный ритуал не будет иметь места там, где отсутствует сердечность в отношении к гостям и не принимается во внимание их внутреннее состояние.

По Басё, поэту нужно сосредоточиться на внутреннем, углубляться в единичное до тех пор, пока не откроется единое, проникать в единичное, постигая природу всеобщего. В момент озарения (сатори) прекращается зависимость вещей друг от друга на уровне подлинной реальности. Басё говорил, что хайку ни на мгновенье не должно останавливаться. Если творчество — прорыв в Ничто, тогда искусство есть продолжение жизни, а художник — тот, кто позволяет ощутить связь всего со всем. Саби — это сама жизнь.


В отличие от школы Риндзай школа Сото была провинциальной, то есть менее блестящей и ритуализированной, нежели первая. Ее основатель Догэн учил (постигнув на собственном опыте), что просветление достигается, когда «отброшены тело и сознание». Он писал:

«Поскольку даже земля, травы и деревья, ограды, черепица и камешки — все сущее в этом беспредельном мире — являются частью деятельности Будды, то попадающие под воздействие их благодатные ветра и воды чудесным образом обретают неповторимое учение Будды и пробуждают дремавшее внутри них пробуждение. Все те, кто обретут огонь и воду Дхармы, смогут даровать другим учение Будды об „изначальной просветленности“. В результате этого все те, кто живут рядом с ними и ведут с ними беседы, вдруг преисполнятся беспредельной буддийской добродетелью и начнут повсеместно — в мире дхарм и вне его — распространять бесконечно-неделимое, немыслимо-невыразимое Учение Будды. Однако все это не проявляется в сознании адепта, поскольку является немедленным прозрением — полным не-деянием в состоянии покоя. Если бы практика и медитация были двумя различными действиями, как это считают заурядные люди, то всякий мог бы распознать их по отдельности. Но если вы погрязнете в сфере сознания, то не достигнете подлинного пробуждения, поскольку его принцип непостижим замутненным сознанием. Оставаясь в состоянии полного покоя, сознание и объект пребывают в состоянии осознания и выходят за пределы просветления. Пребывая же в состоянии „самодостаточного самадхи“, вы сможете, не нарушая никаких форм, не затрагивая малейшей частицы, претворять в жизнь великие буддийские наставления, распространять несравненное, глубоко-сокровенное буддийское учение.

Травы, деревья и земли, которых достигнет это учение, разом начнут излучать великое сияние и бесконечно являть непостижимую, чудесную Дхарму. Травы, деревья и стены начнут проповедовать Учение и заурядным, и мудрым людям, они же в свою очередь станут проповедовать Дхарму травам, деревьям и стенам. В мире пробуждения-для-себя и пробуждения-для-других все неизменно обладают признаками осознанности, и эта осознанность немедленно сама проявится.

Если даже один человек ограниченное время будет сидеть в медитации, он станет сопричастным всему сущему и окончательно растворится во времени. Поэтому он будет вечно осуществлять проповедь буддийского Учения в прошлом, настоящем и будущем. Каждое мгновение сидячей медитации является в то же время всеобъемлющей практикой, всеохватывающим пробуждением. И это будет не просто сидячая медитация. Она будет подобна звуку от удара молотком по пустоте, его несравненное звучание проникнет повсюду. Разве оно ограничится одним мгновением? Невозможно измерить, как сотни вещей достигают его, каждая по-своему.

Следует помнить, что если бы даже все будды десяти сторон света, столь же бесчисленные, как песчинки в Ганге, собрав всю свою мудрость, попытались измерить достоинства одного человека, занимающегося сидячей медитацией, им бы это не удалось».[96]

В XX столетии дзэн-буддизм открыл для себя Запад — прежде всего благодаря работам Д. Т. Судзуки. В предыдущей главе уже цитировался фрагмент из книги Судзуки «Основы дзэн-буддизма». Позволим себе привести еще одну цитату из этого сочинения: «Уникальность дзэна в том виде, в каком он практикуется в Японии, заключается в систематической тренировке ума. Обычный мистицизм страдает излишней импульсивностью и оторванностью от нашей повседневной жизни. В этом смысле дзэн революционен. Он небо опустил на землю. Под его влиянием мистицизм перестал быть мистицизмом. Это уже больше не случайный продукт сверхнормального ума. Дзэн проявляется в самой обычной и неинтересной жизни простого человека, погруженного в шум и сутолоку. Дзэн предлагает систематическую тренировку ума и учит видеть нечто даже в этом кипучем котле. Он открывает человеку величайшую тайну жизни в ее ежедневном и ежечасном проявлении. Сердце человека начинает биться в такт с сердцем вечности. Дзэн открывает нам врата земного рая, причем такое чудесное духовное пробуждение происходит не за счет изучения какой-либо доктрины, а вследствие простого и непосредственного утверждения истины, лежащей в основе нашего существа.

Рассказывая о дзэн-буддизме, нельзя не упомянуть и о таком его проповеднике, как монах Банкэй Ётаку (1622-1693), мастер Банкэй, учивший «дзэн Нерожденного». Нерожденное — наша собственная природа, она же — природа будды. Раз она не рождена, значит — бессмертна, ибо то, что не рождается, и не гибнет. Надо лишь прочувствовать присутствие Нерожденного, постичь его через непосредственное чувственное восприятие. Карканье вороны или лай собаки, услышанный человеком и осознанный им как таковой, и есть проявление одинаково присущего всем нам Нерожденного. Банкэй утверждал, что не нужны ни коаны, ни мондо — следует лишь пребывать в Нерожденном, жить им и жить в нем.[97]

Примером проповеди Банкэя может послужить его обращение к монахам храма Рюмондзи:

«Будучи еще довольно молодым человеком, я постиг Нерожденное [сознание будды] и распознал его отношение к мысли. „Мыслью“ мы называем то, что уже отдалилось на несколько шагов от живой реальности Нерожденного. О монахи, если бы вы просто жили в Нерожденном, мне нечего было бы рассказать вам о нем, а вы бы и не пришли сюда слушать меня. Однако в своей нерожденности и чудесной всеосвещающей силе, присущей сознанию будды, оно с готовностью отражает все проходящие перед ним вещи и превращается в них; так сознание будды обращается в мысль. Сейчас я расскажу присутствующим здесь мирянам все об этом сознании будды и хочу, чтобы и монахи тоже прислушались. Ни один из вас не является непросветленным. Прямо сейчас все вы сидите передо мной, как Будды. При рождении каждый из вас получил от своей матери сознание будды. Это унаследованное вами сознание будды вне всяких сомнений является нерожденным и наделено чудесной всеосвещающей мудростью. В Нерожденном абсолютно все противоречия разрешены. Я могу привести этому доказательство. Все вы внимательно слушаете то, что я говорю вам, но если бы сейчас каркнула ворона, чирикнул воробей или раздался любой другой звук, вам вовсе не было бы сложно понять, что это ворона, воробей или что-либо еще, даже если у вас и в мыслях не было намерения услышать эти звуки, а все потому, что вы услышали бы их посредством проявления Нерожденного. Если кто-либо убедится, что эта нерожденная, всеосвещающая мудрость и есть, в сущности, сознание будды, и он будет просто жить как он есть в сознании будды, то прямо в тот же момент он станет живым Татхагатой и пребудет им в течение неисчислимых будущих кальп. Утвердившись в этом [сознании будды], он пребудет в сознании всех будд, поэтому школу, к которой я принадлежу, называют также школой „сознания будды“».[98]


Глава 9 ТИБЕТСКИЙ БУДДИЗМ: заповедник духовности

Миларепа прославился как великий подвижник — он заложил основы тибетской традиции уединенного горного отшельничества — и как великий поэт, сочетавший в своих стихах буддийское мировоззрение и пейзажную лирику. Вот образец его поэзии:
Поле Успокоенного Ума
Я орошу и удобрю стойкой верой,
Затем засею его отборными семенами,
Рожденными из незапятнанного сердца,
И над полем, как гром, раздастся искренняя молитва,
И благодать прольется на него ливневым дождем.
К волам и плугу Сосредоточенной Силы
Я прикреплю лемех Правильного Метода и Разума.
Волы, ведомые целеустремленным пахарем
Твердой рукой к одной цели,
Кнутом упорства и усердия подстегиваемые,
Разрыхлят затвердевшую почву Невежества, порожденного
Пятью Греховными Страстями,
И очистят ее от камней закосневшей греховной жизни,
И удалят все соринки лицемерия.
Затем серпом Истины Кармических Законов
Будет собрана жатва Праведной Жизни.
Эти зерна, которые суть Возвышенные Истины,
Будут собраны в Хранилище,
К которому не приложимы никакие умопостроения.
Пусть все, кто искренне стремится к Истине,
Будут ограждены от препятствий и задержек на Пути.

Девятая «колесница» — это Дзог-чен, или Дзог-па, основанная на махаати-йоге; эта «колесница» учит, что природа ума есть пробуждение, то есть что потенциал Будды присутствует в каждом человеке: «Наш собственный ум и есть Будда». В учении Дзог-чен (и это действительно делает доктрину Ньингма «древней») сохранилось влияние китайского чань-буддизма, который (см. главу 7) учил, что просветление достигается через «не-думание», полную остановку мыслительного процесса, благодаря чему «наша собственная природа, которая есть природа Будды, раскрывается немедленно и спонтанно» (Торчинов).


Заключение БУДДИЗМ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Далай-лама XIV в одном из интервью на вопрос, видит ли он какую-либо возможность интеграции христианства и буддизма на Западе, ответил следующим образом:
«Это зависит от того, что вы понимаете под интеграцией. Если вы имеете в виду возможность интеграции буддизма и христианства внутри общества, их сосуществование, то тогда мой ответ будет утвердительным. Однако если вы видите интеграцию как создание некой комплексной религии, которая по сути не является ни чистым буддизмом, ни чистым христианством, то такую форму интеграции я считаю невозможной.
Разумеется, реально, чтобы в стране, где господствующей религией является христианство, кто-то решил следовать буддийскому пути. Я думаю, весьма вероятно и то, чтобы человек, в целом исповедующий христианство, принимающий идею существования Бога и верящий в него, решил на каком-то этапе включить в свою практику некоторые идеи и техники буддизма. Учение о любви, сострадании и доброте присутствуют как в христианстве, так и в буддизме. В особенности много техник, направленных на развитие сострадания, доброты и тому подобных качеств, можно найти в Колеснице Бодхисаттв. Эти техники могут практиковаться как буддистами, так и христианами. Вполне допустимо, чтобы человек, оставаясь приверженцем христианства, решил пройти обучение техникам медитации, концентрации и однонаправленного сосредоточения ума. Оставаясь христианином, человек может практиковать некоторые положения буддизма. Это еще одна допустимая и весьма жизнеспособная разновидность интеграции».

Возможно, именно поэтому, несмотря на свой весьма почтеный возраст, буддизм остается актуальным и востребованным по сей день.

ВАДЖРАПАНИ
Один из основных бодхисаттв Ваджраяны, олицетворение силы, обязанность которого — истреблять заблуждения и леность ума.

ВАЙРОЧАНА
Один из будд, чрезвычайно популярный в японском и китайском буддизме, где его считают Ади-буддой. В буддизме Тибета Вайрочана — один из дхьяни-будд («будд созерцания»), изображаемых на мандалах.

ГАРБХА
Одна из важнейших доктрин буддизма, учение о «зародыше» или «вместилище» Будды. Существуют две базовых интерпретации этого понятия. В первом толковании гарбха понимается как зародыш состояния Будды в каждом живом существе (каждое живое существо потенциально наделено природой Будды или потенциально является Буддой). По второму толкованию в живых существах присутствует некая особая сущность, которая может быть названа «природой Будды» (то есть все живые существа уже есть будды, и им надо только реализовать свою потенциальную «буддовость»).

Первая интерпретация гарбхи получила распространение в основном в тибетской ветви Махаяны, а вторая утвердилась в китайском и дальневосточном буддизме, где переросла в теорию «изначального пробуждения»: живые существа изначально пробуждены, и сама природа ума есть пробуждение.

ДЗЭН
. Не думайте, однако, что дзэн — это нигилизм. Всякий нигилизм — это самоуничтожение, не имеющее конца. Негативизм разумен как метод, но высшая истина — это утверждение. Когда говорят, что дзэн не имеет никакой философии, что он отрицает всякий авторитет, что он отбрасывает всю так называемую „священную литературу“, не следует забывать, что в самом этом отрицании уже содержится нечто совершенно положительное и бесконечно утверждающее».

ДХАРМА
Васубандху дает подобную же формулировку сущности доктрины: это метод превращения элементов бытия в состояние покоя, из которого они никогда не возникнут снова.
Понятие о дхарме — центральный пункт буддийского учения. В свете этого понятия буддизм раскрывается как метафизическая теория, развивавшаяся из одного основного принципа — идеи, что бытие (существование) является взаимодействием множественности тонких, конечных, далее недоступных анализу элементов материи, духа и сил. Эти элементы под термином dharma имеют соответствующее значение, данное им лишь в этой системе… Лишь эти элементы являются реальностями, а каждая их комбинация только наименование, обнимающее множественность отдельных элементов. Нравственное учение о пути к конечному освобождению не является чем-то добавочным или чуждым этому онтологическому учению, оно тесно связано с ним и действительно однородно с ним».

ЙИДАМ
Покровительствующее божество в Ваджраяне и тибетском буддизме, олицетворение того или иного высшего состояния сознания. Имена йидамов обычно совпадают с названиями тантр (цель любой тантры — пробуждение сознания, а потому каждый таковой текст может быть наглядно представлен в образе йидама). Как «материальные воплощения» тантр йидамы тождественны буддам и бодхисаттвам. … Подобные изображения толкуют как готовность йидамов защищать чистоту буддийского учения, истреблять все пороки и страсти.

«Имя Калачакры: Колесо Времени. Кала, время — это аспект неизменного блаженства. Чакра, колесо — это аспект пустотности всего. Таким образом, взятый вместе термин Калачакра — это единство непреходящего блаженства и пустотности всего проявленного».

ЙОГА
Система психосоматических методов достижения устойчивых измененных состояний сознания (самадхи), включающая осознание, различение, коррекцию и управление соматическими и психическими структурами человека. Исходная цель йоги — изменение онтологического статуса человека в мире, единение человека с Природой и Вселенной, с высшим Разумом или Абсолютом, расширение сознания.

КАЛАЧАКРА
Целостное мироздание, синтез макрокосма и микрокосма, вселенной и человека. Согласно «Калачакра-тантре», изменяя себя, человек изменяет мир. По легенде, учение калачакры было изложено Буддой Шакьямуни по просьбе царя мифической страны Шамбхала Сучандры. В Индии калачакру проповедовал мудрец Питопа, который попал чудесным образом в Шамбхалу и был посвящен царем Калки в учение калачакры.

Как писал Ю. Н. Рерих в статье «К изучению калачакры», «важность системы калачакра в религиозной жизни очевидна из наличия многочисленной литературы, посвященной системе, и того мощного влияния, которое она оказала своим учением на буддийский мир Центральной Азии. Большинство крупных монастырских учреждений в Тибете и Монголии наставляют своих адептов в этой чрезвычайно сложной системе мистицизма. Система калачакра принадлежит к „ануттара-йога-тантре“ — наивысшей из четырех тантр.
В целом же вопрос системы калачакра тесно связан с проблемой происхождения тибетского шестидесятилетнего цикла, а также с проблемой Шамбхалы, загадочной страны, откуда эта система проникла в Индию во второй половине Х века».

КШАНИКАВАДА
Одна из важнейших доктрин буддизма, утверждающая, что бытие мгновенно, а любое состояние изменчиво и непостоянно. Дхармы («кирпичики» бытия) вспыхивают и исчезают, образуя новый «узор», новую комбинацию, обусловленную законом взаимозависимого возникновения и кармой. Представление об изменчивости бытия — одно из трех базовых понятий буддизма, наряду со страданием и отрицанием души (анатмавада).

ЛОХАНЬ (АЛОХАНЬ)
В китайском буддизме человек, достигший высшей степени духовного развития, но еще не ставший буддой; в Индии таких людей называли архатами. На китайской почве образ индийского архата слился с даосскими представлениями о святых бессмертных (сянь). Лоханей принято делить на две группы — великих лоханей, достигших нирваны (их 18), и тех, кто обрел святость, но остался в мире (таких 500).

МАНДАЛА
Комбинация геометрических элементов, символически представляющая образ мироздания. Считается, что зрительное восприятие мандалы может привести к откровению, осознанию сакральных истин.

Как графический образ (графема), мандала представляет собой движение к некоему внепространственному и вневременному центру, который никогда не визуализируется, но всегда подразумевается. Линии мандалы и фокус, в которой они собираются, графически выражают препятствия на пути к центру.

Мандала есть модель мироздания, аналогичная мировому древу, горе, храму. Что касается сопоставления с последним, известны многочисленные храмы, выстроенные в форме мандалы — круглые, квадратные, восьмиугольные.

Классическая мандала основана на сочетании чисел 1 (центр), 3 (треугольник), 4 (квадрат) и 7 (круг).
Внешний круг мандалы олицетворяет «стену огня» — метафизическое знание, уничтожающее неведение. Следующий круг — «бриллиантовый»: просветление, обретение истинного знания. Третий круг — «лепестки лотоса»: духовное возрождение. Последний круг — центр.

В Тибете принято уничтожать мандалы сразу после окончания ритуала, что означает уничтожение иллюзии и возвращение духа в пустоту.

Вариант мандалы — тантрическая янтра, представляющая собой сложную композицию геометрических фигур (точка, треугольник, квадрат, стилизованный лотос) и предназначенная для медитации. Точка в янтре означает центр; треугольник олицетворяет три мира; круг, который встречается редко, символизирует целостность и полноту. Главная из янтр — Шриянтра, выражение сексуальной энергии мироздания, символ непрерывного творения. В центре Шри-янтры находится точка бинду, вокруг которой расположены девять пересекающихся треугольников: пять обращены вершинами вниз (йони), четыре направлены вершинами вверх (линга). «Мужские» треугольники дробятся на 43 малых треугольника — 14 синих («приносящие удачу»), 10 красных («достигающие цели»), 10 синих («защищающие от беды») и 8 красных («исцеляющие от болезней»). Треугольники вписаны в три окружности, внутри которых также находятся два круга лепестков лотоса — 14 голубых и 8 красных («исполнение желаний»). Вся композиция заключена в квадрат с четырьмя «воротами» — символ материального мира; область между углами квадрата и окружностями называется «царством иллюзий».

НИРВАНА
Из всех живых существ только человек может достичь нирваны. О нирване нельзя сказать ничего определенного, кроме того, что это состояние покоя, свободы и блаженства. По замечанию Е. А. Торчинова, «даже психологически правильнее ничего не говорить о нирване, чем сравнивать ее с чем-то нам известным, ибо иначе мы немедленно сконструируем „нашу“ нирвану, создадим некий ментальный образ нирваны, вполне неадекватное представление о ней, привяжемся к этому представлению, сделав, таким образом, и нирвану объектом привязанности и источником страдания. Поэтому Будда и ограничивался самыми общими характеристиками нирваны как состояния, свободного от страданий, или как состояния высшего блаженства. Впоследствии буддисты разработают много разных концепций нирваны, но признание ее внезнаковой, несемиотичной природы останется в буддизме навсегда».

ПРАДЖНЯ
Буквально «высшая мудрость». В Тхераваде праджня понимается как умение распознавать явления-дхармы, а в Махаяне это некая особая способность непосредственно воспринимать реальность, как она есть. Праджне посвящена особая разновидность сутр — праджня-парамитские сутры. В знаменитой «Сутре сердца праджня-парамиты» говорится:

«По той причине, что бодхисаттвы опираются на праджня-парамиту, в их сознании отсутствуют препятствия. А поскольку отсутствуют препятствия, то отсутствует и страх. Они удалили и опрокинули все иллюзии и обрели окончательную нирвану. Все будды трех времен по причине опоры на праджня-парамиту обрели освобождение.

Посему знай, что праджня-парамита — это великая божественная мантра, это мантра великого пробуждения, это наивысшая мантра, это несравненная мантра, наделенная истинной сутью, а не пустопорожняя».

В тибетском буддизме праджня — женское соответствие будд и бодхисаттв. В своей грозной, карающей ипостаси они зовутся дакини.

САТОРИ
В дзэн-буддизме персональное переживание опыта постижения своей истинной природы, достижение «состояния одной мысли» (дхьяна) через медитацию. Это феномен мгновенного пробуждения, когда стираются границы между наблюдателем и объектом наблюдения, знанием и тем, кто знает, опытом и тем, кто непосредственно переживает этот опыт.

Также считается, что достичь состояния сатори можно и через созерцание обыденной жизни вокруг.

СКАНДХИ
Совокупность пяти групп элементов опыта, составляющая то, что является человеческой личностью в понимании буддиста.

Эти группы таковы:
1. Чувственное (рупа);
2. Ощущения (ведана);
3. Различия (самджня);
4. Мотивы (самскара);
5. Сознание (виджняна).

Причем, по уточнению Е. А. Торчинова, «скандхи никоим образом не есть субстанции, они именно группы элементов, причем выделяемые достаточно условно и формально; реальны (и то по учению большинства буддийских школ только относительно) именно сами элементы, а не их группы — скандхи».

ТРИ ДРАГОЦЕННОСТИ БУДДИЗМА

Тому, кто полагается на Три Драгоценности, зная, что должен достичь их, следует самому породить Тройственное Прибежище в потоке своего сознания».

Чаще всего, стремясь объяснить суть концепции нирваны, буддисты рассказывают такую притчу: как прекращает гореть лампада, когда иссякает масло, питающее огонь, или как прекращает волноваться поверхность моря, когда прекращается вздымающий волны ветер, так же прекращаются все страдания, когда иссякают все влечения, питающие страдания. С исчезновением причины страдания исчезает и само страдание.

И сегодня герб мусульманской Индонезии украшает девиз: «Хотя Шива и Будда различны, но по сущности своей они едины».

«Все тантрические тексты высокознаковы, семиотичны и вовсе не рассчитаны на дословное понимание (речь идет о тайном и опасном для профанов учении). Многое в их интерпретации зависит от уровня, на котором текст истолковывается. Так, на одном уровне требование убить родителей может означать искоренение клеша и дуалистического видения реальности, служащих как бы родителями для сансарического существа, а на другом — пресечение движения потоков энергии (праны) в позвоночном столбе посредством задержки дыхания в ходе йогической практики тантр» (Торчинов).

Свами Вивекананда называл слог «АУМ» самым священнным из всех священных слов и говорил, что «вся вселенная сотворена из вечного АУМ».

«Ученый-мусульманин XVIII в. в своем апологетическом сочинении утверждал, что Бог в исламе есть не что иное, как высшее божество китайской традиции — Шанди, поскольку все религии провозглашают почитание одного бога и одной истины.

По замечанию А. Н. Игнатовича, отрывок этой сутры «Я глубоко почитаю вас и не могу относиться к вам с презрением. Почему? Потому что вы все будете следовать Пути бодхисаттвы и станете буддами!» — передает главную мысль «Лотосовой сутры», одного из самых чтимых в Японии буддийских текстов. Смысл сутры толкуется так: «Каждый человек, даже не обладающий достоинствами, станет буддой, т. е. имеет „природу“ будды». Соответственно ни к какому живому существу невозможно относиться с презрением — но только с почтением, как к будде.


  • 0

Не важно, что написано. Важно, как понято.






© Воспроизведение любых материалов форума в любом виде СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО (в т.ч. копирование и воспроизведение на любых сайтах, в любых статьях, газетах, журналах, книгах и т.д.)!
Связь с Администрацией | Реклама на психологическом форуме: